Об авторе Летиция Коломбани — известная сценаристка, режиссер, актриса, наибольшую популярность ей принесла кинолента «Любит — не любит» с участием Одри Тоту. В ее фильмах снимались такие популярные актрисы, как Катрин Денев, Эммануэль Беар и другие. О книге Это вдохновляющая, невероятно эмоциональная и сильная история о трех женщинах с разных континентов, разного мировоззрения, менталитета, образа жизни. Что же их объединяет? Желание противостоять несправедливости, бороться за свою свободу и счастье. Причудливым образом их судьбы сплетаются, как волосы в косу, и именно это сплетение дает толчок к тому, чтобы все изменить. Особенности «Сплетение» — проба пера Летиции Коломбани в большой прозе. Роман по праву завоевал статус бестселлера и самой читаемой книги 2017 года во Франции (по рейтингу Babelio.com). О его популярности говорят и тиражи, которые исчисляются сотнями тысяч, выкупленные 30 странами права на издание книги и сотни хвалебных рецензий в прессе. Все потому, что произведение цепляющее и актуальное, оно действительно вдохновляет на то, чтобы изменить свою жизнь.

20 февраля 1933 года. Суровая берлинская зима. В Рейхстаг тайно приглашены 24 самых богатых немецких промышленника. Национал-социалистической партии и ее фюреру нужны деньги. И немецкие капиталисты безропотно их дают. В обмен на это на их заводы вскоре будут согнаны сотни тысяч заключенных из концлагерей — бесплатная рабочая сила. Из сотен тысяч выживут несколько десятков.12 марта 1938 года. На повестке дня — аннексия Австрии. Канцлер Шушниг, как и воротилы немецкого бизнеса пять лет назад, из страха потерять свое положение предпочитает подчиниться силе и сыграть навязанную ему роль. Отныне в Австрии правят нацисты.А в то время как Гитлер при подлом молчании тех, кто не смел ему противостоять, решает судьбы Европы, убивая людей и превращая их в покорных жертв в концлагерях, художник Луи Суттер рисует на бумажной скатерти один из своих сумрачных танцев. Безобразные, жуткие марионетки извиваются на горизонте мироздания, где заходит черное солнце. И эти темные человечки, изгибающиеся, как прутья, были предвестниками беды.Художник чувствовал то, чего не понимали — или не хотели понять, — сильные мира сего.