Сонеты и канцоны великого итальянского поэта Франческо Петрарки (1304-1374) — одна из недосягаемых вершин мировой поэзии.Собранные автором в единый свод, названный потомками «Канцоньере» («Книга песен»), они по сей день вызывают восхищение в разных странах, покоряя глубиной образов, тонкой передачей лирического чувства и виртуозностью стиха.История русских переводов Петрарки, начавшаяся с Г.Р. Державина, продолжается и в XXI веке. В настоящем издании представлены новые, неизвестные русскому читателю переводы ста пятидесяти стихотворений Петрарки, выполненные Александром Триандафилиди. Семь из них впервые пополнят русский «Канцоньере».Переводы представлены вместе с оригинальными текстами и снабжены комментариями.Из предисловия составителя А.Триандафилиди:»Утром шестого апреля 1327 года в авиньонской церкви Св. Клары произошло знаменательное для всей мировой культуры событие — Петрарка увидел Лауру.Любовь к ней зародилась с первого взгляда в Страстной понедельник. Позже поэт назвал этот день Страстной пятницей, уподобляя свои любовные страдания Страстям Христовым. Ко дню Святой пятницы он приурочил и два других главных события своей жизни: рождение замысла латинской поэмы «Африка» (1338) и прибытие в Рим для венчания лавром по древнеримскому обычаю (1341). Такое совпадение, не единственное в жизни отца гуманизма, не было, разумеется, случайным.Кем же была Лаура, предмет такой возвышенной и безответной любви Петрарки? Госпожу его сердца исследователи уже достаточно давно идентифицировали как Лауру Новес, жену рыцаря Гуго де Сада, родившую мужу одиннадцать детей. Ее тихая жизнь протекала в Авиньоне в семейном кругу и оборвалась в год Черной смерти (так называли страшную эпидемию чумы 1348 года), по иронии судьбы тоже шестого апреля, как раз в двадцать первую годовщину ее встречи с Петраркой. Снова удивительное совпадение. Через три месяца после Лауры, тоже от чумы, в Риме умирает и другой близкий Петрарке человек — его покровитель и друг кардинал Джованни Колонна.Этим сведения об исторической Лауре исчерпываются. Все остальное — в стихах великого поэта…»