НОВЫЙ ФОРМАТ КНИГИ: обложка с клапанами.Современно, стильно и информативно.Свидетельства главных участников заговора по избавлению России от рокового старца.«Сегодня, ровно в 9 часов утра, ко мне приехал князь Юсупов… Он просидел у меня более двух часов. "Ваша речь не принесет тех результатов, которые вы ожидаете, — заявил он мне сразу. — Государь не любит, когда давят на его волю, и значение Распутина, надо думать, не только не уменьшится, но, наоборот, окрепнет, благодаря его безраздельному влиянию на Александру Федоровну, управляющую фактически сейчас государством, ибо государь занят в Ставке военными операциями". "Что же делать?" — заметил я. Он загадочно улыбнулся и, пристально посмотрев мне в глаза немигающим взглядом, процедил сквозь зубы: "Устранить Распутина". Я засмеялся…»Владимир ПуришкевичТексты печатаются полностью по изданиям:Дневник члена Государственной думы Владимира Митрофановича Пуришкевича, Париж, 1924Ф.Ф.Юсупов. Конец Распутина, Париж, 1927

Бродский считал, что Игорь Ефимов «продолжает великую традицию русских писателей-философов, ведущую свое начало от Герцена». И вот теперь, опубликовав дюжину романов и полдюжины философских книг, Ефимов написал свой вариант «Былого и дум».
Из первого тома его воспоминаний — «В Старом Свете» — читатель узнает, что его жизнь в России проходила под лозунгом «не верь, не бойся, не проси» задолго до того, как этот лозунг был отчеканен Солженицыным. Уже в школьные годы он не верил газетной и радиопропаганде — только Пушкину, Лермонтову, Толстому. И не боялся вступиться за сослуживца, которому грозил расстрел. И за гонимого поэта, будущего нобелевского лауреата. Не боялся распространять запрещенную литературу и печататься за границей в те годы, когда за это давали до семи лет лагерей… Ефимову повезло — ему довелось дожить до возвращения его книг в Россию.

Варвара Федоровна Голицина (1854—1931) родилась в семье харьковского предводителя дворянства князя Федора Григорьевича Голицына. Еще в юности обнаружила страсть к путешествиям, совершая поездки по Европе и самым дальним уголкам России. В 1876 году 22-летняя княжна вышла замуж за молодого генерала, служившего в штабе командующего царскими войсками на Кавказе, Сергея Духовского, позже генерал-губернатора Приамурского и Туркестанского краев. Отныне страсть к путешествиям нашла себе применение, и Духовская сопровождала мужа во всех его поездках, какими бы дальними и экзотическими они не были.Она даже стала участницей двух кругосветных путешествий! Во время Русско-турецкой войны 1888 года находилась в Закавказье и была непосредственной свидетельницей происходивших там событий. Переплывала Атлантику, Японское море, пересекала экваториальный пояс. Об этих и других событиях писала в своих дневниках, а впоследствии решила, в целях благотворительности, издать в виде мемуаров, которые впервые вышли в С.-Петербурге в 1900 году и с тех пор не переиздавались.Эта очаровательная женщина, твердости духа которой мог бы позавидовать не один мужчина, вносит в свои заметки всё, что видит, слышит и чувствует. Юмор, самоирония, наблюдательность и — неизбежная при таком уме — язвительность формулировок дополняют картину и позволяют увидеть вживую и наложниц турецкого султана, и столпотворение на Всемирной выставке в Париже, и улицы Сайгона, Тбилиси, Нагасаки…Варвара Духовская пережила революцию и умерла в Ленинграде в 1931 году.

Казимир Феликсович Валишевский (Kazimierz Waliszewski; 1849 Варшава —1935 Париж) — польский историк и писатель. Известен прежде всего своими книгами по истории России — от Ивана Грозного до Александра I. Он писал по-французски, так как получил образование во Франции, где с 1885 года постоянно жил и работал. Книги Валишевского изобилуют огромным количеством фактического материала, подчерпнутого им в архивах Парижа, Лондона и Петербурга. Он пользовался особым расположением великого князя Николая Михайловича, открывшего ему доступ к секретным архивам Романовых.«Сын Екатерины с его трагической судьбой — одна из самых загадочных фигур истории. И одна из самых спорных», — пишет Валишевский о своем герое и на протяжении всего повествования — от рождения до трагического конца, следуя за Павлом на всех этапах его жизни, — пытается найти ответ на вопрос: был сын Екатерины душевнобольным или русским Гамлетом?

Жихарев Степан Петрович (1787 (по другим источникам — 1788) —1860) — писатель. Учился в Московском университете, но курса не окончил. Принадлежал к золотой московской молодежи, ничего не делавшей и всем интересовавшейся, особенно театром и литературой. Мечтал стать писателем. Его переводы французких пьес в печать не попали, а на сцене оказались «неудачными». Его трагедия «Артабан» ни печати, ни сцены не увидела, так как, по мнению князя Шаховского и откровенному отзыву самого автора, была смесью чуши с галиматьей. Немного больше успеха выпало на долю интермедии «Предпоследняя репетиция трагедии Дмитрий Донской» (1856). Стихи Жихарева печатались в журналах.Плохой драматург, неудачник переводчик, Жихарев оказался талантливым автором дневника. Везде бывавший, вернее — имевший обширный круг знакомых, от сенатора до отставного суфлера, он был своим человеком за кулисами петербургских и московских театров. В своем дневнике Жихарев сообщает интересные характеристики, любопытные факты и дает ценный материал для истории театральной жизни начала XIX века. Написанные искренним тоном и хорошим языком, «Записки» передают барский быт, театральную жизнь и описывают литературные новинки того времени.«Записки современника» велись с 1805 по 1819 год (но полностью не сохранились), печатались частями в «Москвитянине», «Отечественных записках», «Русском архиве».

За тридцать три года жизни в Новом Свете Игорь Ефимов написал восемь романов, среди которых — «Архивы Страшного суда», «Седьмая жена», «Суд да дело», «Неверная», «Новгородский толмач», «Невеста императора» и другие. Из-под его пера также вышли историко-философские исследования «Стыдная тайна неравенства», «Грядущий Аттила», «Кто убил президента Кеннеди». Все его книги после падения коммунизма были переизданы в России.Второй том воспоминаний Игоря Ефимова «Связь времён. В Новом Свете» представляет развёрнутое описание жизни российской литературной эмиграции в конце ХХ века.

В 1825 году многие не поверили в смерть императора Александра I. По одной из версий, в Санкт-Петербурге похоронили не тело Александра I, а его тело его двойника. Император, пожелав искупить свою вину в убийстве отца — Павла I — стал старцем-аскетом, отдалился от мирской жизни, уехал Сибирь и умер в Томске в 1864 году. Так родилась легенда о старце Фёдоре Кузьмиче. Над этой загадкой историки размышляют вот уже полтора столетия. Тождество этих двух людей — плод народной фантазии? Или возможен путь — из монархов в монахи? И между императором и старцем можно поставить знак равенства?

Владимир Голяховский был преуспевающим хирургом в Советской России. В 1978 году, на вершине своей хирургической карьеры, уже немолодым человеком, он вместе с семьей уехал в Америку и начал жизнь заново.
В отличие от большинства эмигрантов, не сумевших работать по специальности на своей новой родине, Владимир Голяховский и в Америке, как когда-то в СССР, прошел путь от простого врача до профессора Американской клиники и заслуженного авторитета в области хирургии. Обо всем этом он поведал в своих двух книгах — «Русский Доктор в Америке» и «Американский доктор из России», изданных в «Захарове».
В третьей, завершающей, книге Владимир Голяховский как бы замыкает круг своих воспоминаний, увлекательно Рассказывая о «жизни» медицины в Советском Союзе и о своей жизни в нем.

Богдановичей — Евгения Васильевича (1829-1914) и его жену Александру Викторовну (1846-1914) — знал весь Петербург.Генерал Богданович, чиновник министерства внутренних дел, тайный советник, староста Исаакиевского собора, рьяный монархист, издатель и публицист, был хозяином известнейшего политического салона, просуществовавшего более полувека — с 1860-х годов почти до Первой мировой войны. «Бесчисленные связи и знакомства сделали незаметно мой дом сборным местом всего, что есть патриотического в нашем Отечестве… Все у меня бывают, встречаются, сходятся, спорят, завтракают за одним столом и обмениваются сведениями, мыслями, пожеланиями… Ни одно событие, мало-мальски достойное внимания, не минует моего дома, и нет ни одной газеты, которая не отставала бы от разговоров «у генерала Богдановича»».Вследствие этого Богдановичи были весьма осведомленными людьми, а Александра Викторовна долгие годы вела дневник, куда аккуратно и тщательно заносила многое из того, что слышала от гостей — министров, губернаторов, военачальников, служащих дворцового ведомства, церковных иерархов, дипломатов, журналистов, коммерсантов, депутатов и пр.Ее записи (политического, светского, бытового характера), находящиеся в Российском государственном историческом архиве в Санкт-Петербурге, исчисляются сотнями. Дневники, охватывающие события с 1879 по 1912 год (с купюрами и без тетрадей за 1882-1887 гг., которые, вероятно, утрачены), впервые были опубликованы под названием «Три последних самодержца» в 1924 году. С тех пор трудно найти автора, пишущего о последних годах империи, который не ссылался бы на записки генеральши Богданович.

Князь Сергей Дмитриевич Урусов — видный общественный и политический деятель Российской империи конца XIX — начала XX века. Служил председателем в калужском земстве, тамбовским вице-губернатором, заведовал типографиями Москвы, занимал пост тверского губернатора. Впоследствии входил в правительство С.Ю.Витте, был депутатом Государственной думы первого созыва.
«Записки» князя Урусова относятся к 1903-1904 годам, когда по рекомендации В.К.Плеве — вскоре после кишиневского погрома — он был назначен губернатором в Бессарабию. Пробыв на этом посту полтора года, либерал Урусов снискал славу «сантиментального юдофила». Изданные в 1907 году, его воспоминания получили широкую известность, однако вызвали недовольство в правящих кругах, вследствие чего автор был арестован и провел в заключении четыре месяца.
Текст воспоминаний публикуется по изданию:
Кн. С.Д.Урусовъ. «Записки губернатора. Кишиневъ 1903-1904 г.». Издание В.М.Саблина. Москва, 1907. Текст приведен в соответствие с нормами современной орфографии.

«Записки» Константина Ивановича Фишера (1805—1880) — действительного тайного советника, сенатора — это блистательные, точные, ироничные зарисовки чиновной России XIX века. Яркая галерея портретов государей и их вельмож: некоторых — служивших с честью, но больше — мздоимцев, казнокрадов и глупцов, подчас делавших карьеру исключительно очинкой перьев…

История Анастасии — это повесть об эмигрантах. Она – о людях, внезапно потерявших почву под ногами, ослепленных прошлым, видевшимся им идеальным, затаивших злобу и парализованных неуверенностью. Это рассказ о мучительной нерешительности и чудовищных недоразумениях. Наконец, это главным образом история семьи, оказавшейся в кризисной ситуации, некогда могущественной династии, столкнувшейся с проблемой, неподвластной ее законам и традициям, семьи, частично уничтоженной во время революции или оказавшейся в изгнании. И этой семье было предложено признать своим членом больную, неуравновешенную, склочную женщину, которую мало кто готов был счесть нормальной, а не то что единственной наследницей царя. Разгадка Анастасии не в России, но в самой семье Романовых, где гордость и внешние приличия возобладали над состраданием и обрекли человеческое создание на одинокое существование в полном горечи мире обвинений и сомнений.

Ирина Анисимова-Вульф — ученица Станиславского и Завадского, играла в их спектаклях, ставила пьесы Шекспира, Уильямса, Розова, Сартра и Штейна. Всю жизнь была рядом с Фаиной Раневской, Верой Марецкой, Ростиславом Пляттом, Осипом Абдуловым, Николаем Мордвиновым. Любила их. Боготворила Бориса Пастернака, Владимира Васильева, Любовь Орлову. За свою недолгую жизнь успела сыграть десятки ролей, поставить сорок спектаклей в театре, воспитать сына и внука и сохранить во времени искусство и культуру России, без которых себя не мыслила.
О ней и о людях, которые ее окружали, — эта книга.

Упоминание о нем считалось преступлением. Были уничтожены все следы его царствования. Он поплатился пожизненным заточением за то, что четыреста четыре дня носил титул Императора Всероссийского. Трагическая история малютки-императора, «императора в колыбели» Иоанна Антоновича — русской «железной маски» — который в течение 404 дней носил царскую корону, имел наименование державного повелителя миллионов людей и был одним из венценосцев на престоле Великого Петра.

Биография Жозефины, написанная Гектором Флейшманом (1882—1914), бельгийским историком и драматургом, это живой и увлекательный рассказ, со ссылкой на многочисленные источники и свидетельства очевидцев, лишенный, однако, привычной комплиментарности в адрес императрицы. Более того, временами это взгляд ироничный, злой и безжалостный в деталях.Тем сильнее впечатление от писем Наполеона к Жозефине, собранных в этой книге, — посланий ярких и страстных вначале, дружеских и снисходительных потом. 265 писем без купюр и подделок – волшебных образчиков неистовой литературы Наполеона.

Фаина Георгиевна Раневская (1896—1984) — великая русская актриса, народная артистка СССР. Начала выступать на сцене театра еще в дореволюционное время. Снималась в культовых советских фильмах «Весна», «Подкидыш», «Мечта». Дружила с Анной Ахматовой, Любовью Орловой, Ростиславом Пляттом. При жизни превратилась в легенду.Эти воспоминания написаны архитектором А.В.Щегловым, сыном ее ближайшей подруги актрисы П.Л.Вульф, в семье которой Раневская прожила всю жизнь. Лешеньку Щеглова она сама несла 63 года назад из роддома, звала его «эрзац-внуком» и была ему очень близка.Жизнь Фаины Раневской была долгой. С проблесками счастья. С годами уныния. С десятилетиями тоски и одиночества. Ей было неуютно в собственном теле, в отпущенной Богом судьбе. Трагедия несовпадения, переживаемая ежесекундно, создала феномен, именуемый — Раневская. Она говорила: «У меня хватило ума глупо прожить жизнь». Великая, мужественная глупость — не идти на сближение с чуждым миром. Ее любили зрители, но не любило время. Откусывало по кусочку от пространства вокруг. Пока не подобралось вплотную.Это издание — уже третье; автор дополнил книгу новыми фактами, редкими фотографиями и собственными рисунками «адресов ее жизни».

Генерал-лейтенант Будберг, военный министр адмирала Колчака, стал свидетелем одного из самых драматичных событий послереволюционной России — крушения Белой идеи в Сибири и на Дальнем Востоке. Чехарда правительств, круговерть назначений, засилье авантюристов, атаманщина и разложение армии, равно как и храбрость, самопожертвование, беззаветное служение во имя Отечества, — ничто не укрылось от его цепкого взгляда и беспощадного пера.Публикуемый дневник Будберга охватывает период с 7 октября 1917 года (по старому стилю) по 31 октября 1919-го; при этом для публикации в «Архиве русской революции» барон дополнял текст своих поденных записей более поздними воспоминаниями и размышлениями.

НОВЫЙ ФОРМАТ КНИГИ: обложка с клапанами.Современно, стильно и информативно.Татьяна Мельник-Боткина была дочерью Евгения Сергеевича Боткина, лейб-медика императора Николая II Он оставался рядом с царской семьей до самого конца. В этих записках автор воспроизводит свои воспоминания о жизни царской семьи, в особенности о жизни в Тобольске.Текст печатается без сокращений по изданию:Татьяна Мельникрожденная БоткинаВОСПОМИНАНИЯ О ЦАРСКОЙ СЕМЬЕИ ЕЕ ЖИЗНИ ДО И ПОСЛЕ РЕВОЛЮЦИИБелградВсеславянский книжный магазинМ.И.Стефанович и Ко1921Все иллюстрации взяты из этого же издания

Александр II (1818—1881), император, супруг и отец взрослых детей, был на 28 лет старше княжны Екатерины Михайловны Долгорукой. Их роман длился много лет, а в 1880 году овдовевший император вступил в морганатический брак, узаконив их общих детей и повелев именовать свою любимую Катю светлейшей княгиней Юрьевской. Однако меньше чем через год, весной 1881 года, Александр II погиб от рук террористов.На похоронах Освободителя присутствовал молодой французкий дипломат Морис Палеолог — его очерк «Александр II и Екатерина Юрьевская» открывает эту книгу. А далее в ней опубликованы — впервые на русском языке — воспоминания самой княгини, изданные ею в Европе сразу после гибели мужа, под псевдонимом Виктора Лаферте. Книга также содержит редкий иллюстративный материал 1881 года.Воспоминания второй жены Александра IIсветлейшей княгини Е.М.Юрьевской, изданные ею на французском языке под именем Виктора Лаферте, печатаются на русском языке впервые по тексту редкой книги:Alexandre IIDetails inedits sur savie intime et sa mortpar Victor Laferte1882без указания места и издателяперевод Ольги ВайнерБиографический очерк Мориса Палеолога, изданныйв Париже в 1922 году, печатается в новой редакцииперевода Э.Ставрогиной, опубликованногов Петрограде в 1924 годуИллюстрации в этой книгевоспроизводят избранные страницыеженедельного петербургского журнала «Нива»за март-апрель 1881 года из библиотеки издателя.

Потомственный казачий офицер Петр Николаевич Краснов (1869-1947) по окончании военного училища семь лет прослужил в лейб-гвардии Атаманском полку, когда высочайшим повелением Николая II в 1897 году был назначен начальником конвоя первой русской дипломатической миссии в Аддис-Абебу (Абиссиния, ныне Эфиопия).
Дневники Краснова «Казаки в Африке», опубликованные в 1899-м и переизданные в следующем году под названием «Казаки в Абиссинии», — это красочное и обстоятельное описание сложнейшего перехода на верблюдах и мулах по сомалийской пустыне и Данакильским горам, экзотического быта местных племен и двора негуса Менелика. Приключения казаков в Африке привлекли в России множество благодарных читателей, включая императора и его семью.

Одни из трех самых знаменитых (наряду с воспоминаниями госпожи де Сталь и герцогини Абрантес) женских мемуаров о Наполеоне принадлежат перу фрейлины императрицы Жозефины госпожи Ремюза. Они вышли в свет в конце семидесятых годов XIX века и сразу возбудили сильный интерес и выдержали целый ряд изданий. Этот интерес объясняется как незаурядным талантом автора, так и эпохой, которую она описывает, с 1802 до 1808 года, т.е. последние годы Консульства и первые годы Империи. Клара не публиковала свои мемуары, написанные, кстати, с помощью и при содействии Талейрана; их опубликовал спустя полвека ее внук, снабдив подробным и все объясняющим предисловием, комментариями и дополнениями.

Блестящие психологические портреты Александра I и Наполеона, Луизы Прусской и Меттерниха, точные зарисовки персонажей эпох Французской революции, Империи и Реставрации, доскональный анализ причин поражения Наполеона и его неослабевающей популярности — всё это в написанной сто лет назад книге историка Алексея Дживелегова. Автор судит своих героев беспристрастно — не по тому времени, в котором жили они, а по тому, в котором жил он. Получилось сравнительное жизнеописание двух императоров и двух империй, безжалостное, провокационное, идущее вразрез с официальным и общепринятым мнением.