НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.– Вторая книга в новой серии «Детектив средней полосы».– Притча о религии, предназначении человека и преступлении в душе и перед богом.– Необычные герои и локация — далекий монастырь на острове в Белом море и его обитатели.– Образ следователя создан не по канонам нуар-детектива и не по схеме каминного детектива, а по законам русской психологической прозы. В одном из интервью Г.Юрский признался: «Мой герой — это сыщик средней полосы». В характере такого героя проявляются и русские национальные черты, и свойства человека 20-х годов 21 века, и типичные качества личности, травмированной схваткой с людскими пороками.– Георгий Юрский — автор семи детективных романов, в которых действуют полицейские из крови и плоти. Это тот счастливый случай, когда личность следователя не менее интересна, чем личность убийцы. Возможно, это связано с тем, что сам Юрский находится внутри правоохранительной системы и знает о ее работе не понаслышке.

– Первый роман серии «Детектив средней полосы» — классический полицейский детектив, в котором преступления распутывают следователи из глубинки.– Уголовные преступления, которых не найти ни у одного из российских детективщиков: автор сам находится внутри правоохранительной системы.– Оригинальные локации романов: берег Северного Ледовитого океана, монастырь на острове Беломорья, Соловецкие острова, Гранд-Каньон и др..– Образ следователя создан не по канонам нуар-детектива, не по схеме каминного детектива, а по законам русской психологической прозы. В одном из интервью Г. Юрский признался: «Мой герой — это сыщик средней полосы». В его характере проявляются и русские национальные черты, и свойства человека 20-х годов 21 века, и типичные качества личности, травмированной схваткой с людскими пороками.– Георгий Юрский — автор семи детективных романов, в которых действуют полицейские из крови и плоти. Это тот счастливый случай, когда личность следователя не менее интересна, чем личность убийцы.