Говард Филлипс Лавкрафт, не опубликовавший при жизни ни одной книги, сделался маяком и ориентиром целого жанра, кумиром как широких читательских масс, так и рафинированных интеллектуалов, неиссякаемым источником вдохновения для кинематографистов, да и само его имя стало нарицательным. Сам Борхес восхищался его рассказами, в которых место человека — на далекой периферии вселенской схемы вещей, а силы надмирные вселяют в души неосторожных священный ужас.

Итак, вашему вниманию предлагаются повести и рассказы одного из самых влиятельных мифотворцев двадцатого века, причем в эталонных переводах.

Американский писатель Говард Филлипс Лавкрафт при жизни не опубликовал ни одной книги, печатаясь только в журналах. Признание пришло к нему спустя десятилетия после смерти.Его творчество стало неиссякаемым источником вдохновения не только для мировой книжной индустрии, а также нашло свое воплощение в кино и играх. Большое количество последователей и продолжателей циклов Лавкрафта по праву дает право считать его главным мифотворцем XX века.Мистические истории на грани безумия, в которых сны переплетаются с явью, — о великом божестве Ктулху и его почитателях, таинственных культах и обрядах, древних книгах и городах — в сборнике рассказов признанного мастера сверхъестественного ужаса.

Все началось с метеорита, упавшего на ферму Нейхема Гарднера к западу от Аркхема. Внутри него обнаружилась глобула цвета, который невозможно было описать, а сам метеорит вскоре исчез. Нездоровый цвет, прежде неведомый на Земле, распространился на растения и стал поглощать все вокруг. Около фермы появились странные животные. Затем изменения коснулись и людей…«Встречайте переосмысление легендарного рассказа Лавкрафта, ’Цвет из иных миров’, отраженное через гениальные иллюстрации Сальвадора Санса. Иллюстрации магическим образом оживляют ощущение страха и ужаса, присущее оригинальному произведению», — Александр Д., поклонник произведений Лавкрафта.«Сочетание безупречного рассказа Лавкрафта и творческого подхода Санса создает для этого произведения новое измерение. ’Цвет из иных миров’ остается свежим и захватывающим даже для тех, кто знаком с оригинальным текстом», — «Fantasy Review».«Сальвадор Санс переносит нас в мир, который Лавкрафт описывал с таким страхом и уважением. Его иллюстрации — это визуальное поэтическое путешествие через извилистые ужасы и мистику, которые Лавкрафт так любил исследовать в своих работах», — Лариса П., художник и писатель.Не упустите шанс стать частью этого уникального визуального и литературного путешествия. В этой книге каждая страница — это дверь в непостижимый и мрачный мир, оживший под руками мастера Санса.

Профессор Мискатоникского университета, геолог Уильям Дайер, пытаясь предостеречь ученых, отправляющихся в Антарктику, рассказывает о предыдущей экспедиции в царство льдов. Во время путешествия участники экспедиции обнаружили древние руины и страшные секреты, которые таят эти неизведанные земли. За чередой высоченных гор, в глубине острова было найдено четырнадцать доисторических форм жизни, прежде неизвестных науке….

Американский писатель Говард Филлипс Лавкрафт не опубликовал при жизни ни одной книги, печатаясь только в журналах. Зачастую ему приходилось работать «писателем-призраком», создавая для более успешных коллег рассказы и даря им свои сюжеты.«Заточенный с фараонами» был написан специально для Гарри Гудини: приключенческий рассказ о побеге иллюзиониста из потустороннего мира, где ему предстоит встретить мифических богов и испытать навыки по поиску пути во мгле, понравился Гудини и получил большую известность.Рассказы, вошедшие в сборник, придерживаются типичных для Лавкрафта тем: спиритизма, языческих ритуалов и сновидений.

Имя Говарда Филлипса Лавкрафта прогремело на весь мир, как эталон литературы ужаса. Одаренный искусством изящной словесности, он писал о страшных тенях в углу и о том, что недоступно обычным смертным, а лишь избранным. Его современники и сегодняшние герои хоррор-историй отдают свою дань рассказам Лавкрафта.В сборник вошли Топ-10 рассказов Говарда Филлипса Лавкрафта. Подборка лучших произведений ужасов, которые сделали его тем самым великим и могучим повелителем жанра, — «Зов Ктулху», «Дагон», «Притаившийся ужас», «Данвичский кошмар» и др.

В обширном творческом наследии литературоведа, критика, журналиста и крупнейшего писателя-фантаста XX века Говарда Филлипса Лавкрафта (1890-1937) поэзия занимает далеко не последнее место, являясь неотъемлемой частью его внутреннего мира. На сегодняшний день известно около пятисот стихотворений, созданных Лавкрафтом в разные годы. Однако полное собрание его поэзии вышло в США только в 2013 году.В настоящем иллюстрированном издании поэзия мастера ужаса представлена на русском языке наиболее полно: порядка трехсот стихотворений и две поэтические драмы. Особое место в книге занимают темы фантастики и ужаса, художественно дополняющие фантасмагорию прозы Лавкрафта, а также отклики писателя на современность и политику, в том числе Первую мировую войну.Издание, инициатором которого явился Евгений Владимирович Витковский (1950-2020), подготовлено переводчиками, участниками сетевого форума «Век перевода». Составителем и редактором выступил Александр Триандафилиди. Большинство…В обширном творческом наследии литературоведа, критика, журналиста и крупнейшего писателя-фантаста XX века Говарда Филлипса Лавкрафта (1890-1937) поэзия занимает далеко не последнее место, являясь неотъемлемой частью его внутреннего мира. На сегодняшний день известно около пятисот стихотворений, созданных Лавкрафтом в разные годы. Однако полное собрание его поэзии вышло в США только в 2013 году.В настоящем иллюстрированном издании поэзия мастера ужаса представлена на русском языке наиболее полно: порядка трехсот стихотворений и две поэтические драмы. Особое место в книге занимают темы фантастики и ужаса, художественно дополняющие фантасмагорию прозы Лавкрафта, а также отклики писателя на современность и политику, в том числе Первую мировую войну.Издание, инициатором которого явился Евгений Владимирович Витковский (1950-2020), подготовлено переводчиками, участниками сетевого форума «Век перевода». Составителем и редактором выступил Александр Триандафилиди. Большинство произведений переведено впервые.В оформлении использованы работы Ф. Атпатела и др. художников.

Говард Филлипс Лавкрафт стал первым писателем, объединившим в своих произведениях жанры ужасов, мистики и научной фантастики. Его уникальный стиль изложения и оригинальные идеи повлияли не только на целую плеяду современных авторов, таких как Стивен Кинг и Джордж Мартин, но и на культуру ХХ века в целом – кинематограф, искусство.»Мифы Ктулху», неотъемлемая часть лавкрафтовских ужасов, выделились в отдельный жанр литературы. В этой вымышленной вселенной, населенной древними божествами, а порой и героями, царит особая атмосфера и происходит вечная борьба между Светом и Тьмой.В данный сборник вошли такие знаменитые рассказы как «Зов Ктулху», «Дагон», «Шепчущий во тьме», «Данвичский ужас», которые помогут читателям познакомиться с мистическим миром Лавкрафта и понять его мифологию.Издание органично дополняют иллюстрации Анатолия Кудрявцева.

«Воистину, благо роду человеческому, если сакральные тайны мира сего так и останутся неразгаданными, ибо они не имеют к потомкам Адама никакого отношения, а тот несчастный смертный, который дерзнет проникнуть в них, рискует лишиться рассудка и стать отверженным изгоем, обреченным отныне влачить свое жалкое существование в печальном одиночестве», — предупреждал за полтора года до смерти американский писатель-фантаст Ховард Филлипс Лавкрафт (Howard Phillips Lovecraft; 1890-1937), очень хорошо понимавший чудовищную опасность профанации эзотерического знания, сокрытого от непосвященных под непроницаемым покровом тайны, символом и даже синонимом которой от начала времен была крипта…В полных «тревожащей странности» энигматичных фанасмагориях мэтра черной фантастики, вошедших в настоящий «гримуар», этот мрачный образ отражен самыми разными гранями: пещера, грот, могила, склеп, мавзолей, катакомбы, оссуарий, кенотаф, древнеегипетская мастаба — однако в каких бы экзотических дериватах ни манифестировала себя зловещая обитель смерти, сокрывшаяся во мраке хтонических богов, это всегда бездна — бездна земная, бездна морская, бездна космическая, бездна времен, «неотражающая чернота» которой на протяжении всей жизни магнетически притягивала писателя, заставляя его едва ли не в каждом своем рассказе совершать кошмарный катабасис в кромешную ночь подземных лабиринтов в тщетных поисках того, чего там никогда не было, нет и никогда не будет, — дна. И только роковой фасцинацией бездны можно объяснить этот бесконечный танатологический квест одер-жимого криптоманией писателя, творческое наследие которого представляет собой странный и парадоксальный комплекс гносеологических идей, основанных на отрицании фундаментальных космологических и антропоцентрических концепций, вымышленных, причудливо преломленных авторским воображением мифологических сюжетов и фантастических миров с их искусно мимикрирующей под реальную действительность топонимикой и криптозоологическими, позаимствованными из средневековых бестиариев и демонологических трактатов монстрами — словом, все то, что можно теперь с полным правом назвать лавкрафтианской криптософией…