Земцов Борис Юрьевич
Показаны все результаты (4)Сортировка: самые недавние
- Еврейская история
- Еврейская литература
- Еврейская традиция
- Законы и право
- Изучение иврита
- Искусство
- История
- Иудаизм
- Кабалла
- Кулинария
- Лекарственные растения и травы Израиля
- Медицинская литература
- Мемуары
- Новинки
- Политика и общество
- Поэзия
- Природа
- Психология
- Публицистика
- Путеводители
- Разное
- Слайдшоу
- Философия и эзотерика
- Фотоальбомы
- Электронные книги
-

Украденный горизонт. Правда русской неволи.
Земцов Борис Юрьевич 72 ₪Русская и советская тюремная проза имеет давние традиции, идущие от таких литературных классиков, как Федор Достоевский («Записки из Мертвого дома»), Леонид Леонов («Вор»), Варлам Шаламов («Колымские рассказы») и заканчивая современными авторами, прошедшими путь от писателя до зека и обратно. Нам кажется, будто в эпоху повсеместного распространения гаджетов и триумфа креативного класса, образ человека в телогрейке с лагерной биркой на фоне вышек с часовыми безвозвратно ушел в прошлое. Каторга, зона, тюрьма — по-прежнему вечно российские темы. Вечно актуальные, вечно кровоточащие, вечно рождающие массу безответных вопросов. Герой книги Бориса Земцова, попадает на шконку в соответствии с русской поговоркой «от сумы да от тюрьмы не зарекайся». Это не профессиональный преступник, это обычный человек, внезапно (по своей вине или без вины) оказавшийся в необычных обстоятельствах. Меняются правители, одна общественная формация сменяет другую, по всем направлениям наступает прогресс, а положение человека в неволе в России, как было, так и остается синонимом беды и боли, темой, измерением, где переплелись несправедливость, унижение, а подчас и смертельная опасность. Давняя народная мудрость про «суму и про тюрьму» не теряет своей актуальности и в двадцать первом веке. Как выжить в неволе? Как, не просто выжить, но и остаться при этом человеком? Кого при этом выбирать в союзники и наставники? Как строить отношения с теми, с кем приходится делить пространство неволи, и с теми, кто уполномочен государством обеспечивать порядок на этом пространстве? Эти темы — главные для Бориса Земцова.
-

Неволя путинской эпохи. 96367
Земцов Борис Юрьевич 168 ₪В нашей стране никто не застрахован от тюрьмы и от сумы. Особенно если вы перешли дорогу «серьезным людям», как это случилось с автором этой книги. Книга писателя и журналиста Бориса Земцова — чтение не для слабых духом людей. Это откровенный автобиографический рассказ о современной тюрьме. Забудьте всё, что вы читали у дореволюционных и советских классиков о тюрьме и каторге. «Мертвый дом» теперь не такой, как во времена Достоевского и Шаламова. Тут не подходят определения «хуже» или «лучше». Зона путинской эпохи иная: более подлая и насквозь коммерциализированная, менее смертоносная, но до тошноты отвратительная. В общем — это наше нынешнее общество, помещенное за колючую проволоку. И главный вопрос и в зоне, и вне зоны один — как остаться человеком. На него автор и дает нам ответ.
-

Принудительное обитание
Земцов Борис Юрьевич 89 ₪Книга Бориса Земцова рассказывает о русском человеке в экстремальных условиях неволи. Автор не докучает читателю «высоконравственными» наставлениями, не «грузит» личным опытом выживания «за колючкой и решёткой», а делится увиденным и пережитым. Все его «личные впечатления» объединяет вера в то, что русский человек в этих «малочеловеческих» условиях может не только выжить, но и стать лучше. И не просто верит, но и доказывает на реальных примерах, что тюрьма зачастую становится тем оселком, на котором правится характер. Как в этих жестоких жерновах остаться человеком? Как сохранить способность мыслить, созидать, сострадать ближнему? Эти вопросы всегда были актуальны в русской литературе. Их ставили Ф. Достоевский, А. Чехов, А. Солженицын, В. Шаламов. Книга «Принудительное обитание» очередная попытка напомнить о вечной актуальности этой темы.
-

Широки в тюрьму ворота
Земцов Борис Юрьевич 33 ₪В новой книге писателя Бориса Земцова «Широки в тюрьму ворота» снова поднимается животрепещущая тема человеческих взаимоотношений в исключительно сложных «тюремных» условиях. Какие нравы царят там, «за решеткой »? Как остаться человеком? Что надо сделать, чтобы выйти на свободу с «чистой совестью»?
