Три ранних романа выдающегося писателя и историка Владимира Шарова – впервые под одной обложкой! Владимир Шаров — самобытный, неординарно мыслящий писатель, лауреат премий «Большая книга» и «Русский Букер». Многие современные литераторы признают его одним из крупнейших авторов последних лет, указывая на способность говорить об истории нашей страны через «фантазии, часто совершенно безумные». Романы, вошедшие в сборник, различны по жанру: «След в след» и «Мне ли не пожалеть» — неторопливые семейные хроники, вписывающие истории отдельных семей в историю ХХ века. «До и во время» соединяет историческое повествование с фантасмагорией, рисуя картину возможного, но не осуществившегося исторического процесса. Тексты, включённые в это издание — блестящее сплетение исторической прозы, фантасмагории и альтернативной реальности. Невероятные, почти чудесные события становятся частью захватывающего исторического нарратива. Достоверность фактов в сочетании с невероятностью вымышленных событий помогают переосмыслить как историю XX столетия в целом, так и отдельные её страницы.

Владимир Шаров – писатель и историк, автор культовых романов «Репетиции», «До и во время», «Старая девочка», «Будьте как дети» – никогда не боялся уронить репутацию серьезного прозаика. Любимый прием – историческая реальность, как будто перевернутая вверх дном, в то же время и на шаг не отступающая от библейских сюжетов.

Новый роман «Возвращение в Египет» (премии «Большая книга», «Русский букер») – история в письмах семьи, связанной родством с… Николаем Васильевичем Гоголем. ХХ век, вереница людей, счастливые и несчастливые судьбы, до революции ежегодные сборы в малороссийском имении, чтобы вместе поставить и сыграть «Ревизора», позже – кто-то погиб, другие уехали, третьи затаились. И – странная, передающаяся из поколения в поколение идея – допиши классик свою поэму «Мертвые души», российская история пошла бы по другому пути…

В названии книги — слова из Евангелия. Именно беспризорным детям отводит автор величайшую миссию построения Царства Божия на земле. А ведь все по-своему его представляют: по-разному его видят коммунисты и праведники, шаманы и юродивые, разбойники и представители малого северного народа — и все они встретятся нам в романе. Революция и полный безумия российский ХХ век оказались в поле зрения Владимира Шарова. История — его постоянная, но своенравная муза.