Новое оформление ранее изданных произведений похоже на встречу со старым другом. Вы знакомы, вы знаете его историю, но пристально вглядываетесь в незнакомые жесты, выхватываете фразы, на которые раньше не обращали внимания, судите с высоты собственного нового опыта.Так же и с книгами. Рассказы, повести и малые романы Дины Рубиной, разбросанные по разным сборникам, разрозненные по разным годам, даже эпохам, наконец выходят под грифом «Собрание сочинений».Мы представляем вашему вниманию уникальную коллекцию произведений Дины Рубиной. Каждый том посвящен определенному периоду в творчестве автора, отметившего полувековой юбилей профессиональной деятельности.Такая разная Рубина: юная советская девочка, самый молодой член Союза Писателей. Молодая женщина — переводчик, музыкант, преподаватель и сценарист. Рубина-москвичка и Рубина-израильтянка.Ее первые крупные вещи — выход за пределы огромной страны и новые маршруты, стирающие границы. Эволюция автора, крепнущий от тома к тому голос, кристаллизация стиля, известного всем поклонникам современной прозы.Это знакомая и, вместе с тем, незнакомая Рубина и ее произведения, уже ставшие классикой литературы.

Очередной — уже одиннадцатый — том полного собрания сочинений Дины Рубиной. В него вошел хорошо известный многим роман «Белая голубка Кордовы» — в новой авторской редакции. И специально созданное для этого тома вступительное эссе автора.«Дочь художника, жена художника, — я всю жизнь кручусь в мире холстов и красок, вечно спотыкаюсь о расставленный мольберт, вечно ругаюсь на засилье подрамников и бутылок с разбавителями… Это все мое с детства: я и модель, я и уборщица, я и слушатель, и зритель. Всерьез полагая, что в этой области мне известно абсолютно и досконально всё, я стала обдумывать сюжет…Однажды мы с мужем оказались в компании аукционистов и экспертов. Шумное и забавное было застолье: десятки аукционных баек. Это было время такое, начало века, когда аукционные дома Европы и мира были завалены искусными подделками под русских художников: Шишкин, Серов, Левитан и Коровин, Куинджи… ну и Малевич, и Кандинский, конечно, словом — на любой вкус. И каждый из гостей, перебивая другого, спешил рассказать еще какую-нибудь потрясающую, анекдотичную, а то и криминальную историю. В те годы уже был широко известен скандальный процесс над художником Ван Меегереном, который десятилетиями успешно подделывал картины великих художников, оставляя в дураках экспертов-искусствоведов.Домой мы ехали в полном молчании. Я переваривала услышанное, муж тоже о чем-то молчал.»Неужели так просто обмануть экспертов?» — наконец спросила я Бориса.»Экспертов — запросто, — задумчиво отозвался он. — Мало кто из них по-настоящему понимает в глубинной, мастеровой сути искусства. Все эти ребятки, кого ты сегодня видела, — просто бывшие мальчики и девочки с факультета истории искусств. Ни один из них не знает, что происходит с красками, когда их смешиваешь на палитре, а потом, что происходит с ними на холсте, спустя лет этак сто»».

Представляем собрание сочинений, содержание которого составили произведения, ставшие классикой современной прозы, а о форме позаботилась известная художница Юлия Стоцкая.Времена и нравы в прозе Рубиной — пластичный материал, из которого автор лепит причудливые формы. В каждой угадывается рука одного и того же мастера, но все они отличаются ровно в той степени, чтобы влюбиться в них по отдельности.В серию включены как ранние произведения автора, так и последние по времени. Полноценный таймлайн, вдоль которого прослеживаются эволюция писательского стиля и расширение географии происходящих во вселенной Рубиной событий.В этом диапазоне расположены ностальгические воспоминания юности, плутовские романы и философские притчи, драматические семейные саги и масштабные исторические полотна. На ее карту нанесены громкокипящая Москва и тихие провинциальные улочки, экзальтированный юг и меланхоличная средняя полоса России, экзотика восточных базаров и холодность готической Европы. Они выписаны на страницах этих книг так, что невольно оказываешься участником квеста, заданного Диной Ильиничной. Невозможно не пройти его вместе с ее героями — людьми творческих профессий: художниками, кукольниками, актерами и певцами. Авантюристами высшей пробы, обаятельными прохиндеями, харизматичными и порой такими опасными.«Сегодня восьмидесятые годы прошлого столетия кажутся мне невероятно далекими. Как говорит моя маленькая внучка: «Это было так давно! Это было позавчера». Годы эти далеки не только во временном отношении, просто жили мы тогда в ином измерении, в совсем ином мире, и, договариваясь о встрече, договаривались хорошенько: выйдя из дома, передоговориться или что-то уточнить было невозможно: мобильный телефон, это проклятье и благо цивилизации, еще не дирижировал кровообращением общества.И это было прекрасно — для литературы! Любой поворот сюжета становился возможным, героя можно было безнаказанно трепать и таскать по разным задворкам нашей страны (о задворках мира большинство советских людей пока и не помышляло), — ведь герой просто не мог в течение двух минут сообщить кому следует, где и зачем он находится. Сюжет несся вперед на всех парах, любое недоразумение было на руку автору, и никакому въедливому читателю просто не пришло бы в голову спросить: «Почему же он (она) не погуглил эту тему и не разобрался?»Когда я перечитываю свои старые вещи (крайне нелегкое для самолюбия автора занятие), я ностальгирую именно по этой простодушной свободе построения сюжета. И сама себе, тогдашняя, кажусь очень молодой, самонадеянной, отважной…» — Дина Рубина

Представляем собрание сочинений, содержание которого составили произведения, ставшие классикой современной прозы, а о форме позаботилась известная художница Юлия Стоцкая.Времена и нравы в прозе Рубиной – пластичный материал, из которого автор лепит причудливые формы. В каждой угадывается рука одного и того же мастера, но все они отличаются ровно в той степени, чтобы влюбиться в них по отдельности.В серию включены как ранние произведения автора, так и последние по времени. Полноценный таймлайн, вдоль которого прослеживаются эволюция писательского стиля и расширение географии происходящих во вселенной Рубиной событий.В этом диапазоне расположены ностальгические воспоминания юности, плутовские романы и философские притчи, драматические семейные саги и масштабные исторические полотна. На ее карту нанесены громокипящая Москва и тихие провинциальные улочки, экзальтированный юг и меланхоличная средняя полоса России, экзотика восточных базаров и холодность готической Европы. Они выписаны на страницах этих книг так, что невольно оказываешься участником квеста, заданного Диной Ильиничной. Невозможно не пройти его вместе с ее героями – людьми творческих профессий: художниками, кукольниками, актерами и певцами. Авантюристами высшей пробы, обаятельными прохиндеями, харизматичными и порой такими опасными.«Когда Издатель решает опубликовать все тексты Автора…Когда из разных творческих заначек, из давних сборников, из полузабытых канцелярских папок сорокалетней давности извлекается и перетряхивается буквально все, что данное писательское лицо насочинило за свою профессиональную жизнь…Когда в атмосфере возникает торжественное словосочетание «собрание сочинений»… — это означает либо посмертные торжества, либо итог длинного творческого пути. В любом случае, подобные фанфары деликатно намекают на завершение некоего процесса.Это и было моей первой мыслью, когда я получила предложение от своего издательства: импульсивное желание прикрыть этот чертов мемориал, тем более что я только засела за очередную книгу, а впереди у меня, как обычно: планов громадьё.Однако вторая, а вернее, двадцать вторая мысль на эту тему заставила меня взять паузу и посмотреть на дело иначе.Всю жизнь я обитаю рядом с художниками, и знаю, насколько для них важны масштабные выставки по итогам какого-то большого отрезка творческого пути. Любой художник подтвердит, насколько полезно и даже необходимо увидеть все свои работы, развернутые разом в обширную экспозицию; как много это дает осознанию своей работы, своего места в современном искусстве, своей позиции среди мастеров цеха.И ведь, на самом деле: и рискованно, и заманчиво, и наверняка поучительно увидеть себя в длиннейшем ряду зеркал, в которых отразится твоя личность лет с семнадцати до… собственно, до сегодняшнего дня. А дальше — посмотрим.Так или иначе, составлять тома этого собрания сочинений мне следовало по принципу хронологическому. И, значит, первый том неминуемо предстояло заполнить полудетской шелухой, писаниной, ныне для меня смехотворной. Той самой, давно сброшенной в памяти шкуркой полузабытого подростка, что дня не прожил бы, не описав свои чувства и мысли за истекшие сутки, ибо строчила я тогда, практически не останавливаясь.Волей-неволей я взялась перечитывать свои наивные подростковые опусы…» Дина Рубина.

Новое оформление ранее изданных произведений похоже на встречу со старым другом. Вы знакомы, вы знаете его историю, но пристально вглядываетесь в незнакомые жесты, выхватываете фразы, на которые раньше не обращали внимания, судите с высоты собственного нового опыта.Так же и с книгами. Рассказы, повести и малые романы Дины Рубиной, разбросанные по разным сборникам, разрозненные по разным годам, даже эпохам, наконец выходят под грифом «Собрание сочинений».Мы представляем вашему вниманию уникальную коллекцию произведений Дины Рубиной. Каждый том посвящен определенному периоду в творчестве автора, отметившего полувековой юбилей профессиональной деятельности.Такая разная Рубина: юная советская девочка, самый молодой член Союза Писателей. Молодая женщина — переводчик, музыкант, преподаватель и сценарист. Рубина-москвичка и Рубина-израильтянка.Ее первые крупные вещи — выход за пределы огромной страны и новые маршруты, стирающие границы. Эволюция автора, крепнущий от тома к тому голос, кристаллизация стиля, известного всем поклонникам современной прозы.Это знакомая и, вместе с тем, незнакомая Рубина и ее произведения, уже ставшие классикой литературы.

Новое оформление ранее изданных произведений похоже на встречу со старым другом. Вы знакомы, вы знаете его историю, но пристально вглядываетесь в незнакомые жесты, выхватываете фразы, на которые раньше не обращали внимания, судите с высоты собственного нового опыта.Так же и с книгами. Рассказы, повести и малые романы Дины Рубиной, разбросанные по разным сборникам, разрозненные по разным годам, даже эпохам, наконец выходят под грифом «Собрание сочинений».Мы представляем вашему вниманию уникальную коллекцию произведений Дины Рубиной. Каждый том посвящен определенному периоду в творчестве автора, отметившего полувековой юбилей профессиональной деятельности.Такая разная Рубина: юная советская девочка, самый молодой член Союза Писателей. Молодая женщина — переводчик, музыкант, преподаватель и сценарист. Рубина-москвичка и Рубина-израильтянка.Ее первые крупные вещи — выход за пределы огромной страны и новые маршруты, стирающие границы. Эволюция автора, крепнущий от тома к тому голос, кристаллизация стиля, известного всем поклонникам современной прозы.Это знакомая и, вместе с тем, незнакомая Рубина и ее произведения, уже ставшие классикой литературы.

Новое оформление ранее изданных произведений похоже на встречу со старым другом. Вы знакомы, вы знаете его историю, но пристально вглядываетесь в незнакомые жесты, выхватываете фразы, на которые раньше не обращали внимания, судите с высоты собственного нового опыта.Так же и с книгами. Рассказы, повести и малые романы Дины Рубиной, разбросанные по разным сборникам, разрозненные по разным годам, даже эпохам, наконец выходят под грифом «Собрание сочинений».Мы представляем вашему вниманию уникальную коллекцию произведений Дины Рубиной. Каждый том посвящен определенному периоду в творчестве автора, отметившего полувековой юбилей профессиональной деятельности.Такая разная Рубина: юная советская девочка, самый молодой член Союза Писателей. Молодая женщина — переводчик, музыкант, преподаватель и сценарист. Рубина-москвичка и Рубина-израильтянка.Ее первые крупные вещи — выход за пределы огромной страны и новые маршруты, стирающие границы. Эволюция автора, крепнущий от тома к тому голос, кристаллизация стиля, известного всем поклонникам современной прозы.Это знакомая и, вместе с тем, незнакомая Рубина и ее произведения, уже ставшие классикой литературы.

Представляем собрание сочинений, содержание которого составили произведения, ставшие классикой современной прозы, а о форме позаботилась известная художница Юлия Стоцкая.Времена и нравы в прозе Рубиной — пластичный материал, из которого автор лепит причудливые формы. В каждой угадывается рука одного и того же мастера, но все они отличаются ровно в той степени, чтобы влюбиться в них по отдельности.В серию включены как ранние произведения автора, так и последние по времени. Полноценный таймлайн, вдоль которого прослеживаются эволюция писательского стиля и расширение географии происходящих во вселенной Рубиной событий.В этом диапазоне расположены ностальгические воспоминания юности, плутовские романы и философские притчи, драматические семейные саги и масштабные исторические полотна. На ее карту нанесены громокипящая Москва и тихие провинциальные улочки, экзальтированный юг и меланхоличная средняя полоса России, экзотика восточных базаров и холодность готической Европы. Они выписаны на страницах этих книг так, что невольно оказываешься участником квеста, заданного Диной Ильиничной. Невозможно не пройти его вместе с ее героями — людьми творческих профессий: художниками, кукольниками, актерами и певцами. Авантюристами высшей пробы, обаятельными прохиндеями, харизматичными и порой такими опасными.«В жизни каждого писателя случаются удивительные минуты, когда собственный замысел поглощает его, затягивая в самую сердцевину сюжета; когда автор начинает ощущать себя одним из действующих лиц им же сочиненной истории; когда, познакомившись с человеком, он с изумлением обнаруживает перед собой именно тот тип лица, те движения, походку — короче, живого персонажа, которого недавно сам и сочинил.Со мной это происходило несколько раз за мою огромную писательскую жизнь. Впервые это произошло при написании романа «Последний кабан из лесов Понтеведра».Испания… Снова — Испания… И если есть страна, где я всегда настороже, так это она». — Дина Рубина

Коллекционное собрание сочинений одного из самых заметных писателей современной России — Дины Рубиной. Переплеты с имитацией под ткань, яркая теплая палитра в трендовых цветах. Может стать отличным подарком к праздникам!В комплект вошли первые пять томов. Для каждого Рубина написала большое оригинальное предисловие. Все произведения получили новую авторскую оценку и редактуру.