Изд. Клаудберри
Показаны все результаты (7)Сортировка: самые недавние
- Еврейская история
- Еврейская литература
- Еврейская традиция
- Законы и право
- Изучение иврита
- Искусство
- История
- Иудаизм
- Кабалла
- Кулинария
- Лекарственные растения и травы Израиля
- Медицинская литература
- Мемуары
- Новинки
- Политика и общество
- Поэзия
- Природа
- Психология
- Публицистика
- Путеводители
- Разное
- Слайдшоу
- Философия и эзотерика
- Фотоальбомы
- Электронные книги
-
Прекрасные пути. Размышления об искусстве и жизни: Тексты 1943-1999
Хундертвассер Ф. 319 ₪Фриденсрайх Хундертвассер – австрийский художник, самопровозглашенный архитектор, эксцентричный бородатый «хиппи» в кепке, автор ярких картин и зданий, проповедник экологичного образа жизни, один из первых акционистов.Хундертвассера принято считать родоначальником экологического направления в архитектуре – как, впрочем, и экологического движения в целом.Он предлагал озеленять крыши, возвращая тем самым природе, украденный у нее и использованный под фундамент дома кусок.Хундертвассер всю жизнь боролся за право человека на красоту в повседневности: высунись из окна и разрисуй стену, до куда достанет рука с кисточкой; носи разноцветные носки, пришивай неодинаковые пуговицы; сажай деревья внутри дома и на крыше! Некоторые его соображения (например, отказ от канализации в пользу гумусных туалетов), конечно, выглядят утопично. Однако одновременно с этим многие его идеи до сих пор звучат современно, увы – ведь это означает, что все те же проблемы по-прежнему актуальны.Современному миру точно не помешало бы прислушаться к Хундертвассеру!
-
Фотогения
Деллюк Л. 125 ₪Аннотация к книге «Фотогения» Деллюк Л.:Луи Деллюк — именитый критик, успешный беллетрист, великий режиссер и отец теории кино. «Фотогения» — его главная книга, вышедшая в 1920 году и ставшая точкой отсчета для истории киноведения.В этой книге, злой и веселой, он заложил основы «фотогенической концепции», которой суждено было оказаться одной из самых влиятельных и плодотворных кинотеорий. Не изобретая специальных терминов, не вводя аксиом и не выводя формул, автор поставил здесь вопросы, ставшие отныне ключевыми для любой профессиональной мысли о кино: о цельности изображения, о выразительности актера, о монтажном ритме, о стилизующей функции света.Деллюк по косточкам разбирает процесс создания и восприятия кино на разные составляющие и проговаривает вещи, которые кажутся абсолютно революционными для столь раннего периода развития кино — и одновременно как будто бы само собой разумеющимися. Чем отличается искусственное освещение от естественного? Какую роль играют в немом кино слова? Могла ли Сара Бернар блистать на экране, как на сцене? Что выделяет Сессю Хаякаву на фоне современников? Как могла бы выглядеть идеальная киностудия? И причем тут коррида?В 1924, в год смерти Деллюка, «Фотогения» была переведена на русский язык и благодаря этому завоевала любовь и уважение (если не сказать преклонение) отечественных киноведов и любителей кино. Ровно через сто лет мы представляем новый, более полный или болеет точный перевод, снабженный большим количеством иллюстраций, а также обширнейшим научным комментарием и предисловием Алексея Гусева. Читать дальше…
-
На небе никого
Букша Ксения Сергеевна; Бондарь Артур 175 ₪«На небе никого» – это сочетание художественного и документального. Оставаясь на территории литературы, мы подчеркиваем важность и актуальность реальной военной истории. Мы объединили эти два языка, два мира, две половины книги, чтобы синтезировать новый способ говорить о том, для чего теперь особенно трудно подобрать слова.Ксения Букша написала 33 перекликающиеся истории про разных людей, военных и гражданских, оккупированных и эвакуированных, мужчин и женщин, детей и стариков, советских и немецких, польских и американских.Все главы появились в результате переработки множества реальных воспоминаний и дневников советских, немецких, американских участников и свидетелей войны. Реальные ситуации, детали жизни того времени невозможно придумать, их можно только найти. Все персонажи вымышленные, но голоса у них настоящие.Артур Бондарь выбрал из своей огромной коллекции 113 фотографий. Это документальные кадры, они не служат иллюстрациями, но, помещённые в контекст художественной прозы, складываются в параллельное повествование.Какие-то из фотографий имеют автора и предысторию, какие-то анонимны; про некоторые можно с точностью до часа сказать, когда они были сделаны, про другие же можно только делать предположения. Это огромный объём документальных свидетельств, который обязательно должен увидеть свет – так родилась идея книги о войне с настоящими кадрами.
-
Скрытая перспектива. Иллюстрированные воспоминания легендарного фотографа о Второй мировой войне
Капа Роберт 114 ₪«Скрытая перспектива» – это книга воспоминаний о Второй мировой войне: потрясающе честная, увлекательная и страшная. Выполняя заказы для различных изданий, Капа посмотрел на Вторую мировую с разных сторон: он снимал в Англии, в Северной Африке, в Италии, Франции и Германии. Только появившись, его кадры с места событий мгновенно облетали передовицы всех американских газет. Фотографии были настолько хороши, что официальная пропаганда потребовала печатать их во всех изданиях без ограничений, поэтому американское агентство, на которое Капа работал, было вынуждено уволить его. И этот фотограф-авантюрист, который был слишком хорош для того, чтобы его брать на работу, долгое время фактически нелегально продолжал находиться в эпицентре военных действий и делать лучшие репортажи с фронта.Описав свою военную жизнь, Капа создал книгу, которую без натяжки можно назвать приключенческой – по количеству счастливых случайностей, невообразимых совпадений, колоритных персонажей и масштабу действия она может посоревноваться с лучшими примерами художественной литературы. Но Капа был прирожденным документалистом, что не могло не проявиться и в его литературном творчестве.Кульминацией повествования становится рассказ о высадке союзнического десанта в Нормандии. Напряжению рассказа соответствует напряжение, выраженное в сделанных тогда же снимках: нечеткие, слегка не в фокусе, фотографии подкупают своей реалистичностью или, скорее, аутентичностью, заставляя содрогнуться от осознания того, что и сам фотограф был там, этим серым утром, в этой ледяной воде, и подвергался смертельной опасности наравне с запечатленными солдатами, но, в отличие от десятков из них, выжил.Российский читатель несомненно будет удивлен и шокирован: для Капы в ходе Второй мировой войны становятся наиболее значимыми вовсе не те события, которые привыкли считать ключевыми мы. Здесь нет ни слова ни о Сталинграде, ни о Курской Дуге, ни о взятии русскими Берлина. Зато есть рассказ о войне на территории Великобритании, Алжира, Италии, есть ликующая песнь освобождению Парижа.Рассказ Капы – это, по сути, виртуозное журналистское эссе, отличный пример того, как в доступной форме можно с одной стороны передать весь ужас, величие и значимость исторических событий, а с другой – использовать исторический материал как основу для анализа человеческой природы. В журналистский канон этот текст вписывается еще и потому, что его по праву можно считать эталоном репортерской объективности. Не позволяя себе впадать в крайности при описании страшного и прекрасного, фотографически транслируя читателю факты, Капа тем самым делает страшное еще страшнее, а прекрасное – еще прекраснее. Объективность Капы – это объективность, мера которой – честность по отношению к себе, к окружающим, к потомкам. Роберт Капа категорически не приемлет любое лицемерие и всеми силами вытравливает его из окружающей действительности, не допускает его в свое повествование.
-
Слова молчуна.Беседы с Бертраном Эвено
Рибу Марк 123 ₪Марк Рибу – один из главных французских фотожурналистов, классик, переживший ХХ век, автор огромного количества узнаваемых шедевров.«Слова молчуна» – это потрясающее свидетельство эпохи, одновременно визуальное и повествовательное. В отличие от многих коллег, Марк Рибу не стремился оставить завещание потомкам, и тем ценнее его свидетельства.С подачи своего друга Бертрана Эвено он все же выкладывает карты на стол, раскрывает секреты, рассказывает кое-что о внутренней кухне, рассуждает об эпохе, приводит курьезные примеры. Так, постепенно из небольших фрагментов складывается картина его долгой и необычной жизни.
-
Город-порт. Санкт-Петербург. Век XVIII — начало XX
Шиф Л. И. 957 ₪Альбом-исследование представляет историю Санкт-Петербурга с точки зрения гидротехники. Книга разделена на главы, рассказывающие о важнейших гидротехнических и гидростроительных процессах – о создании многочисленных намывов, устройстве каналов, сооружении набережных, разработке фарватеров, строительстве гаваней.В 300-страничном альбоме собрано более 450 иллюстраций, среди которых помимо схем и изображений различных гидротехнических сооружений и конструкций представлены всевозможные репродукции знаменитых русских и зарубежных художников XVIII – начала ХХ века, запечатлевших виды речного и морского порта Санкт-Петербурга.Автор альбома-исследования — Любовь Шиф – профессиональный историк Санкт-Петербурга, заслуженный экскурсовод, обладатель многолетнего опыта в этой области и автор целого ряда книг о городе.
-
Автопортрет. Опись эпохи от главного фотографа-модерниста
Ман Рэй 97 ₪«Автопортрет» Ман Рэя — это летопись богемного ХХ века, когда все друг друга знали и жили в Париже (и немного в Нью-Йорке), но в то же время это исповедь художника, изобретателя, творца в широком смысле слова.Несмотря на рекордное количество мимоходом упомянутых мировых знаменитостей, Ман Рэй не опускается до светских сплетен, и на первом плане у него всегда остается творчество. А все остальное — лишь красивые декорации, в которых ему довелось жить и работать. Он подробно описывает свой творческий путь, не очень стесняясь в выражениях («Оглядываясь назад, не могу не восхититься разнообразием своих интересов и своей изобретательностью. Я был воистину новым Леонардо да Винчи» — говорит он о себе восьмилетнем), но в то же время сохраняя здравый смысл и чувство юмора.Ман Рэй был очень талантливым и разносторонним человеком, он не видел необходимости выбирать себе один единственный ярлык и не понимал тех, кто был этим недоволен: «…сколько людей уверены, что я не имею права называться одновременно и фотографом, и художником и обязательно должен быть чем-то одним в ущерб другому: прекрасным фотографом, но дрянным художником или, наоборот, прекрасным художником, но дрянным фотографом, — как будто сами критики достаточно компетентны для того, чтобы с ходу это определить».Воспоминания Ман Рэя — это очень объемный и правдоподобный срез эпохи, но в то же время очень личная история художника. Он умело балансирует на грани, не впадая ни в ту, ни в другую крайность — откровенность и тонкий анализ современного ему мира искусства смешаны в беспроигрышной пропорции.