Гуркин Владимир Павлович
Отображение единственного товара
- Еврейская история
- Еврейская литература
- Еврейская традиция
- Законы и право
- Изучение иврита
- Искусство
- История
- Иудаизм
- Кабалла
- Кулинария
- Лекарственные растения и травы Израиля
- Медицинская литература
- Мемуары
- Новинки
- Политика и общество
- Поэзия
- Природа
- Психология
- Публицистика
- Путеводители
- Разное
- Слайдшоу
- Философия и эзотерика
- Фотоальбомы
- Электронные книги
-

Любовь и голуби
Гуркин Владимир Павлович 176 ₪Владимир Гуркин — драматург редкого дара слышать живую человеческую речь и превращать повседневную жизнь в сценическое действие. Его пьесы вырастают из простой, узнаваемой реальности — деревенской, провинциальной, «негромкой», — но за внешней бытовой интонацией всегда скрыта подлинная драма чувств. Здесь любовь и измена, смех и боль, нелепость и нежность существуют рядом, как в самой жизни, без прикрас и пафоса. Гуркин продолжает традицию «народной» прозы и драматургии, где главное — человек со всеми его слабостями и теплотой. Этот сборник позволяет увидеть Гуркина гораздо шире, чем в привычном образе автора «Любви и голубей». Его пьесы — это театр характеров и интонаций, где комическое легко оборачивается трагическим, а за шуткой вдруг проступает одиночество или тоска. Тексты читаются живо и при этом удивительно точно фиксируют эпоху, не теряя актуальности. Это драматургия, в которой нет фальши: персонажи узнаваемы, ситуации болезненно правдивы, а сочувствие к людям — безусловно.Понравится тем, кто ценит «человеческий» театр и литературу о простых судьбах — поклонникам Василия Шукшина, Александра Вампилова, раннего Виктора Астафьева. Напомнит атмосферу советского и постсоветского быта, где за внешней простотой скрывается сложная эмоциональная жизнь и подлинная трагикомедия существования.В издание вошли все восемь пьес Владимира Гуркина, включая самые известные — «Любовь и голуби», «Прибайкальская кадриль», «Плач в пригоршню», «Золотой человек» и другие. Это цельный корпус его драматургии, позволяющий проследить путь автора и увидеть, как из частных историй складывается обобщённый портрет «наших людей». «Гуркин во многом вышел из Шукшина, — писал о нем актер Сергей Юрский. — Это наша жизнь, наши люди, мы их узнаем, это мы!»
