2000 год. Четыре опытных диверсанта из Афганистана стремятся через Кавказ и Москву попасть в Германию. У них одна цель — совершить в Германии теракт такого масштаба, какого еще не видел мир. Они намерены шесть лет готовить взрыв на стадионе Кельна, во время одной из игр чемпионата мира по футболу. Московский писатель Балашов никогда не писал ни о террористах, ни о войне. Его герои — из среды советских интеллигентов восьмидесятых годов, потерявшихся в российских девяностых. Неожиданно он получает выгодное предложение — написать книгу о советско-афганской войне. И перед ним отворяется дверь в мир новых для него людей, а линия его жизни пересекает путь диверсантов.Роман «Кабул — Кавказ» был закончен летом 2001 года, за несколько недель до теракта 11 сентября. Это — не детектив, не триллер. В начале 2000‑х критики назвали его романом-взрывом. Тогда они сравнивали его то с антивоенными романами Ремарка, то с книгами-расследованиями Форсайта, а то и с эпосом «Война и мир» Льва Толстого. На самом деле «Кабул — Кавказ» — первая книга трилогии «Век смертника», жанр которой, по крайней мере в русской прозе, еще не получил своего названия. Вторую часть романа, продолжающую историю героев «Кабул — Кавказа», издательство «Вече» также готовит к первому изданию.

Что остается человеку, когда фронт — позади, а война — все ещё внутри?Эта книга — не о линии соприкосновения, а о невидимом фронте, который проходит через дворы, бани, бутылки с пивом, молчаливые взгляды, кривые улыбки, и — самое главное — через человеческие судьбы. В сборнике рассказов «Тыловая гроза» оживает Россия, которую не показывают в торжественных новостях, но которую можно услышать в щелчке зажигалки, почувствовать в коротком взгляде между двумя друзьями, когда слов уже не нужно.Почему старый банщик говорит мудрее, чем начальник штаба?Кто такие настоящие командиры — те, кого назначают сверху, или те, кто растёт снизу, из грязи, но с совестью? И где заканчивается патриотизм — на поле боя или в умении сохранить душу среди крови и абсурда? Автор этих рассказов — не наблюдатель, он — собеседник. Он задаёт вопросы, которые не всегда хочеться слышать, но которые назрели: зачем всё это? ради кого? и победа — это что?Здесь не ищите героев без изъянов. Здесь люди — острые на язык, с живыми головами, угловатыми судьбами и тяжёлыми руками. Это честная, мужская, глубокая проза, написанная с болью, иронией и — несмотря ни на что — любовью к своей земле, к своему народу, к тем, кто остался. Тем, кто не сдался. Тем кто подолжает жить, верить, держать слово, помнить товарищей и строить жизнь.