Оптина — та, великая Оптина, знакомая нам по житиям ее достославных старцев, по многочисленным историческим исследованиям и воспоминаниям именитых паломников и очевидцев — давно уже стала неким священным символом, светлым идеалом преображения духовного, к которому призван всякий человек на земле. Монашеское братство Оптиной пустыни XIX столетия дало нам такой бесценный пример, явило этот идеал осуществленным, воплощенным и действенным. VI что весьма важно — во времена относительно недалекие от нас. Удивительное оптинское братство словно раздвинуло границы времени и пространства, отделявшие нас от благодатном христианском древности, и позволило припасть к ее живым и чистым родникам. А ведь казалось, что родники эти стали уже недосягаемы и подлинное подвижничество начинает исчезать вместе с оскудевающей верой…