– Новая книга Захара Прилепина, автора романов «Обитель», «Санькя», «Тума» – писателя, чьё имя определяет культурные споры последнего десятилетия.– Современная русская литература без лакировки и умолчаний: в ситуации войны, культурного раскола и национального возрождения.– «Чёт-нечёт» – не просто критика, а путеводитель по литературе нашего времени, написанный писателем, знающим современный культурный процесс изнутри.

«— …на кругу положили идти, дедко! — крикнули с лодки. — Слава Господу Иисусу!— …на Азов — прямым приступом… — сказал сам себе дед Ларион.Опершись подмышкой на посох, стал выбивать трубку, стуча по руке, как по деревянной:— …а как пошёл бы казакам свой каменный город: у самого моря. Хошь, в Кафу иди. Пожелаешь — в Царьград».Просторы Дикого поля — место, где вчерашний охотник на людей обращается в пленника.Здесь лоб в лоб встречаются противоборствующие племена и враждующие верования.Здесь в одном человеке сливаются воедино крови народов, насмерть противостоящих друг другу.…Так является на свет тума — русский метис, чьё имя однажды прозвучит во всех пределах земли и станет песней и мифом.Здесь — жизнь, вместившая несчётные воинские походы и великие любови. Здесь явлена человеческая воля, преодолевающая ад.Время действия — XVII век. Место действия — казачий Дон, Россия и её кровоточащие украйны, Крым и Соловецкий монастырь… Среди персонажей — братья Разины Степан, Иван и Фрол и отец их Тимофей, царские бояре и османские беи, будущий патриарх Никон, атаманы Войска Донского, есаулы и казаки: самые яркие люди своей эпохи.Перед вами книга, где прошлое становится явью: это больше, чем легенда, — это правда. Читатель без труда узнает каждого персонажа как своего близкого и поймёт ту жизнь как свою: здесь описаны наши предки, переживавшие те же самые страсти, что переживаем сегодня мы.…В этом эпическом, написанном на восьми языках, изумляющего масштаба романе можно запропасть, как в самых любимых книгах юности.»— Поведали, тебе был дар: конь вороной.— Пока я в темнице, можно подарить мне всех зверей земных и всех птиц небесных, — ответил Разин. — И дарящий не потратит ни рубля.Грек поднял правую руку, открыв ладонь:— Паша не обманет тебя. Ты сможешь забрать свой дар.— Я могу забрать свой дар. Потом правитель может забрать свой дар, — ответил Степан.— Господь может всё забрать, — сказал грек.— Верные слова, эфенди, — Степан склонил голову. — У казака может забрать только Господь».

Захар Прилепин — писатель, обладатель премий «Большая книга», «Национальный бестселлер» и «Ясная Поляна». Автор романов «Обитель», «Санькя», «Черная обезьяна», «Патологии», «Некоторые не попадут в ад», сборников рассказов «Грех», «Ботинки, полные горячей водкой», «Семь жизней», «Восьмёрка» и «Ополченский романс», сборников публицистики «К нам едет Пересвет», «Летучие бурлаки», «Не чужая смута», «Всё, что должно разрешиться. Письма с Донбасса», «Взвод», «Истории из лёгкой и мгновенной жизни» и «Координата Z».»Быть может, у меня ничего не получилось, но я так не думаю.Перед вами — итоги моих болезненных размышлений о нашем с вами Отечестве.Чтоб понять, кто мы и зачем, нужно было заново пересобрать все представления, и я бережно, с тщанием ребёнка, пересобрал.В какой точке бытия находимся мы и куда следуем. Что есть Родина. Какое отношение мы имеем к Древней Руси. Насколько близки к нам князья династии Рюриковичей и кто для нас Грозный Иоанн. Как мы из дня нынешнего видим «белых», и что нам думать о «красных». И прочие попутные вещи, осмыслять которые мы не перестанем ещё долго: Великая Отечественная и бесовские пляски вокруг неё, украинский, погрязший во лжи, вопрос, Владимир Семёнович Высоцкий, российские демократы, русский, берега потерявший, рок, земля у нас под ногами и звёздочка у нас над головой. Беспощадные русские вопросы, милосердные русские ответы».Захар Прилепин

Трёх героев этой книги, казалось бы, объединяет только одно: в своё время они были известными советскими поэтами. Всё остальное — происхождение, творческая манера, судьба — разное. Анатолий Мариенгоф (1897-1962) после короткого взлёта отошёл от поэзии, оставшись в истории литературы прежде всего как друг Есенина и автор мемуарной прозы. Борис Корнилов (1907-1938) был вырван из литературной жизни и погиб в годы репрессий. Владимир Луговской (1901-1957) после громкой и заслуженной славы пережил тяжёлый творческий и человеческий кризис, который смог преодолеть лишь на закате жизни. Вместе с тем автор книги, известный писатель Захар Прилепин, видит в биографиях столь непохожих поэтов главное, что их связывает: все они были свидетелями великих и трагических событий русской истории ХХ века. Жизнеописание каждого своего героя автор завершает подборкой избранных произведений. Мыслящий читатель, несомненно, отметит, как современно, даже злободневно звучат иные стихи этих поэтов и в наши дни.

Захар Прилепин — писатель, обладатель премий «Большая книга», «Национальный бестселлер» и «Ясная Поляна». Автор романов «Обитель», «Санькя», «Черная обезьяна», «Патологии», «Некоторые не попадут в ад», сборников рассказов «Грех», «Ботинки, полные горячей водкой», «Семь жизней», «Восьмёрка» и Собаки и дргие люди», сборников публицистики «К нам едет Пересвет», «Летучие бурлаки», «Не чужая смута», «Всё, что должно разрешиться. Письма с Донбасса», «Взвод», «Истории из лёгкой и мгновенной жизни», «Имя рек» и «Координата Z».»Ополченский романс» — его первая попытка не публицистического, а художественного осмысления прожитых на Донбассе военных лет.В трёх шагах от погранстолба стелилась земля, где не действовали никакие законы. Люди, обитавшие здесь, не подчинялись никому извне. Более того, изнутри они тоже никем толком не управлялись.На Донбасс он собрался быстро и неожиданно для самого себя. Попросил отпуск на работе; никто даже не поинтересовался планами Вострицкого на ближайший месяц.На Донбасс Вострицкий ехал от лёгкости жизни, и ещё оттого, что мироздание, казалось, окосело, скривилось, съехало на бок, — а этого он не любил.Полевой командир Разумный — в отличие от Лесенцова, местный, донбасский, —идеально воспроизвёл существовавший прежде исторический типаж: он походил на очень хорошего учителя географии, который вдруг, когда начался сезонный апокалипсис, обнаружил в себе умение убивать.Убивать Разумный старался за дело.Скрип был казах по национальности, но местный. Скрипом его звали, потому что в детстве он не только занимался боксом, но и ходил в музыкальную школу.За мёртвым Пистоном приехала мать. Она увезла хоронить сына в деревню, где он вырос, — недалеко, километров тридцать от их позиций. Лютик удивился: как же такой необычный, читавший книжки и слушавший диковатую музыку Пистон, вырос в деревне. Лютик думал, что Пистон — городской.Донбасская война нарисовала его. Появились морщины, линии рук, отпечатки шагов. Он обветрился, обтрепался. Теперь точно знал звук своего голоса. Посреди лица распустились степной пылью тронутые глаза.Когда Вострицкий спустя 4 донецких года случайно увидел свои прежние фотографии — его почти замутило: словно он везде там был голый, белый и застигнутый врасплох.Лесенцов знал Командира две недели и один день. И это были удивительные две недели. Ради них стоило прожить предыдущие сорок лет.Лесник был по бабушке эстонец, Худой имел татарскую примесь, и только Абрек оказался русским. Лет двадцать назад отслужив в армии, Абрек полюбил воинское дело, по контракту объездил далёкие горячие точки; а когда началась война — вернулся в места, где вырос.Отрядом командовал удивительный мужик, позывной — Художник. Он мог бы служить священником или жить в скиту: от него шло почти зримое тепло, он был несказанно ласков и всегда носил при себе конфеты. Художник родился где-то здесь, в донбасских степях, потом перебрался в Россию, — а когда началась война, навострился обратно.Из Славянска вышел, Дак позывной. Из российских контрактников. У тётки отдыхал в деревне под Славянском — и, когда началось, сразу ушёл в ополчение.Они считали себя носителями правды объёмной и важной настолько, что их конкретная жизнь на этом фоне становилась почти невесомой.

Захар Прилепин — писатель, журналист, телеведущий.В 1995–1999 годах проходил службу в ОМОН. В 1996-м и 1999 году в составе ОМОН в должности командира отделения принимал участие в контртеррористической операции в Чечне и Дагестане.В 2014–2015 годах работал военным корреспондентом на территории Донбасса. С декабря 2015-го — советник главы Донецкой Народной Республики Александра Захарченко. С октября 2016-го — заместитель командира разведывательно-штурмового батальона армии ДНР. Майор.Автор романа «Патологии» (2005) о чеченской войне, ряда военных рассказов, собранных в книгах «Грех» (2007) и «Семь жизней» (2016), публицистических работ о гражданском противостоянии на Украине «Не чужая смута» (2015) и «Всё, что должно разрешиться: хроника идущей войны» (2016). Составитель антологии «Война. War» (2008).Лауреат премий «Национальный бестселлер», «Супернацбест», «Ясная Поляна», «Большая книга».В новую книгу «Взвод. Офицеры и ополченцы русской литературы» вошли одиннадцать биографий писателей и поэтов Золотого века — от Державина и Дениса Давыдова до Чаадаева и Пушкина, — умевших держать в руке не только перо, но и оружие.Они сражались на Бородинском поле в 1812-м и вступали победителями в Париж, подавляли пугачёвский бунт и восстание в Польше, аннексировали Финляндию, воевали со Швецией, ехали служить на Кавказ…Корнет, поручик, штабс-капитан, майор, полковник, генерал-лейтенант, адмирал: классики русской литературы.

Захар Прилепин — писатель, обладатель премий «Большая книга», «Национальный бестселлер» и «Ясная Поляна». Автор романов «Обитель», «Санькя», «Черная обезьяна», «Патологии», «Некоторые не попадут в ад», сборников рассказов «Грех», «Ботинки, полные горячей водкой», «Семь жизней», «Восьмёрка», «Ополченский романс» и «Собаки и другие люди», сборников публицистики «К нам едет Пересвет», «Летучие бурлаки», «Не чужая смута», «Взвод», «Истории из лёгкой и мгновенной жизни», «Имя рек» и «Координата Z».В книге «Всё, что должно разрешиться» Захар Прилепин выступил не как писатель — но как военкор и поставщик гуманитарной помощи на Донбасс в 2014 году, майор армии ДНР и советник главы республики Александра Захарченко в 2016 году, подполковник Национальной гвардии в 2024 году.Перед вами — четвёртое, расширенное и дополненное издание первой хроники войны на Донбассе.Кто первым взял в руки оружие и откуда оно взялось. Как появился на Украине Моторола и кто такой Захарченко. Где теперь, 10 лет спустя, герои Русской весны и что с ними. Как всё начиналось — и чем закончится.Взгляд из 2014 года и взгляд из 2024 года. Истоки и перспективы войны, которая начиналась с партизанских перестрелок — и дошла до той грани, что может обернуться мировым конфликтом.Концентрированная и сухая правда о донбасской войне: многое из написанного тут вы не слышали никогда — и едва ли бы узнали, если б не эта книга.

«“Семь жизней” — как тот сад расходящихся тропок, когда человек встаёт на одну тропку, а мог бы сделать шаг влево или шаг вправо и прийти… куда-то в совсем другую жизнь? Или другую смерть? Или туда же?Эта книжка — попытка сходить во все стороны, вернуться и пересказать, чем всё закончится».Захар Прилепин»Прилепин пытается прослеживать разные ветки судьбы, находить в прошлом развилки — и смотреть, как бы всё обернулось, если бы в каждой из них можно было повернуть один маленький, неприметный винтик.…Настоящая большая литература; сама жизнь, отлитая в слова, и беспримесное читательское счастье».Галина Юзефович, «Meduza»»“Семь жизней” — пожалуй, самая личная книга Захара Прилепина. Здесь очень много самого автора: с его неизжитой болью, неистовой любовью, неутолённой яростью. Эта книга — воспроизведённое молчание: ты хочешь о чём-то спросить своего собеседника, но понимаешь, что тебе не ответят, потому что там, в глубине, клокочет то, о чём не принято говорить, да и слов таких будто бы нет… Вот ты и не спрашиваешь его ни о чём. А он тебе тем не менее — отвечает».Сергей Кумыш, «Фонтанка.ру»»Голова кружится от “Семи жизней”. Ходишь и пьяный, и счастливый, и до краёв наполненный каким-то важным знанием… Будто тебя разобрали на винтики — и снова собрали, уже правильно. Стоишь, себя в зеркало разглядываешь: а как я до этого жил?..Механика построения рассказов — заокеанская. Так Хэм выстраивал свои тексты, Джек Лондон и Трумен Капоте так работали. Литературная традиция — русская, от Гоголя к Газданову и дальше: к Распутину, Белову. А стиль — прилепинский. Тут ни с чем не спутаешь.В «Семи жизнях» Прилепин снова вырвался за флажки, сработал на пределе своих возможностей и вышел за этот предел».Дмитрий Филиппов, «Литературная Россия»

Поэт Анатолий Мариенгоф (1897-1962), модернист, революционный эксцентрик, мастер эпатажа, основатель «Ордена имажинистов», известен в основном как автор мемуарного «Романа без вранья» (1927) о дружбе с Есениным. И сейчас, почти век спустя, «Роман…» полемически волнует литературную общественность («вранье без романа», «троянский конь репутации Есенина» и пр.). Творчество самого Мариенгофа наши нигилисты причислили к навечно запрещенному. Захар Прилепин очищает его биографию от слухов/домыслов, старается объективно ответить на вопрос, которым задавался сам поэт: «Какой земли, какой страны я чадо? / Какого племени мятежный сын?» Знакомит читателей с разносторонним творческим наследием не только поэта, но также прозаика, драматурга, чьи пьесы и ныне идут в театрах — к примеру, «Шут Балакирев». Не обходит стороной и его семейную «драматургию» однолюба-ревнивца-скандалиста, и личные удары судьбы… Жизнеописание Мариенгофа дополнено подборкой его избранных стихотворений. Эта книга, написанная ярко, лаконично, смело, без однобоких обобщений, несомненно, расширит читательское представление о раннесоветской литературе. К тому же З. Прилепин готовит к печати жизнеописание С. Есенина — и может действительно сложиться роман без вранья.

Михаил Шолохов — один из крупнейших писателей ХХ века, автор эпических произведений, посвященных революционным событиям в России и прежде всего на его родном Верхнем Дону. По праву считаясь советским патриотом и убежденным коммунистом, он в то же время постоянно подвергался постоянной критике, защищал жертв репрессий и сам едва избежал расправы ретивых чекистов. Любимый миллионами читателей, он был чужим для завистливого литературного бомонда, в среде которого родилась до сих пор не изжитая версия о том, что самый знаменитый шолоховский роман «Тихий Дон» написан не им, а другим автором или целой группой «литературных негров».В своей новой полномасштабной биографии Шолохова известный писатель, публицист, политик Захар Прилепин убедительно разоблачает эту и другие легенды, окружающие имя классика. Шаг за шагом проходя вместе с героем его жизненный и творческий путь, Прилепин показывает, что не только книги Шолохова, но и его судьба актуальны для нас сегодня.

Семь разнообразных собак, рыжий кот, попугай и обаятельные деревенские жители — главные герои этой книги: то уморительно смешной, то немного печальной. Но и печаль эта — тепла и человечна.…Такого Захара Прилепина вы еще не знали.Невероятно доброе и нежное повествование о любви и преданности.О братьях наших меньших, преподающих нам удивительные уроки.О том, что боль — преодолима, а жизнь — удивительна. Особенно — с такими невероятными друзьями.»Лес вокруг стоял сосновый, строгий, тёмный.В лесу жили звери. Зверей было много больше, чем нас.Мы были уверены, что живём на краю заповедника. В свою очередь, звери могли думать, что обитатели заповедника — это мы.Чёрными вечерами большой лось выходил на другой берег маленькой лесной речки, протекающей по самому краю нашей деревни, и смотрел, как подрагивают редкие огоньки в нескольких окнах».

Архипелаг ГУЛАГ возле вас, сегодня и сейчас. Он рядом — за кирпичной стеной на углу соседней улицы, на окраине вашего города или в недальнем поселке за высоким забором с колючкой. Это другой мир, который рядом с вами.
Мир, который рядом, — ад, который рядом…
В сборник вошли произведения людей, которых воля случая или сознательный выбор бросили в Архипелаг ГУЛАГ XXI века. Камеры и автозаки, допросы, этапы, свидания и пытки. Чувства, мысли, стихи, проза, боль.
Не все авторы ещё на воле, всем авторам нет и сорока…

Этот год назревал, и однажды посыпался как град.…С ноября 2013-го, с возникновения Евромайдана в Киеве я вёл записи чужой смуты, ставшей смутой своей, — и главным ощущением было: «Это уже случалось с нами! Это не в первый раз!».Русский народ издревле жил от одного евангельского праздника до другого. Раз в столетие случалась великая победа или великое потрясение, путешествие в Индию или в космос. Эти дни пополняли евангельский круговорот, но не изменяли его.Кто-то скажет, что это заколдованный круг. Но круг — не тупик. Это карусель русской истории, которая никогда не наскучит.В 2014 году нам показалось, что мы летим в тартарары. А мы просто зашли на очередной круг. Всё те же лица, знакомые нам по нашей истории: воители, праведники, бунтари, мытари, вельможи, юродивые…Благодарение, что нас вновь не обнесли этой чашей.…Мне не стыдно за сказанное мной — и я по-прежнему убеждён, что глаза мои были трезвы, а суждения — разумны. Тем же, кто думает совсем по-другому, скажу одно: я смотрю на всё глазами того народа, к которому имею счастье принадлежать.Захар Прилепин