НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.- В этой книге известный киновед и программный директор фестиваля «Зеркало» памяти Андрея Тарковского исследует влияние феномена режиссера как на кино и культуру в целом, так и на повседневную жизнь современного человека.- Автор обращается не только к кино, но и к религии, политике, науке. От «скандинавской», «итальянской» и даже «мексиканской» интерпретации наследия Тарковского — к проблемам постмодерна, перестройки, «конца истории».- «Тарковский умер 54-летним в 1986-м — знаменательная веха, когда в СССР началась перестройка, а мировое кино окончательно вступило в эру постмодернизма. Авторское кинотворчество стало отодвигаться на периферию, но Тарковского это не коснулось — наоборот, с годами его аура сияет все сильнее, а влияние его личности и его фильмов только возрастает. Именно этот феномен продленной жизни после смерти вдохновил меня на книгу, которую вы открыли» — автор.- Серия РЕШ «Стоп-кадр».

Елена Долгопят — прозаик, сценарист, хранитель рукописного фонда Музея кино. Автор многих книг, среди которых сборники рассказов «Чужая жизнь», «Родина», «Русское», «Тонкие стекла», «Гардеробщик». Финалист премии «Национальный бестселлер — 2017».В новую книгу «Хроники забытых сновидений» вошли личные записки о кино и Музее кино (Трюффо, Мурнау, Бунюэль рядом с «Доктором Хаусом» и «Улицей разбитых фонарей») и рассказы, где сновидения мешаются с явью, а прошлое с настоящим. Вчерашняя жизнь становится сном. Альбом со вчерашними фотографиями подобен гербарию. Лицо на фотографии пробуждает память о живом человеке. Читая книгу «Хроники забытых сновидений», можно увидеть за словами живые лица. Ради этого она и написана.»У Елены Долгопят есть своя уникальная оптика. Она, как, пожалуй, никто, умеет разглядеть глубокую трагичность в самых обычных жизненных ситуациях, в блеклых подробностях быта обычных людей. Эти скупые на события, простые, сероватые истории вызывают какое-то странное, космическое отчаяние, слезы наворачиваются на глаза, ты их утираешь и удивлённо думаешь: да что тут такого особенного, почему это так работает, так воздействует? Непонятно, как и почему. Это вообще свойство настоящей большой литературы — непонятно, как работает. Прекрасная, мудрая и, сквозь печаль, очень светлая книга. Светлая — не потому, что утешает или как-то радует, нет. Просто как-то хорошо становится от мысли, что есть человек, который может вот так видеть реальность».Дмитрий Данилов»Фантастический элемент так деликатно и элегантно примешан к реальности, что и швов не замечаешь, доверчиво плавая по течению обстоятельного и мнимо-безыскусного повествования».Татьяна Москвина

НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ДОЛИНЫМ АНТОНОМ ВЛАДИМИРОВИЧЕМ, ЯВЛЯЮЩИМСЯ (УЧРЕДИТЕЛЕМ, ЧЛЕНОМ, УЧАСТНИКОМ, РУКОВОДИТЕЛЕМ ИЛИ ЛИЦОМ, ВХОДЯЩИМ В СОСТАВ ОРГАНА ЛИЦ, УКАЗАННЫХ В Ч. 4 СТ. 9 ФЗ «О КОНТРОЛЕ ЗА ДЕЯТЕЛЬНОСТЬЮ ЛИЦ, НАХОДЯЩИХСЯ ПОД ИНОСТРАННЫМ ВЛИЯНИЕМ»), ВКЛЮЧЕННОГО В РЕЕСТР ИНОСТРАННЫХ АГЕНТОВ.Антон Долин — кинокритик, главный редактор журнала “Искусство кино”, радиоведущий, кинообозреватель телепередачи “Вечерний Ургант”, автор книг “Ларс фон Триер. Контрольные работы”, “Джим Джармуш. Стихи и музыка”, “Оттенки русского. Очерки отечественного кино”.Современный кинематограф будто зачарован советским миром. В новой книге Антона Долина собраны размышления о фильмах, снятых в XXI веке, но так или иначе говорящих о минувшей эпохе. Автор не отвечает на вопросы, но задает свои: почему режиссеров до сих пор волнуют темы войны, оттепели, застоя, диссидентства, сталинских репрессий, космических завоеваний, спортивных побед времен СССР и тайных преступлений власти перед народом? Что это — “миражи советского”, обаяние имперской эстетики? Желание разобраться в истории или попытка разорвать связь с недавним прошлым?“Нет конца и результата процессу, который сила кинематографа вновь делает видимым и осмысляемым. Превращая ложь в истину, постановку — в документ, а равно миражные будущее и прошлое — в проживаемое здесь и сейчас настоящее”.Антон Долин

«Пиши путано, Ираклий, путай! Вспомни Тарантино!» Так говорила художница Тамара Стэнко кинорежиссеру Ираклию Квирикадзе, когда он взялся за новую книгу. Он стал путать — и калейдоскоп его фантазий заискрился с новой силой. Здесь ироничные и невероятные истории про Владимира Маяковского и Лаврентия Берию, Никиту Михалкова и Чулпан Хаматову, «Кинотавр» и Госкино СССР, поддельные доллары, пеликанов, усы Будённого и трагикомические сюжеты из жизни автора в Тбилиси, Лос-Анджелесе, Москве.»Я несерьезный человек, — говорит он. — Вечно пишу какие-то нетипичные истории…»Ираклий Квирикадзе — режиссер фильмов «Пловец», «Кувшин», «Городок Анара», автор сценариев «Лунный папа», «Лето, или 27 потерянных поцелуев», «Андерсен. Жизнь без любви». Лауреат премий «Ника», «Серебряный леопард», премии Европейской киноакадемии, номинант на «Оскар». Автор книг «1001 рецепт влюбленного повара», «Мальчик, идущий за дикой уткой».Пять причин купить 1Взрывной коллаж воспоминаний, фантасмагорий и мистификаций кинорежиссера и сценариста Ираклия Квирикадзе. 2Марчелло Мастроянни и Вуди Аллен, Параджанов и Маяковский, философ Мамардашвили и Чулпан Хаматова, Изабель Юппер и криминальный авторитет Дед Хасан — перед читателем роман-фейерверк, роман-застолье, где все без труда находят общий язык. 3Коллекция литературных короткометражек, в одной из которых герой — смельчак, в другой — авантюрист, в третьей — трус, в четвертой — пророк… Так звучал совет великого Параджанова, по которому Ираклий Квирикадзе и взялся писать историю своей жизни. 4Один из главных героев книги — грузинский дом, научивший автора фантазировать, смеяться, любить, ценить шутку и быть благодарным судьбе за любую случайность. Измены, застолья и похороны в старом Тбилиси — наше лучшее кино родом отсюда. 5В этой книге чужих воспоминаний уютно, как в фильме Феллини или Иоселиани: мир «Тарантино» скроен по человеческой мерке, пусть в нем и действуют гиганты вроде великих режиссеров. Тарантино запаздывает, но нас у этого стола точно ждут.

Александр Миндадзе — сценарист, кинорежиссер. Обладатель многочисленных премий, среди которых “Серебряный медведь” Берлинского международного кинофестиваля, “Ника”, “Белый слон” Гильдии киноведов и кинокритиков. За литературный вклад в кинематограф награжден премией им. Эннио Флайано “Серебряный Пегас”.В книгу “Милый Ханс, дорогой Пётр” вошли восемь киноповестей Александра Миндадзе, часть которых публикуется впервые. Автор остается приверженцем русской школы кинодраматургии 1970-х, которая наполнила лирикой обыденную городскую жизнь и дала свой голос каждому человеку. Со временем стиль Миндадзе обретает неповторимый, только ему присущий код, а художественные высказывания становятся предвидением грядущих событий.“Классик в своем трепетном уважении к национальной традиции, модернист в непримиримой цельности вызывающе литературного письма, постмодернист в бесконечной игре со зрителем и его ожиданиями — Миндадзе по-своему переизобрел язык восточноевропейского «кино морального беспокойства», превратив его в кинематограф непрекращающейся тревоги”.Антон Долин, кинокритик“Александр Анатольевич производит впечатление очень цельного человека, и такое же ощущение возникает от прочтения его сценариев. То, что он делает, имеет отношение к поэзии, иногда суровой, но все-таки. Тут одинаково важны и содержание, и ритм”.Евгений Цыганов, актер