Первые десять лет существования кинематографа в России были временем великих открытий, но и неоправдавшихся надежд. Погрузиться в живой опыт кинозрителя начала прошлого века можно теперь не только с помощью просмотра сохранившихся фильмов, но также глядя на карточки популярных актрис, афиши, торговую рекламу, конфетные обертки и рисунки из журнала «Сатирикон». В этой книге впервые столкнулись два мира: русское дореволюционное кино и русская модернистская карикатура — две стороны разбитого революцией зеркала русской жизни. Неформальный интимный слог книги-альбома «Немая империя» предполагает в читателе желание не столько получить очередную энциклопедию с набором фактов, сколько попытаться по-другому пережить атмосферу имперского (полу)культурного быта до и вскоре после статистически легендарного 1913 года. Немое кино предстает не как странное скучное чуждое искусство, а как интимное настроение модернистского сознания.