– Новый, долгожданный роман лауреата премий «Большая книга» и «Ясная Поляна».– История для любителей беспримесного реализма. Герой — наш современник, родившийся в 1970-е годы, вспоминающий свою жизнь и жизнь близких на фоне распада советского мира.– Хроники жизни нескольких поколений одной сибирской семьи. Советское детство в Туве, переезд молодых специалистов, изменение отношения к русским в 1990-е, вынужденное возвращение из города в деревню под Минусинском и жизнь «с огорода».– Роман о несбывшихся надеждах. Утраченные амбиции родителей — актерские у матери и писательские у отца — становятся важной частью общего повествования. Автор ранее упоминал об этом в своих книгах, но никогда — так откровенно.– Очерковая форма и документальная интонация. Сенчин пишет о том, «как было на самом деле» — без прямых деклараций, но через узнаваемые детали.– Продолжение традиции классической русской прозы. В диалоге с Тургеневым, Распутиным и Солоухиным автор смотрит на современность с позиций большой литературы.

– Переиздание романа в серии «Новая русская классика».– История взросления в атмосфере 1980-х: угасающий Советский Союз глазами подростка из закрытого города, впервые оказавшегося в Москве. Мир, где почти никто больше не верит в коммунистические идеалы — кроме наивного и искреннего Паши Непомилуева.– Перед читателем разворачивается широкая картина страны на изломе: молодёжь, жители вымирающей деревни, убежденные партийцы и осторожно ироничная интеллигенция. Всех объединяет смутное чувство того, что что-то надвигается.– История возвращает читателя во «времена переломные, а потому необычайно интересные, когда одни всё еще верили в светлое будущее и окружающую их “стабильность”, другие же точно знали, что совсем скоро от привычного мира уже ничего не останется» (Алексей Бородин).

Роман Сенчин (р. 1971) — прозаик, лауреат премий «Большая книга» и «Ясная Поляна». Автор романов «Елтышевы», «Зона затопления», «Дождь в Париже», сборников рассказов «Нулевые», «Десятые», «Девяностые», биографии Александра Тинякова в серии «ЖИЛ».Детонация — новый сборник рассказов.»Дни стали короткими и пустыми. Ночи длинными, с прерывистым сном; просыпались, проверяли, как там в мире.Свечин пытался спрятаться, защититься песнями, книгами, на которых вырос, найти в них совет, ответ, выход. Не помогало. Все сделалось бесполезным, обесценилось…Его тянуло общаться, и в то же время он догадывался, что общаться опасно. Что одно не то слово, усмешка могут привести или к ссоре, или вообще к разрыву. Жена, словно чувствуя это, ограничивалась фразами о привычном, обычном. Но выглядела пришибленно, стала будто ниже ростом, чаще держалась за округлившийся живот, и когда он обнимал ее, прижимал, чувствовал, как она дрожит. Мелко и часто».

Герой нового романа Алексея Слаповского «Страж порядка» Эрих Марков (необычное имя дала мама — любительница Ремарка) с началом пандемии стал счастливым человеком. Простой охранник торгового центра, любящий свое скромное дело, теперь чувствует себя Стражем Порядка, исполнителем важной миссии по обеспечению здоровья и благополучия общества. Но обычными мерами порядок, увы, не наводится. Придется кого-то в назидание наказать. Может, даже убить. Не хотелось бы, но — надо! Долг! И вот он выходит на охоту…Алексей Слаповский — писатель и драматург, финалист премий «Русский Букер» и «Большая книга», автор романов «Я — не я», «День денег», «Синдром феникса», «Победительница», «Они», «Гений», «Неизвестность», «Недо». Каждая новая книга Слаповского — эксперимент над жанром, собой и читателем.

Александр Кабаков (1943–2020) — писатель, журналист, драматург; мастер психологической прозы и интеллектуального триллера; автор романа «Всё поправимо» (премия «Большая книга»), книги воспоминаний «Аксенов» (в соавторстве с Е.Поповым), ироничных «Московских сказок» и многих других произведений.Легендарная антиутопия «Невозвращенец» сразу после выхода в 1988 году принесла автору мировую известность и оказалась мрачным пророчеством событий 1991 года. Главный герой романа экстраполятор Юрий Ильич умеет путешествовать во времени и пытается предотвратить гражданскую войну на постсоветском пространстве…Общий тираж «Невозвращенца» перевалил за милллион, восторженные отзывы были напечатаны в “Times”, “Guardian”, “Nouvel Observateur”, а в России был снят одноименный фильм.Фантасмагория «Приговоренный» — логическое продолжение «Невозвращенца», только действие перемещается в середину XXI века. Юрий Ильич отправляется в Стокгольм получать международную награду, а охраняют его те, кто когда-то пытался завербовать.Роман «Беглец» — изящная стилизация под старинный дневник. Банкир Л-ов предчувствует катастрофу начала ХХ века и сам готовится стать невозвращенцем.

Евгений Водолазкин — прозаик, филолог. Автор бестселлера «Лавр» и изящного historical fiction «Соловьев и Ларионов». В России его называют «русским Умберто Эко», в Америке — после выхода «Лавра» на английском — «русским Маркесом». Ему же достаточно быть самим собой. Произведения Водолазкина переведены на многие иностранные языки.
Герой нового романа «Авиатор» — человек в состоянии tabula rasa: очнувшись однажды на больничной койке, он понимает, что не знает про себя ровным счетом ничего — ни своего имени, ни кто он такой, ни где находится. В надежде восстановить историю своей жизни, он начинает записывать посетившие его воспоминания, отрывочные и хаотичные: Петербург начала ХХ века, дачное детство в Сиверской и Алуште, гимназия и первая любовь, революция 1917-го, влюбленность в авиацию, Соловки… Но откуда он так точно помнит детали быта, фразы, запахи, звуки того времени, если на календаре — 1999 год?..

На передней стороне переплёта рисунок Михаила Шемякина, созданный специально для этой книги.

Евгений Водолазкин — автор романов «Лавр», «Авиатор», «Соловьёв и Ларионов», «Брисбен», лауреат премий «Большая книга», «Ясная Поляна» и «Книга года». Его книги переведены на многие языки.В новой книге «Идти бестрепетно» на первый план выходит сам автор. «Маленький личный Рай детства», история семьи, родные Петербург и Киев, Пушкинский Дом и занятия наукой, переход от филолога-медиевиста к писателю, впервые рассказанные подробности создания «Лавра», «Авиатора», «Брисбена»…В откровенном и доверительном разговоре с читателем остается неизменной фирменная магия текста: в ряд к Арсению-Лавру, авиатору Платонову и виртуозу Глебу Яновскому теперь встает сам Водолазкин.»Призвание писателя — быть блюдцем на спиритическом сеансе: крутиться в центре стола и составлять из букв тексты.Писательство — это, по сути, называние. Присвоение слов тому, что волновало, но оставалось безымянным — будь то соленая хрупкость кожи после пляжа или проветривание (морозное марево в форточке) больничной палаты. Первым писателем был Адам, которому Господь дал право наименовать окружавших его животных. Давая животным имена, Адам перевел их из единичного в общее — и сделал достоянием всех.Дело писателя — ловить музыку сфер и переводить ее в ноты. Быть, если угодно, «лучшим акыном степи»: петь о том, что видит. Что, подчеркну, видят и все там живущие. А поет — только он, потому что он способен превращать степь в текст».Евгений Водолазкин

– Роман Евгения Водолазкина, автора бестселлеров «Лавр», «Авиатор» и «Брисбен».– Почерк писателя узнаваем: книга продолжает традиции «Лавра», но у «Оправдания Острова» другой «месседж». Это глубокое размышление о сути времени и смысле истории. О том, всегда ли записанное слово имеет вес и силу. О том, как время влияет на людей. О том, что империи могут рождаться и приходить в упадок, а чистая, бескорыстная любовь длится и длится. И отношения между людьми остались ровно такими же, какими были столетия назад.– «Оправдание Острова» — современная наджанровая проза, это одновременно и псевдоисторический роман, и житие, и притча. Текст мимикрирует под хронику, которую комментирует княжеская чета — Парфений и Ксения. С одной стороны, они — средневековые князья. С другой — персонажи, живущие абсолютно вне времени. Роман — развернутая метафора того, что может происходить с историей.– Книга, в которой слились сразу несколько эпох: Средневековье, двадцатый век и современность. Встретились приметы устройства самых разных государств в декорациях не существующего в нашей реальности Острова.– Актуальный текст. Автор говорит с читателем о дне сегодняшнем, помещая сюжет книги в средневековый и вневременной контекст. Водолазкин филигранно сплетает исторические события с теми, которых не было и быть не могло. Но при этом художественный вымысел не мешает разглядеть четкие и узнаваемые контуры нашей реальности.– «Оправдание Острова» — в каком‑то смысле детектив в духе «Имени розы» Умберто Эко. В повествовании идет речь о пророчестве, когда‑то продиктованном княжескому летописцу. Пророчество исчезло, но люди возлагают надежды на то, что именно оно прольет свет на будущее Острова. Найдется ли предсказание, и что в нем будет написано?

Новое издание романа: к 80-летию со дня рождения автораМасштабный семейный роман, удостоенный премии «Большая книга» и Премии имени Аполлона Григорьева.Одно из самых значимых в литературе 2000-х годов размышлений о судьбе постсоветского человека.