Молодой «неудачник» Хан Ён устраивается на работу в тайную корпорацию по устранению аномалий. Когда мир начинает рушиться, ему поручают невозможное — найти Создателя мира, которого ранее удалили за халатное отношение к реальности.Ён оказывается вирусом, способным убедить Создателя не уничтожать мир. Ему приходится странствовать по разным эпохам Кореи и решать там вопросики мирового порядка — и всё это без капельки айс-американо.Игра в кошки-мышки с Создателем началась! Сможет ли Ён переиграть Создателя в их споре, чтобы спасти Завтра для всего человечества?

Гора Чогори не щадит никого. Сорвавшись при спуске во время снежной бури, альпинистка Хань И и её племянник просыпаются в древнем храме. Но под его руинами скрыта не надежда на спасение, а вход в ад, где души ждут судилища за грехи.Теперь Хань И предстоит пройти через кошмарные испытания, чтобы выжить, не потерять себя и распутать заговор двух бессмертных учёных, пока сам ад не потребовал от неё всё, включая имя, память и любовь.

Три девушки. Три судьбы. Один мир, расколотый между демонами и людьми.Поднебесная сдаётся под натиском демонических сил, которые захватывают духовные школы, разрушая устои и веру. И среди этого хаоса принцесса, девушка-генерал и целительница противостоят демонам в собственных битвах. Нежность, которая может стать щитом. Честь, за которую можно погибнуть. Обман, который становится единственным оружием. Это три лика одной судьбы — судьбы, сплетённой из боли, желания и силы.Смогут ли они победить или их борьба всего лишь туманная дымка, которая рассеется с восходом солнца?

У каждого в Поднебесной свой путь. Одному суждено стать героем. Другому – Ненастьем.Когда убивают мать Мо Яна, проклятого Ненастья, подозрения падают на благородного Гу Миня – избранника Небес. Жаждущий мести Мо Ян устраивает кровавую резню в заклинательских школах, убивая героя ценой собственной жизни.Но это не конец.Оба перерождаются в прошлом, за десять лет до трагедии.Небеса вмешались в их судьбу – но что, если звезды ошиблись?И какова роль Астролога, назвавшего одного героем, а другого – бедствием?