Чужестранцы
Показаны все результаты (10)Сортировка: самые недавние
- Еврейская история
- Еврейская литература
- Еврейская традиция
- Законы и право
- Изучение иврита
- Искусство
- История
- Иудаизм
- Кабалла
- Кулинария
- Лекарственные растения и травы Израиля
- Медицинская литература
- Мемуары
- Новинки
- Политика и общество
- Поэзия
- Природа
- Психология
- Публицистика
- Путеводители
- Разное
- Слайдшоу
- Философия и эзотерика
- Фотоальбомы
- Электронные книги
-

Оправдание черновиков
Адамович Георгий Викторович 269 ₪– Впервые под одной обложкой — наследие одного из ключевых литературных критиков русской эмиграции XX века — Георгия Адамовича, теоретика «парижской ноты» и наставника писателей второй волны эмиграции.– Георгий Адамович — член «Цеха поэтов», доброволец французской армии, редактор эмигрантских журналов, составитель первой антологии поэзии русского зарубежья «Якорь».– Книга включает вступительную статью и развернутые комментарии Сергея Федякина, которые помогают глубже понять эпоху и творческий путь Адамовича.
-

Потусторонний друг. История любви Льва Шестова и Варвары Малахиевой-Мирович в письмах и документах
Громова Наталья Александровна 46 ₪Роман философа Льва Шестова и поэтессы Варвары Малахиевой-Мирович протекал в мире литературы — беседы о Шекспире, Канте, Ницше и Достоевском — и так и остался в письмах друг к другу.История любви к Варваре Григорьевне, трудные отношения с ее сестрой Анастасией становятся своеобразным прологом к “философии трагедии” Шестова и проливают свет на то, что подвигло его к экзистенциализму, — именно об этом белом пятне в биографии философа и рассказывает историк и прозаик Наталья Громова в новой книге “Потусторонний друг”.“Приснился сегодня Л.И. (Шестов). Вошел молодой, быстрый, радостный. В руках огромный букет цветов. Положил его передо мной с лучистой застенчивой своей улыбкой. Четырнадцать лет прошло с тех пор, как видела ее в последний раз. Десять лет со дня последнего письма. Не означает ли сон этот, что он перешагнул уже и, может быть, именно в эту ночь за ту черту, где нет уже старости, нет условностей и преград человеческого обихода, нет ни Парижа, ни Москвы. И нет разлуки”.Из дневника Варвары Малахиевой-Мирович
-

Дороги и судьбы
Ильина Наталия Ивановна 255 ₪Культовые мемуары, в которых отражён весь XX век.Продолжение серии «Чужестранцы»: рассказ о малоизвестной странице русской эмиграции — судьбах русских, уехавших после революции на Дальний Восток и вернувшихся в СССР в 1940-е годы.Невыдуманная история, которая читается как настоящий исторический роман, где читатель легко перемещается из дореволюционной России — в Харбин, из Шанхая — в СССР, по пути знакомясь со множеством героев с необычайными судьбами.В книгу вошли воспоминания Натальи Ильиной о встречах с Александром Вертинским, Анной Ахматовой, Корнеем Чуковским, а также о муже — филологе Александре Реформатском.Повествование перемежается подлинными документами — письмами, дневниковыми записями. Издание дополнено новыми материалами — воспоминаниями членов семьи Наталии Ильиной.
-

Кусочек жизни
Тэффи Надежда Александровна 200 ₪В книгу “Кусочек жизни” Надежды Тэффи (1872–1952) вошли рассказы о русском Париже. Насмешливая уменьшительность в названии прячет за собой внутренний трагизм: меткая ирония в произведениях “королевы русского юмора” часто соединялась с нежностью и жалостью. Герои книги — эмигранты, “разношерстные и разнопородные существа, совсем чужие друг другу, может быть, искони по природе своей взаимно враждебные”, которые “сбились вместе и называют себя общим именем «мы»”.Помимо произведений из прижизненных сборников, в книгу включены неизвестные современному читателю рассказы из эмигрантской периодики, мемуары Тэффи о ее современниках и воспоминания о самой писательнице.
-

Чайковский. История одинокой жизни
Берберова Нина Николаевна 107 ₪Продолжение серии «Чужестранец», новое издание культовой биографии
-

Жизнь прошла. А молодость длится…» Путеводитель по книге Ирины Одоевцевой «На берегах Невы»
Лекманов Олег Андершанович 255 ₪«Я пишу эти воспоминания с тайной надеждой, что вы, мои читатели, полюбите как живых тех, о ком я вспоминаю. Полюбите их, воскресите их в своей памяти и в сердцах.И тем самым подарите им бессмертие.Вы, мои современники, и вы, те, кто будет читать, — я и на это самоуверенно надеюсь — «На берегах Невы», когда меня уже давно не будет на свете».ИРИНА ОДОЕВЦЕВАМемуары Ирины Одоевцевой «На берегах Невы» читают и перечитывают уже несколько десятилетий, однако многие тайны до сих пор не раскрыты.Олег Лекманов — филолог, профессор Национального университета Узбекистана имени Мирзо Улугбека, написавший книги об Осипе Мандельштаме, Сергее Есенине и Венедикте Ерофееве, — изучил известный текст, разложив его на множество составляющих. “Путеводитель по книге «На берегах Невы»” — это диалог автора и исследователя.»Обаяние книги Одоевцевой огромно, и талант автора очевиден, а любовь к персонажам, времени и месту бесспорна. Олег Лекманов первым подробно и аккуратно прокомментировал эту захваленную и оклеветанную книгу — и теперь мы можем наконец представить, как все было на самом деле. А главное, становится понятно, что никакого «на самом деле» нет — есть свидетельства пристрастных современников, различающихся только мерой таланта и способностью ценить друг друга».ДМИТРИЙ БЫКОВ
-

Парижские мальчики в сталинской Москве
Беляков Сергей Станиславович 315 ₪Сергей Беляков — историк и писатель, автор книг «Гумилев сын Гумилева», «Тень Мазепы. Украинская нация в эпоху Гоголя», «Весна народов. Русские и украинцы между Булгаковым и Петлюрой», лауреат премии «Большая книга», финалист премий «Национальный бестселлер» и «Ясная Поляна».Сын Марины Цветаевой Георгий Эфрон, более известный под домашним именем «Мур», родился в Чехии, вырос во Франции, но считал себя русским. Однако в предвоенной Москве одноклассники, приятели, девушки видели в нем — иностранца, парижского мальчика. «Парижским мальчиком» был и друг Мура, Дмитрий Сеземан, в это же время приехавший с родителями в Москву. Жизнь друзей в СССР кажется чередой несчастий: аресты и гибель близких, бездомье, эвакуация, голод, фронт, где один из них будет ранен, а другой погибнет… Но в их московской жизни были и счастливые дни.Сталинская Москва — сияющая витрина Советского Союза. По новым широким улицам мчались «линкольны», «паккарды» и ЗИСы, в Елисеевском продавали деликатесы: от черной икры и крабов до рокфора. Эйзенштейн ставил «Валькирию» в Большом театре, в Камерном шла «Мадам Бовари» — и сам Ворошилов с удовольствием ходил на спектакли Таирова. Для москвичей играли джазмены Эдди Рознера, Александра Цфасмана и Леонида Утесова, а учителя танцев зарабатывали больше инженеров и врачей… Странный, жестокий, но яркий мир, где утром шли в приемную НКВД с передачей для арестованных родных, а вечером сидели в ресторане «Националь» или слушали Святослава Рихтера в Зале Чайковского.
-

Курсив мой
Берберова Нина Николаевна 200 ₪“Курсив мой” — самая знаменитая книга Нины Берберовой (1901–1993), сразу ставшая мировым бестселлером. Яркая, независимая, провокативная, глубоко личная — эта автобиография вызвала бурю нареканий со стороны ее “героев” и осталась уникальным свидетельством жизни первой русской эмиграции. Портреты В. Ходасевича, И. Бунина, М. Горького, А. Белого, М. Цветаевой, З. Гиппиус, Г. Иванова, В. Набокова написаны абсолютно свободным человеком — без оглядки, без страха, то хлестко и иронично, то трепетно и нежно…“Я пишу сагу о своей жизни, о себе самой, в которой я вольна делать, что хочу, открывать тайны и хранить их для себя, говорить о себе, говорить о других, не говорить ни о чем, остановиться на любой точке, закрыть эту тетрадь… Все, что здесь пишется, пишется по двум законам, которые я признала и которым следую: первый — раскрой себя до конца, и второй — утаи свою жизнь для себя одной”.
-

Китайские тени
Иванов Георгий Владимирович 200 ₪“Китайские тени” — сборник мемуарной прозы Георгия Иванова (1894–1958).Иванова называли последним живым поэтом Серебряного века. Но прославился он не только великолепными стихами, но и своими воспоминаниями. После публикации отдельных очерков появлялись гневные отповеди Марины Цветаевой, Анны Ахматовой, Игоря Северянина.Но никто не оспаривал, что “воздух эпохи” поэт передал идеально, что ему удалось ухватить самую душу города-мифа, описанного уже оттуда, из “эмигрантской были”. “Бродячая собака” и “Цех поэтов”, Блок и Гумилев, Ахматова и Мандельштам, Есенин и Городецкий, множество лиц и эпизодов — ушедшая на дно Атлантида, именуемая когда-то “столицей столиц”…
-

Холодная весна. Годы изгнаний: 1907–1921
Чернова-Андреева Ольга Викторовна 185 ₪Личный взгляд на историю революции 1917 года и уникальное свидетельство эпохи. Атмосфера первых пореволюционных лет и становления советского государства передана глазами очевидца — совсем юной девушки, вовлеченной в круговорот политических событий. Ее отчим — лидер партии социалистов-революционеров Виктор Чернов. Становление Временного правительства, события июля 1917 года, восстание большевиков, разгон Учредительного собрания — о том, о чем мы читали в учебниках истории, рассказывает свидетель этих событий.Жизнь мемуаристки была наполнена самыми удивительными происшествиями. Читатель следует за ней с берегов итальянского курорта Алассио — в камеры Лубянки; перемещается из Сухаревской толкучки — в тайную квартиру, полную революционеров на нелегальном положении. Номер в московской гостинице «Националь» сменяется детской колонией в Серебряном Бору…Проза Черновой-Андреевой — точная, емкая и лаконичная. Ее память можно назвать фотографической, так детально она воспроизводит все, что ей удалось пережить. «Было бы неправильно счесть книгу Ольги Черновой-Андреевой пристрастной, ибо каждое лицо, с которым она встречается, видится свежим взглядом и оценивается справедливо. Эта книга — своего рода отчет, какой написать могла только женщина. Автор находится в некоей точке, где волшебная палочка великих событий прикасается к человеческой плоти, обжигая, причиняя боль и оставляя шрамы». Артур МиллерКнига публикуется в полном объеме впервые: текст большей части воспоминаний был недавно найден в архивах родственников автора и в Университете Лидса (Великобритания). Представляемые в новом издании мемуары являются открытием последних лет.
