ПЕРВЫЙ ИСТОРИЧЕСКИЙ СЕРИАЛ О ХОЛОКОСТЕ.Бестселлер Amazon.com.Аушвиц — место, где детство заканчивается, а выживание становится единственной целью.Во время депортации семья Айзенбергов оказывается разорвана. В хаосе переполненного вагона Наоми получает шанс спастись — но какой ценой? Сможет ли она выжить в одиночку и снова увидеть дочерей?Шошана и близнецы Перл и Блюма попадают в самое сердце лагерного ужаса — в бараки доктора Менгеле. Здесь дети становятся объектами экспериментов, а каждый день может стать последним. Что поможет им выстоять — страх или связь между сестрами?Рядом с Менгеле работает врач Эрнст, все глубже втянутый в лагерную машину смерти. Сможет ли он сделать выбор между подчинением и человечностью, когда цена ошибки — жизнь? Тем временем за пределами лагеря Жизель приближается к опасной тайне своего происхождения. Не зная, к чему приведет этот поиск, она делает шаги, которые могут оказаться роковыми…Но даже если кому-то удастся спастись, война не заканчивается вместе с лагерями…Третий том трилогии «Близнецы из Аушвица» — финал драматической саги о Холокосте, выборе, побеге, любви и возмездии.

Самые трогательные истории о Холокосте — теперь в одном комплекте: международный бестселлер «Акушерка Аушвица» и первые два тома исторической трилогии «Близнецы из Аушвица».«Акушерка Аушвица»Аушвиц, 1943 год. Ана Камински, чтобы выжить, объявляет себя акушеркой и вместе с подругой Эстер попадает в родильный барак. Когда нацисты запускают программу Лебенсборн и начинают отбирать «подходящих» младенцев для немецких семей, Ана и Эстер тайно татуируют детям номера их матерей, чтобы в будущем они могли воссоединиться. История о женской отваге, любви и надежде там, где, кажется, не остается ничего человеческого.«Близнецы из Аушвица. Мне приснилась война» (#1)Наоми живет в еврейской деревушке и видит сны-предвестники: чужие солдаты, дымовые трубы, врачи, от которых стынет кровь. Когда такие же кошмары начинают сниться ее дочери Перл, тревога превращается в уверенность: беда уже рядом. На фоне сложной семейной жизни и непростых чувств Наоми пытается удержать семью, пока мир вокруг незаметно входит в смертельную фазу.«Близнецы из Аушвица. Ученик доктора Менгеле» (#2)Нацистская машина смыкает кольцо. Семья Айзенбергов оказывается в Варшавском гетто, и Наоми отчаянно защищает дочерей — старшую Шошану и близнецов Перл и Блюму, когда выживание требует невозможного. Параллельно молодой врач Эрнст становится учеником доктора Менгеле в Аушвице и каждый день делает выбор между карьерой и совестью, а в оккупированном Париже Жизель, дочь Менгеле, ищет отца, не зная, кем он стал. История о разрывах, тайнах и моральных границах, которые война стирает у одних — и обостряет у других.

Молодой врач Эрнст получает предложение, которое изменит его жизнь: стать учеником таинственного доктора Менгеле в Аушвице. Но каждый шаг под началом Ангела Смерти — это выбор между долгом и совестью… Тем временем семью Айзенбергов душит Варшавское гетто. Внутренние распри разрывают семью на пороге неминуемой ссылки. Смогут ли они примириться?В оккупированном Париже Жизель, дочь Менгеле, ищет отца, не подозревая о его деяниях. Удастся ли ей выжить среди нацистов и найти Ангела Смерти? Второй том трилогии «Близнецы из Аушвица» — история о моральных дилеммах, семейных узах и роковых тайнах.

ПЕРВЫЙ ИСТОРИЧЕСКИЙ СЕРИАЛ О ХОЛОКОСТЕ.Бестселлер Amazon.Сны Наоми — не просто видения, а предвестники грядущего ужаса. Ей снятся чужеземные солдаты с незнакомым флагом, дымовые трубы и врачи, от которых стынет кровь. Когда ее дочь Перл начинает видеть те же кошмары, страх матери становится невыносимым.Ее жизнь и без того полна тягот: несчастливый брак с Хершелем, тайная страсть, грозящая скандалом, и забота о трех дочерях — старшей Шошане и близнецах Перл и Блюме. Пока Хершель смеется над ее страхами, а еврейская деревушка живет в обманчивом покое, нацистская машина смерти подступает все ближе.Что скрывается за видениями Наоми и Перл и какой ценой семья Айзенбергов встретит грядущий ужас? Первый том исторической трилогии «Близнецы из Аушвица» — о предчувствии и любви на пороге трагедии.