Женщины в повестях и рассказах Щербаковой чем-то похожи на летающих красавиц Шагала — такие же плотные, монументальные, полные странной силы, отрывающей их от тверди. Автор как нельзя лучше вникает в простую механику зачатий, тягостей, родов, младенчества и взросления, любви и нелюбви. Путь от рождения к смерти, контраст зреющей, полной соков и сил молодой плоти и ветхого женского существа, которое отстаивает своё право на жизнь, — одна из любимых тем Щербаковой. Героиням сочувствуешь от души, узнавая в них то родную маму, то бабушку, то соседку по дому или даче, а то, увы, и себя.

«Любава босиком кралась в сени… В темноте лицо у нее было решительным и сосредоточенным»… Точно в середине романа появляются эти фразы. И с этого момента умнейшие журналисты столичной газеты стараются разгадать тайну самоубийства благополучной, безбедной девушки. Самого же автора, Галину Щербакову, в прошлом журналистку, помимо этого, остро волнуют профессиональные проблемы газетчиков, реалии жизни и нравов общества 80-х. Ее тревожит взаимное непонимание поколений. Насущны и размышления героев о связях между людьми, об одиночестве подлинном и мнимом, о том, каким должно быть добро, как бороться с карьеристами и приспособленцами и т. д.

Перед нами история нескольких ребят и девчат из южнорусской станицы; это подростки военной и послевоенной поры, выросшие в нужде и беде, выбившиеся в люди, сделавшие карьеру. Блестящий журналист. Чиновник. Еще более крупный чиновник… Их жены. Сложный переплет драм и связей. Журналист, глубоко прячущий сомнение в том, как он пишет о людях и о жизни. «Руководитель культуры», тайно ненавидящий «интеллигентов».Г. Щербакова глубоко видит этих людей, и видит их глазами, открытыми для понимания. Она создает сложную и убедительную драматургию чувств. Через события одного дня показана в ретроспекциях вся жизнь героев. Читается роман с большим интересом: оторваться трудно.Лев Аннинский.Составитель Александр Щербаков.

В своих повестях о любви Галина Щербакова пишет не о случае, не о происшествии, а рассказывает о судьбе. Читать их интересно, потому что это — из жизни, это — жизнь. Автор возвращает нас в недра нашей памяти, нашей совести, чтобы понять истоки тех или иных слов, поступков. Не претендуя на звание последовательницы Шекспира, она, тем не менее, наполняет шекспировские идеи и представления новым содержанием героев переходного времени. Повести пронизаны глубиной авторского терпения и понимания, которыми писательница щедро делится с читателем, наделяя своих любимых влюбленных этими качествами через «вечные» сюжеты русской и мировой классики.

Читал я рукопись Г. Щербаковой «с небольшими перерывами для сна и принятия пищи, не отрываясь, пока не дочитал до конца. А ведь когда-то уже было отмечено, что заставить читать наборщиков так же трудно, как уговорить погулять почтальонов, и это в полной мере может быть отнесено к издательским рецензентам». Это признание Г. Мунблита, писателя, критика, драматурга. Георгий Николаевич дружил, близко общался с Ильфом, Е. Петровым, Багрицким, Шкловским, Зощенко, Германом, взаимодействовал с ними в разных творческих начинаниях. Очень немногие современные ему литераторы удостаивались благословения патриарха отечественной литературной критики.Составитель Александр Щербаков.

Рассказываемые автором истории о любви, реальной или придуманной, угаданной или непонятой, зачастую смешные, но часто они же и печальные, всегда отличаются двумя бесспорными качествами: они умны, и они никого не поучают, ибо автор знает — со своим предписанным ему лимитом ошибок человек произведет полный расчет, сколько бы мудрых книжек он ни прочитал. Отношение Галины Щербаковой к своим героям далеко от снисходительности, иронический прищур всегда присутствует в ее прозе, впрочем, как и подлинный лиризм, далекий, тем не менее, от сентиментальной чувствительности.