Эдвард Эштон
Отображение единственного товара
- Еврейская история
- Еврейская литература
- Еврейская традиция
- Законы и право
- Изучение иврита
- Искусство
- История
- Иудаизм
- Кабалла
- Кулинария
- Лекарственные растения и травы Израиля
- Медицинская литература
- Мемуары
- Новинки
- Политика и общество
- Поэзия
- Природа
- Психология
- Публицистика
- Путеводители
- Разное
- Слайдшоу
- Философия и эзотерика
- Фотоальбомы
- Электронные книги
-

Микки-7
Эдвард Эштон 140 ₪«Микки-7» — роман в жанре мягкой научной фантастики, где юмор соседствует с пронзительными размышлениями о ценности жизни. История Микки Барнса цепляет с первых страниц: герой — расходник, одноразовый инструмент отряда колонистов на ледяной планете Нифльхейм. На него сваливают самые опасные задания: если есть риск погибнуть — работу поручают Микки. После смерти его личность и память переносят в запасного клона, и цикл повторяется.Сюжет раскрывает мотивы героя: на родной планете Мидгард Микки изнывал от скуки и безысходности. Контракт на участие в экспедиции казался шансом вырваться из рутины — он занял последнюю свободную вакансию, не представляя, во что ввязывается. К шестой своей смерти Микки наконец осознаёт, почему никто другой не захотел стать расходником: цена выживания оказывается куда тяжелее, чем казалось вначале.Автор романа вдохновлялся творчеством Курта Воннегута и раннего Джорджа Мартина — это чувствуется в ироничном тоне, парадоксальных ситуациях и в том, как тонко прописаны экзистенциальные переживания героя. В книге научная фантастика служит инструментом, чтобы поговорить о человечности, страхе смерти и поиске смысла в безжалостной системе.В 2025 году роман экранизировал режиссёр Пон Джун‑Хо, известный по фильмам «Паразиты» (обладатель четырёх «Оскаров») и «Сквозь снег». Кинолента вышла под названием «Микки 17», а главную роль исполнил Роберт Паттинсон, знакомый зрителям по картинам «Сумерки», «Космополис», «Маяк» и «Бэтмен». Экранизация позволяет взглянуть на историю с новой стороны, но именно книга раскрывает внутренний мир Микки во всей полноте — с его сомнениями, иронией и тихой болью.
