Давыдов Юрий Владимирович
Показаны все результаты (2)Сортировка: самые недавние
- Еврейская история
- Еврейская литература
- Еврейская традиция
- Законы и право
- Изучение иврита
- Искусство
- История
- Иудаизм
- Кабалла
- Кулинария
- Лекарственные растения и травы Израиля
- Медицинская литература
- Мемуары
- Новинки
- Политика и общество
- Поэзия
- Природа
- Психология
- Публицистика
- Путеводители
- Разное
- Слайдшоу
- Философия и эзотерика
- Фотоальбомы
- Электронные книги
-

Глухая пора листопада
Давыдов Юрий Владимирович 200 ₪Трагический роман о распаде партии “Народная воля”. В основе книги — подлинные исторические факты и документы. Среди героев – Вера Фигнер, Лев Тихомиров, Герман Лопатин, Константин Плеве, Дмитрий Толстой Александр III, Иван Тургенев и Карл Маркс.Текст Юрия Давыдова написана исторически безупречно, с большим вниманием к деталям. Вместе с тем это увлекательный многоуровневый роман, держащий читателей в напряжении до самой последней строчки.
-

Бестселлер
Давыдов Юрий Владимирович 214 ₪Юрий Давыдов (1924–2002) — мастер исторической прозы, автор романов и повестей «Судьба Усольцева», «Соломенная сторожка. Две связки писем», «Вечера в Колмове», «Глухая пора листопада». Лауреат премии «Триумф» (1996), кавалер ордена «За заслуги перед Отечеством» IV степени (1999).Роман «Бестселлер» стоит в ряду произведений Давыдова несколько особняком. Критики назвали его странным, увидели в нем прообраз прозы будущего с ее «свободой от жанровой скованности». В центре романа — Владимир Львович Бурцев, разоблачитель секретных сотрудников Департамента полиции, знаменитый охотник за провокаторами. Его последним делом становится раскрытие «Протоколов сионских мудрецов» — фальшивки, якобы обнаруживающей тайну всемирного еврейского заговора.Роман удостоен Большой премии имени Аполлона Григорьева.»В “Бестселлере” Давыдова есть сила душевного опыта личности автора, мощно чувствующей, много постигшей» (Станислав Рассадин).»И сюжетные тайны будут, и густой исторический колорит, и страсти роковые. Только при этом автор ничем своим не поступится: ни моральными заветами русской интеллигенции, ни склонностью мешать документальность с фантастикой, ни любовью к поэзии…» (Андрей Немзер).
