Флюид скидка 50:%
Показаны все результаты (2)Сортировка: самые недавние
- Еврейская история
- Еврейская литература
- Еврейская традиция
- Законы и право
- Изучение иврита
- Искусство
- История
- Иудаизм
- Кабалла
- Кулинария
- Лекарственные растения и травы Израиля
- Медицинская литература
- Мемуары
- Новинки
- Политика и общество
- Поэзия
- Природа
- Психология
- Публицистика
- Путеводители
- Разное
- Слайдшоу
- Философия и эзотерика
- Фотоальбомы
- Электронные книги
-

Признание на стеклянной крыше: роман. Хоффман Э.
Элис Хоффман 5 ₪«Признания на стеклянной крыше» — это пронзительная и горькая история таланта, обреченного на саморазрушение губительным воздействием непонимания и тупой обыденности, которым противостоят, подчас тщетно, усилия любви. Живые и точные картины современной действительности отмечены, как нередко бывает у Элис Хоффман, присутствием мистики. Начинаясь, как стилизованная, очень поэтическая Love Story, сюжет постепенно входит в русло вполне земного, даже натуралистического реализма и, живописуя физические и душевные страдания персонажей, когда уже кажется, что все обречены и выхода нет, вдруг вновь возносит нас в полуфантастический мир видений и галлюцинаций.
-

Горовиц и мой папа.
Алексис Салатко 48 ₪Алексис Салатко — популярный во Франции автор романов и беллетризованных биографий. В 80-90-е годы он был журналистом, работал в издательстве, а также писал сценарии вместе с Романом Полански и Дидье Декуэном. Роман «Горовиц и мой папа», удостоенный премии Жана Фрестье, — это история продлившейся всю жизнь музыкальной дуэли между двумя великими пианистами, окончившими одновременно Киевскую консерваторию. Один из них — Владимир Горовиц — стал известен во всем мире, гений другого — отца рассказчика — никем, кроме его семьи, не был признан. Это история любви… История любви человека, рожденного для славы, но выбравшего женщину и радости обычной жизни. История любви героя романа к его отцу, история рождающегося взаимопонимания, полная нежности и иронии. «Роман Салатко читаешь с тем же ощущением, с каким слушаешь концерт Чайковского или ноктюрн Шопена: здесь столько же страсти, сколько печали…»
