Больше, чем прозу, он любил стихи. Редкое застолье с его участием не завершалось чтением Александра Блока. Чаще всего звучала «Осенняя любовь»… «Христос! Родной простор печален!», — читал он, мечтательно растягивая строку. Какая-то радость была для него в этой «печали», и разгадке этой от века данной радости в нашей печальной жизни посвящена вся проза Михаила Панина, если взять ее как единое художественное целое.