Первую мировую войну 1914–1918 гг. на протяжении четверти века называли просто «мировой», надеясь, что она же будет и последней. Однако эта война открыла эпоху мировых конфликтов и диктатур. О ее причинах и происхождении написано много, однако уроки этого – применительно к опыту каждой страны – не осознаны в полной мере. Ни одна из конфликтующих сторон не признавала свою ответственность, перекладывая ее на плечи противников, а порой и союзников. Именно пример Первой мировой войны, которую развязала горстка людей, обладавших почти неограниченной властью, показывает, что, говоря о вине или ответственности Германии или Франции, России или Англии, мы имеем в виду не страны и тем более не народы, которым не нужна братоубийственная бойня, но только их правящие круги. Возможность войны определяется сложной совокупностью политических, экономических, социальных и даже культурных процессов. Неизбежной ее делают конкретные люди, которых в данном случае можно перечислить практически поименно.

Первую мировую войну 1914–1918 гг. на протяжении четверти века называли просто «мировой», надеясь, что она же будет и последней. Однако эта война открыла эпоху мировых конфликтов и диктатур. О ее причинах и происхождении написано много, однако уроки этого – применительно к опыту каждой страны – не осознаны в полной мере. Ни одна из конфликтующих сторон не признавала свою ответственность, перекладывая ее на плечи противников, а порой и союзников. Именно пример Первой мировой войны, которую развязала горстка людей, обладавших почти неограниченной властью, показывает, что, говоря о вине или ответственности Германии или Франции, России или Англии, мы имеем в виду не страны и тем более не народы, которым не нужна братоубийственная бойня, но только их правящие круги. Возможность войны определяется сложной совокупностью политических, экономических, социальных и даже культурных процессов. Неизбежной ее делают конкретные люди, которых в данном случае можно перечислить практически поименно.

В жизни России, прежде всего духовной и культурной, Италия сыграла огромную и по достоинству оцененную роль. Немногим странам посвящено столько вдохновенных стихов русских поэтов – от Пушкина через Блока до наших современников – как «краю, где небо блещет неизъяснимой синевой». На протяжении веков политика почти не вмешивалась в двусторонние отношения: общей границы нет, общих интересов и тем более оснований для конфликтов тоже, даже с приходом единой Италии в европейскую Большую Политику в 1870-е годы. После Первой мировой войны, когда Италия оказалась в тяжелом экономическом положении и вступила в полосу социальной и политической нестабильности, начался ее трудный диалог с Советской Россией, который вскоре перерос в партнерство и даже дружбу, насколько она возможна между государствами с различными социальными системами и политически непримиримыми режимами.

Россия и Германия… Кажется, трудно найти страны, которые воевали бы друг с другом так ожесточенно – и на поле боя, и в книгах, и в фильмах. Между тем мало с каким другим народом, с какой другой культурой у русских было столько духовной близости, как с немцами. «Ни одна страна не стоит ближе к России, чем Германия, – писал выдающийся ученый-геополитик Карл Хаусхофер. – Только Германия способна понять русскую душу. Германия и Россия были друзьями много столетий. Их экономические структуры взаимно дополняют друг друга. Они должны идти вместе». На фоне многочисленных конфликтов забылись времена, когда Россию и Германию связывали нормальные, добрососедские отношения. Но позитивный опыт партнерства в ХХ веке у нас есть. Это 1920-е годы, оставшиеся в тени как предыдущего, так и последующего десятилетий, потому что годы без войны запоминаются хуже, чем военные.