НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.В современном обществе доминирует идея индивидуализма, но одиночество при этом часто воспринимается как личный провал. Мы обнаруживаем в себе стремление одновременно и к свободе, и к близости, что наглядно показал опыт изоляции во время пандемии. В своих эссе немецкий писатель и журналист Даниэль Шрайбер всматривается в этот кажущийся парадокс, обращаясь к трудам философов (от Аристотеля и Мишеля Фуко до Ханны Арендт и Жиля Делеза), художественной литературе (от Джейн Остин до Анни Эрно), актуальным исследованиям практикующих психотерапевтов и даже к популярным ситкомам. И приходит к дарящей надежду мысли, что выстраивание иерархий из моделей жизни, возможно, — не самая удачная идея, и слову «одиночество» соответствуют не только темные тона.

В эпоху культа силы, завоеваний и побед необходимо по мере сил учиться вниманию к уязвимости, неудачам и поражениям. Режиссер и драматург Александр Плотников в своей первой книге рассказывает истории космонавтов, которые отдали судьбы ради космоса, но так и не совершили ни одного полета. Или, как собака Лайка, не вернулись живыми. Автор посвящает этим мужчинам, женщинам и собакам поэму, отправляется в воображаемое путешествие к звездам заветной Альфа Центавра и дополняет книгу развернутым эссе, в котором признается и в собственном судьбоносном поражении.

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.Почти все люди пьют алкоголь. Не всегда, не везде, но пьют: в барах, клубах и ресторанах, на днях рождения, свадьбах и на Новый год, в городе и на природе, в офисе и в отпуске, за ужином в будни и с самого утра в воскресенье. Без алкоголя не помыслить ни политику, ни экономику, ни искусство, ни литературу. Многие пьют, чтобы унять шум в голове, совладать с чувством неопределенности. Бегство от реальности через опьянение часто ошибочно представляется выходом. Даниэль Шрайбер с предельной честностью рассказывает о личном опыте зависимости, поиска помощи и долгого пути к счастью в трезвости, размышляя над тем, как алкоголь представлен в медиа, кинематографе и литературных произведениях, над механизмами привыкания, самообмана и самооправдания, а также над тем, почему не начать пить снова сложнее, чем просто бросить.

Силен — наставник и спутник Диониса, бога вина и разгула. «Пьяный Силен» американского философа и арт-критика Моргана Мейса начинается с анализа одноименного полотна Питера Пауля Рубенса, чтобы затем превратиться в завораживающее исследование философского пессимизма, проходящее сквозь века: от блеянья козла, раздираемого на части в древних мистериальных культах, до «Рождения трагедии» Фридриха Ницше; от катастрофы бронзового века и Троянской войны до Второй мировой. Эта книга, беззастенчиво мрачная и смешная одновременно, придется по душе всем любителям искусства и рассуждений о предельных вопросах человеческого бытия.

2081 год. После катастрофы страна была изолирована от внешнего мира. Русскую литературу, объявленную источником всех бед, заменили шахматами, а вместо романов Толстого, Достоевского и Тургенева в школах и университетах штудируют партии Карпова, Спасского и Ботвинника. Кирилл изучает историю шахмат в аспирантуре, влюбляется, ревнует и живет жизнью вполне обыкновенного молодого человека — до тех пор, пока череда внезапных открытий не ставит под угрозу все его представления о мире.«Табия тридцать два» Алексея Конакова — это и фантасмагорический роман-головоломка о роковых узорах судьбы, и остроумный языковой эксперимент по отмене имперского мышления, и захватывающая антиутопия о попытках раз и навсегда решить вопрос, как нам обустроить Россию.Алексей Конаков — литературный критик, эссеист, поэт, независимый исследователь позднесоветской культуры, лауреат премии Андрея Белого, соучредитель премии имени Леона Богданова.

В 1916 году Франц Марк, один из главных художников немецкого экспрессионизма, погибает на полях Первой мировой. За три года до этого он пишет картину «Судьба животных», которая странным образом предсказывает и его собственную смерть, и мировой пожар, которым вскоре будет охвачена Европа. Пристально вглядываясь в полотно Марка, американский философ и арт-критик Морган Мейс обнаруживает тайные связи между представлениями об Апокалипсисе и духовной сутью живописи, между трагедией войны и опытом религиозного откровения. В этих поисках автора сопровождают художники Эдгар Дега и Пауль Клее, немецкий генерал Эрих фон Фалькенхайн, писатель Дэвид Герберт Лоуренс, философ Мартин Хайдеггер, а также Иисус Христос и бог Один, который вешается на ясене Иггдрасиль. Книга «Судьба животных» — сокрушительное и дерзкое размышление о катастрофе, пронизывающей мироздание.

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.Роман Михайлов — писатель, драматург, автор книг «Ягоды», «Равинагар», «Праздники» , «Дождись лета и посмотри, что будет» и других произведений; сценарист и режиссер.«Праздники» — это одиннадцать историй о подлинных переживаниях. В прошитом узорами, нездешним языком и ритуалами пространстве сборника квартира превращается в лес, на развалинах храма звучит потустороннее пение, а дети осваивают Тибет и выпускают зверей из зоопарка. Для потерявшихся внутри книги есть карта.«Ягоды» — сборник магических сказок, написанных в разные годы. Отдельные тексты ложились в основу фильмов и спектаклей, но собранные вместе они образуют единый мир со сквозными сюжетами (уход от мира, волшебное превращение, общение живых и мертвых, безумие как способ изменить реальность) и перетекающими персонажами.