НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.«Песни джиннов» складываются из дневниковых записей за полтора года, воспоминаний, снов, заметок о работе над фильмами и спектаклями. В книге Романа Михайлова позднесоветское детство встречается с современной Индией, сказки Пушкина — с бенгальским фольклором, музыка Штокхаузена и Мессиана — с размышлениями о ритме, впечатлении и природе искусства. А в финале открываются двери в волшебную школу, где всё наконец-то начинается по-настоящему.

Биография садовода и ученого Владимира Дегтярёва, жившего в конце XIX-начале XX века. По натуре романтик и искатель приключений, Дегтярёв сотрудничал с императорским Ботаническим садом, путешествовал по Латинской Америке в поисках редких растений, после революции из-за оговора оказался на Соловках, но и там продолжил работать, создал уникальный дендрарий, где в условиях крайне суровой природы выращивал тропические деревья. Проведя на Соловках почти десять лет, Дегтярёв освободился, снова работал, но был снова схвачен в конце 1930-х годов и расстрелян (впоследствии реабилитирован). Книга на стыке исторического исследования и автофикшна, о человеке, который посреди разрушения занимался созиданием, о попытках найти свое место на земле, о наследии (спустя годы после смерти Дегтярёва его изыскания использовались учеными других поколений).

Повесть об ужасе. История готического романаЭдит БиркхедЗаброшенные дома, фамильные проклятия, оживающие мертвецы и зловещие двойники — многие мотивы современных хорроров и видеоигр родились еще в готических романах XVIII–XIX веков. В своем классическом труде английская исследовательница и филолог Эдит Биркхед прослеживает развитие «повести об ужасе» от архитектурной мистики Хораса Уолпола, интеллектуального саспенса Анны Радклиф и экзистенциального ужаса Мэри Шелли до невротических кошмаров Эдгара Аллана По и связывает литературу страха с народными суевериями, романтизмом и кризисами европейской культуры. «Повесть об ужасе», написанная в 1921 году, — первое масштабное исследование готического романа и одновременно увлекательный путеводитель по миру литературных кошмаров, показывающий, почему сюжеты о призраках, подземельях и вторжении сверхъестественного продолжают пугать нас до сих пор.Превосходное исследование ранних этапов английской литературы ужаса.— Говард Филлипс Лавкрафт

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.»Страна возможностей» — это сборник историй о поисках работы и самого себя в мире взрослых людей. Рома Бордунов пишет о неловких собеседованиях, бессмысленных стажировках, работе грузчиком, официантом, Дедом Морозом, риелтором, и, наконец, о деньгах и счастье. Книга про взросление, голодное студенчество, работу в большом городе и про каждого, кто хотя бы раз задумывался, зачем все это нужно. Написанная в конце 2010-х, «Страна возможностей», с одной стороны, фиксирует приметы только что ушедшей эпохи, с другой, говорит о вечном: бесприютности, неблагодарном труде, гонке за успехом и надежде, что все это однажды окажется не зря.

Что общего между брызгами краски на холстах, «Красной книгой» Карла Густава Юнга и модернистскими текстами Гертруды Стайн? Книга американского философа и арт-критика Моргана Мейса («Пьяный Силен», «Судьба животных») начинается с попытки расшифровать загадочный цикл картин «Великая долина», написанный Джоан Митчелл, одной из ключевых художниц абстрактного экспрессионизма, в добровольном изгнании во французском городке Ветёй, а затем превращается в головокружительное путешествие туда, где из боли, памяти и утраты рождается подлинное искусство. Проходя сквозь «словесные водовороты» Гертруды Стайн, вглядываясь в кувшинки Клода Моне и сопереживая героям Гуго фон Гофмансталя, Мейс обнаруживает, что Великая долина — недосягаемый край, из которого мы на самом деле никогда не уходили. Эта книга, полная парадоксов, юмора и меланхолии, ставит финальную точку в исследовании искусства как откровения, в котором за хаосом красок и слов внезапно обнаруживается истинный облик реальности.

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.Тарантино-литератор так же легко ускользает от определений, как Тарантино-режиссер. Мемуары, история Голливуда, теория кино, зрительский дневник, палп-нон-фикшен или запротоколированный стендап, все это — «Киноспекуляции». Первую документальную книгу Тарантино посвятил фильмам своей юности, определившим его вкус и интуиции: от «Грязного Гарри» и «Рокки» до «Побега из Алькатраса». Автор наводит порядок на режиссерских кухнях своих предшественников, неизменно задаваясь вопросом: а как бы выглядела история кино, случись все иначе? Это полная искренней любви и азарта книга режиссера, чьи огромные познания, профессиональный опыт и связи в Голливуде позволяют быть убедительным даже в самых фантастических и спекулятивных построениях. Вы можете представить, как Брайан Де Пальма снял бы «Таксиста»? Квентин вам расскажет.

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.В современном обществе доминирует идея индивидуализма, но одиночество при этом часто воспринимается как личный провал. Мы обнаруживаем в себе стремление одновременно и к свободе, и к близости, что наглядно показал опыт изоляции во время пандемии. В своих эссе немецкий писатель и журналист Даниэль Шрайбер всматривается в этот кажущийся парадокс, обращаясь к трудам философов (от Аристотеля и Мишеля Фуко до Ханны Арендт и Жиля Делеза), художественной литературе (от Джейн Остин до Анни Эрно), актуальным исследованиям практикующих психотерапевтов и даже к популярным ситкомам. И приходит к дарящей надежду мысли, что выстраивание иерархий из моделей жизни, возможно, — не самая удачная идея, и слову «одиночество» соответствуют не только темные тона.

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.Нас определяют истории. Они лежат в основе наших убеждений и верований, характеров и вкусов. Тысячелетия назад умение складывать захватывающие сюжеты помогало нам расселяться по планете, поддерживать связь, проводить и стирать границы между племенами. А с недавних пор еще и писать книги, снимать фильмы и придумывать виртуальные миры.Но почему мы так любим истории? Ответ кроется в устройстве нашего мозга. С помощью последних достижений нейронаук Уилл Сторр объясняет, что корни всемирной славы Шекспира лежат в эволюции, в чем сила «Гражданина Кейна» и «Красоты по-американски» и чему мы можем научиться у самих себя. По мнению Сторра, жизнь каждого человека — блестящий сценарий, только пишут его не высшие силы, а наш мозг, ежеминутно наполняя происходящее смыслом и предназначением. «Внутренний рассказчик» переворачивает представление о литературном мастерстве и навыках сценариста и показывает, как истории рождаются в наших головах — и как авторы киноблокбастеров и признанных литературных шедевров манипулируют глубинными слоями подсознания.Осторожно: спойлеры! В книге раскрывается сюжет «Короля Лира», «Гамлета», «Дороги перемен», «Лолиты», «Лоуренса Аравийского» и др.

Minecraft делит историю видеоигр на до и после. Уже как минимум одно поколение выросло под лучами квадратного солнца, на сражениях с криперами и эндерменами, поездках на свинье и путешествиях в Нижний мир. В кубическо-пиксельной вселенной — открытом мире без определенных правил и с безграничным количеством возможностей — стримеры собирают миллионы зрителей, музыканты снимают клипы, дизайнеры устраивают модные показы; на отдельном сервере помещается библиотека запрещенной авторитарными режимами литературы, а на других тысячи волонтеров создают точную копию планеты Земля. При этом книг об устройстве, истории и культурном значении этого необъятного и постоянно развивающегося шведского изобретения до сих пор не существовало. Перед вами — первая. Философ и исследователь видеоигр Александр Ветушинский отталкивается от рассказа о сотворении мира Minecraft в контексте эволюции видеоигр, чтобы обнаружить повод для глубокого разговора об игровых практиках как о форме человеческого стремления к творчеству и свободе.

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.В XVIII веке пресвитерианский священник Томас Байес вывел формулу, значительно опередившую свое время: теорема Байеса позволяет оценивать, как изменяется вероятность события по мере поступления новой информации. Сегодня байесовская логика — один из краеугольных камней рационального мышления, на нее опирается как человеческий мозг (бессознательно), так и искусственный интеллект. Британский писатель и популяризатор науки Том Чиверс захватывающе рассказывает о самом Байесе, его теореме и спорах вокруг нее, а также о том, как ее применение помогает нам сделать свою жизнь лучше и в хорошем смысле предсказуемее.

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.В свои двадцать пять Патрик Хатчисон хотел покорять мир, но вместо этого писал рекламные тексты про сантехнику и боролся с постоянным ощущением тоски и бессмысленности. Выход нашелся неожиданно: он купил хижину в горах на северо-западе США, чтобы жить на природе и заниматься ручным трудом. При этом Патрик не имел никаких плотницких навыков, а его новое жилье могло похвастаться разве что дырявой крышей, кривыми полами и армией пауков. За шесть лет, полных абсурдных ошибок и героических побед, Патрик не только сменил офисное кресло на строительные перчатки, но и научился радоваться мелочам: когда дверь закрывается без пинка, бензопила заводится с первого раза, а носки остаются сухими. «Хижина» — честный и уморительно смешной рассказ о том, что для великого приключения нужны лишь самоирония, надежные друзья и немного решимости.

В 1943 году офицеры СС, отвечавшие за комплекс концлагерей около польского города Освенцим, приказали создать оркестр из заключенных женщин. Почти пятьдесят узниц из одиннадцати стран в любую погоду играли маршевую музыку для других подневольных. Живя в тяжелейших условиях, участницы оркестра были вынуждены регулярно давать концерты и для нацистских офицеров, а некоторых девушек иногда вызывали для сольных выступлений. Почти каждой это в итоге спасло жизнь. Но какой ценой? Историк и биограф Энн Себба, опираясь на архивные исследования и уникальные свидетельства из первых уст, вглядывается в этот трагический сюжет, полный сложных этических вопросов. Какую роль играла музыка в лагере смерти? Как она влияла на тех, кто своей жизнью стал обязан участию в нацистском пропагандистском проекте? Каково это — развлекать тех, кто уничтожил в том числе твоих близких?

В начале ХХ века, когда Российскую империю сотрясали теракты и революции, незаметный инженер-электрик Евгений (Евно) Азеф вел сразу две тайные и опасные жизни. Он одновременно работал секретным агентом полиции, которая боролась с революционерами, и возглавлял Боевую организацию партии эсеров, которая устраивала покушения на высших чиновников и членов царской семьи. Он то уводил полицию по ложному следу, то сдавал ей товарищей-подпольщиков.После разоблачения Азеф из легенды революционной борьбы превратился в изгоя, а его имя стало символом позорной беспринципности. Однако писателю Валерию Шубинскому удалось выявить в двойном агенте прежде всего человека — со своими привязанностями, известными моральными ограничениями и даже политическими убеждениями. В турбулентные времена, когда моральный компас общества сбит окончательно, знакомство с реальной историей зловещего циника может не только обескуражить, но и отрезвить.

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.В разгар сирийской войны 2015 года британская журналистка Ребекка Лоу села на велосипед и в одиночку отправилась из Лондона в Тегеран — через пустыни, горы и диктаторские режимы, преодолев двадцать стран и одиннадцать тысяч километров. В этом путешествии Ребекка пьет чай с беженцами и политическими активистами, отбивается от навязчивых ухажеров, попадает в песчаные бури, едва не теряет сознание от жажды — и раз за разом выпутывается из передряг благодаря помощи незнакомцев. «Долгая дорога в Тегеран» — живой и честный портрет современного Ближнего Востока, где репрессии, повсеместный сексизм и бюрократический абсурд соседствуют с традиционным гостеприимством, а юмор и человечность помогают пережить самые тяжелые испытания.

Когда большие идеологии прошлого века потерпели крах, на смену пришло внимание уже не к общественному и массовому, а, наоборот — к частному, к индивидуальному, к самоопределению всякого отдельного человека. Многие из тех, кого веками преследовали за несхожесть с большинством, нашли в своей идентичности предмет для гордости и сделали ее основой мироощущения. К 2020-м годам вопросы персональной идентичности проникли и в политический мейнстрим. Сегодня для многих левых и либералов в западных странах идею единства в борьбе за свои права сменило то, что американский политолог Яша Мунк называет «идентитарным синтезом». В рамках этой идеологии центральное место в человеческой жизни занимают цвет кожи, сексуальная ориентация, этническая принадлежность — и уникальное становится важнее объединяющего, а тем, кто не относится к угнетаемым меньшинствам, предлагают молчать и слушать. Но на самом деле эти благие намерения ведут лишь к повышению разобщенности между людьми и отталкивают многих от левых идей, что играет на руку правым и консерваторам.В этой книге, переведенной уже на семь языков, Мунк внимательно изучает историю и секреты успеха идентитарного синтеза, обнаруживает опасности современной воук-культуры и предлагает выходы из ловушки идентичности, которые помогут людям вместе построить здоровое общество.

Как уверенно ориентироваться на квартирном рынке и вкладывать душу в дизайн интерьера, а не в ипотеку? Как составить объявление, которое соберет лайки и приведет к успешной сделке? Как снять квартиру в своем ритме, с грамотно составленным договором и всего одним залогом? И как почувствовать себя дома, даже если своей недвижимости у вас пока нет? Марфа Некрасова, основательница сообщества Flats for friends, которое помогло сотне тысяч людей снять и сдать жилье, написала книгу, способную заменить вам риелтора, дизайнера и психотерапевта. «Снимай, сдавай, люби» — инструкция по выживанию в мире недвижимости для всех, кто верит: дом — это не только квадратные метры, но и место, где можно быть самим собой.

Дебютный роман Маши Константиниди хихикает и плачет, разыгрывает греческую трагикомедию и документирует тяжелую внутреннюю борьбу. Это молодой автофикшен, где встречаются черная жижа и хор париков, студенческие бары и темные мысли, а честный рассказ о жизни с алопецией и хроника Москвы поздних 2010‑х — ранних 2020‑х превращаются в универсальную историю о том, как сложно жить с несовершенным телом (а совершенных тел не бывает) и быть понятыми другими людьми.

Неужели это правда? Настал конец времен? Из-за эпидемий, климатической катастрофы и ядерной угрозы — не говоря уже о постоянно нарастающем фоновом гуле ярости, страха и тревоги, — начинает казаться, что вечеринка, которую мы называем цивилизацией, вот-вот закончится. С одной стороны, новость так себе. С другой, так бывало и раньше.Опираясь на эволюционную психологию, историю, науку о мозге, теорию игр и многое другое, теоретик сотрудничества (и, по совпадению, эксперт по зомби) Афина Актипис обнадеживающе объясняет, что мы как вид приспособлены к выживанию во время глобальных катастроф и можем проворачивать это снова и снова, используя врожденные навыки общения и взаимопомощи.Положите укулеле в свой тревожный рюкзак. Отработайте навыки по управлению рисками. Объединитесь в команду по выживанию. И смиритесь с тем, что наступит апокалипсис. Возможно, вам это понравится. Кроме того, все это поможет сформировать лучшее и более устойчивое будущее для всего человечества.

Папа Диктатор правит разграбленной страной, ведет войну с соседями, попирает права человека и уничтожает свободу слова. Но у себя дома он — заботливый семьянин, прилежный садовник и любитель животных, готовый на все ради защиты окружающего мира. Великий вождь знает, что лучше для народа. И если вам вдруг покажется иначе — значит, вам показалось.

Аннотация к книге «Олимпийский Мишка. Судьба последней советской утопии и ее талисмана» Корнеев И.:Самый дружелюбный русский медведь в истории, первый и единственный по-настоящему популярный маскот Олимпиады, Мишка явился в Москву 1980-го, чтобы изменить всё — принять в гости друзей со всего света, поразить их гостеприимством и показать миру новое, радостное и доброе лицо Советского Союза. Но ему помешали, и он улетел без обещания вернуться.Историк Иван Корнеев написал биографию Олимпийского Мишки как рассказ о позднем СССР до, во время и после московской Олимпиады. В медвежьих глазах отражаются быт простых советских граждан и партийные интриги, блеск и тревоги олимпийской столицы, торжественные церемонии и международные скандалы. И всё это складывается в историю о времени больших надежд, когда казалось, что спорт сможет объединить мир и примирить враждующие государства, а благие намерения руководства страны искренни и не обернутся собственной противоположностью. Читать дальше…

В эпоху культа силы, завоеваний и побед необходимо по мере сил учиться вниманию к уязвимости, неудачам и поражениям. Режиссер и драматург Александр Плотников в своей первой книге рассказывает истории космонавтов, которые отдали судьбы ради космоса, но так и не совершили ни одного полета. Или, как собака Лайка, не вернулись живыми. Автор посвящает этим мужчинам, женщинам и собакам поэму, отправляется в воображаемое путешествие к звездам заветной Альфа Центавра и дополняет книгу развернутым эссе, в котором признается и в собственном судьбоносном поражении.

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.Дебютный сборник рассказов Федора Шейда состоит из остроумных и пронзительных историй, которые складываются в трагикомический сериал о современной России. Репортер на испытательном сроке получает задание написать новость о крокодиле, погибшем под колесами грузовика. Популярный комик сталкивается с обвинениями в насилии и отчаянно пытается спасти свою карьеру. Замкнутый парень везет сумасшедшую соседку в больницу, где случайно знакомится с врачом-гангстером и отправляется в ночное путешествие. Брат и сестра караулят таинственного незнакомца, который по ночам уничтожает советские вывески. Беспощадная сатира и абсурд соседствуют с неожиданной человечностью, горечь сменяется радостью, а привычную повседневность пронизывает сквознячок небытия.

Аннотация к книге «Бомба. Как ядерное оружие изменило мир» Волвертон М.:Когда ядерное оружие появилось на свет, мир необратимо изменился. Сегодня существует примерно четырнадцать тысяч ядерных боеголовок — достаточно, чтобы уничтожить цивилизацию и сделать Землю непригодной для жизни. Научный журналист Марк Волвертон исследует историю разработки ядерных вооружений начиная с самых первых его испытаний, ключевые эпизоды, когда мир стоял на пороге апокалипсиса, а также рассказывает, как ядерное оружие повлияло на мировую культуру. «Бомба» — отрезвляющий рассказ о прошлом, настоящем и будущем самого опасного изобретения, созданного человеком. Читать дальше…

В 2020 году 22-летний московский армянин Коля Степанян отправился в Армению, где втайне от родителей встал на военный учет. Из армии его отправили на войну, которая вошла в историю как «Вторая Карабахская». После двух недель боевых действий он пропал без вести на 70 дней. Где он был, что там происходило и как вместе с несколькими сослуживцами ему удалось оттуда выбраться — об этом Коля написал книгу «Где»: страшную, смешную, во многом неудобную и чертовски правдивую.

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.Лучший роман о дождевых червях, который вы когда-либо читали.Два выпускника агрономической академии пытаются изменить мир, испорченный человеческим присутствием. Артур отправляется в Нормандию, чтобы восстановить участок земли, доставшийся ему по наследству. Кевин покоряет Париж и создает стартап по переработке отходов. В дождевых червях каждый видит что-то свое — то ли последний шанс спасти планету, то ли способ выбиться в люди и обогатиться.Книга французского писателя и философа Гаспара Кёнига — динамичный и едкий роман об утраченных иллюзиях и экологическом кризисе.

Молли Мун встречает… Молли Мун?В третьей книге популярной серии гипнотическая сиротка Молли и Петула отправляются в Индию, где сталкиваются с новыми опасностями и загадками. Однако в своих приключениях Молли обнаруживает у себя новую способность — возможность путешествовать во времени! Событие за событием ведут Молли в водоворот интриг и древних тайн, где каждое решение влияет на будущее…