В книгу вошли три произведения английской литературы под одним названием «Поругание Лукреции» – барочная поэма У. Шекспира, трагедия его современника Т. Хейвуда и либретто знаменитой оперы Б. Бриттена. Два последних произведения переводятся на русский язык впервые. Все переводы выполнены известным поэтом Ильёй Кутиком.

В настоящий том вошли трагедии, комедии и маски (маскарадные представления при дворе) выдающегося английского поэта Уильяма Давенанта (1606–1668), крестника Шекспира. При советской власти его не переводили из-за того, что он был придворным казнённого короля Карла I и оставался роялистом во времена «прогрессивной буржуазной революции». Он сидел в Тауэре, был приговорён к смертной казни и спасён Джоном Милтоном, близким к Кромвелю. Его комедии «Платонические любовники» и «Умники» посмотрел «весь Лондон», они признаны шедеврами английской литературы. Ни у кого, кроме Шекспира, не наблюдается такого богатства всех регистров английского языка. Он продолжал творить при Кромвеле, закрывшем театры. Он автор либретто и постановщик первой английской оперы «Осада Родоса». Все произведения переведены на русский впервые известным поэтом Ильёй Кутиком

Александр Яблонский – русский писатель, профессиональный музыкант; с 1996 года живет в Бостоне; автор книги «Сны», романов «Абраша» (лонг-лист премии «НОС», 2011) и «Президент Московии», повестей, рассказов и научных статей. Трудно определить жанр «Ленинбурга»: это и путешествие из Москвы в Петербург (если это, конечно, Петербург…), и путешествие во времени – в «золотой», по мнению писателя, век жизни любимого, уже ушедшего, «китежного» города (а вместе с тем и его – автора – жизни): в 50-е – 60-е годы ХХ столетия. Это – психологическая энциклопедия времени и места, безупречно передающая аромат, вкус, звучание эпохи. Она профессионально точна, особенно во фрагментах, посвященных музыкальной и – шире – культурной жизни города, его истории и топографии, и, вместе с тем, фантасмагорична: автор непринужденно перемещается во времени, выпивая бокал вина в баре в графом Аракчеевым, присутствуя при экзекуции первого Генерал-полицмейстера Петербурга или отправляясь туда, куда смертным и вовсе хода нет… Главное же: ее построение и дух пронизаны самым важным для автора жизненным ощущением – чувством Свободы