Для своего романа Шпиро выбрал превосходный материал и не менее блестящую и оригинальную форму его подачи. Текст представляет собой воспоминания вымышленной женщины, которая была рядом с Максимом Горьким в самые драматичные периоды его жизни и стала последней возлюбленной прославленного писателя. Стиль псевдодокументального повествования выдержан великолепно, отделить исторический факт от литературной фантазии так же трудно, как разобраться в самой эпохе, в которой миф и реальность оказались слиты воедино. Можно ли ради общечеловеческих ценностей заигрывать с бесчеловечной системой? Где кончается писатель – творец эпохи и начинается писатель – ее жертва? Как соотносится кумир, «архитектор человеческих душ», с реальным человеком из плоти и крови? Все эти вопросы Шпиро блистательно исследует на примере сложной судьбы одного из самых неоднозначных классиков советской литературы. Максим Горький, начинавший как рьяный защитник униженных и оскорбленных, а закончивший тем, что доказывал Герберту Уэллсу, будто бы в СССР нет и не может быть политических процессов, одно из самых наглядных олицетворений страны, родившейся из мечты о всеобщем единстве и счастье, но очень быстро перешедшей к лагерям и расстрелам.