В эпоху великих реформ Петра I «Россия молодая» закипела даже в дремучей Сибири. Нарождающаяся империя крушила в тайге воеводское средневековье. Народы и веры перемешались. Пленные шведы, бухарские купцы, офицеры и чиновники, каторжники, инородцы, летописцы и зодчие, китайские контрабандисты, беглые раскольники, шаманы, православные миссионеры и воинственные степняки-джунгары — все они вместе, враждуя между собой или спасая друг друга, творили судьбу российской Азии.Причудливые нити человеческих судеб, протянутые сквозь первую книгу романа, теперь завязались в узлы.Реформы царя Петра перепахали Сибирь, и все, кто «были званы» в эти вольные края, поверяют: «избраны» ли они Сибирью? Беглые раскольники воздвигают свой огненный Корабль — но вознесутся ли в небо души тех, кто проклял себя на земле? Российские полки идут за золотом в далёкий азиатский город Яркенд — но одолеют ли они пространство степей и сопротивление джунгарских полчищ? Упрямый митрополит пробивается к священному идолу инородцев через сопротивление таёжных демонов. Тобольский зодчий по тайным знакам старины выручает из неволи того, кого всем сердцем ненавидит. Всемогущий сибирский губернатор оказывается в лапах государя, которому надо решить, что важнее — своя гордыня или интерес державы?…Истории отдельных людей сплетаются в общую историю страны. А история страны движется силой яростной борьбы старого с новым. И её глубинная энергия — напряжение вечного спора Поэта и Царя.«Война завершится, и враги перестанут быть врагами, но изменники остаются изменниками навсегда».«Но очень поучительно, господа, наблюдать устройство русской жизни, когда преимущество слагается из недостатков».«Правда не измеряется выгодой. Она просто должна быть».Оформление серии — арт-проект, в котором все романы Алексея Иванова оформлены художниками, работающих в очень непохожих манерах — настолько разных, насколько разные сами романы. Обложки для двухтомника «Тобол» разработал Юрий Гордон.