Ксения Букша (р. 1983) — автор получившего премию «Национальный бестселлер» романа «Завод “Свобода”», биографии Казимира Малевича, сборника рассказов «Открывается внутрь» о всевозможных человеческих судьбах. В её прозе сочетается жёсткий реализм и лиричность, юмор и гротеск.»Чуров и Чурбанов» — полный киношной движухи короткий роман с непредсказуемым сюжетом и густой, мрачноватой питерской атмосферой. Живёшь-живёшь, и вдруг выясняется, что у тебя есть двойник, чьё сердце бьётся синхронно с твоим. Да не просто двойник, а твой бывший одноклассник: отличник или, наоборот, подозрительный тип, с которым у тебя решительно ничего общего в жизни быть не может.Ничего, кроме смерти.»Мерили они три минуты. В конце первой Миша и Карина хором, но тихо сказали “пятьдесят семь”, в конце второй неожиданно и вразнобой, но вышло у обоих “семьдесят один”, а в конце третьей минуты они ничего не сказали, но переглянулись, и потом Карина спросила:— Шестьдесят пять?»

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.Ксения Букша — автор романов «Завод “Свобода”» (премия «Национальный бестселлер») и «Чуров и Чурбанов» (шорт-лист премий «Большая книга» и «Ясная Поляна»), биографии Казимира Малевича, сборника рассказов «Открывается внутрь». В каждой новой книге она старается по-новому показать реальность.Маленькая Стеша ежедневно открывает по одному окошку адвент-календаря, приближая Рождество. А ее мама и папа, Аня и Костя, перебирают в памяти картинки из прошлого, пытаясь понять, что с ними станет в будущем.»Адвент» — роман о том, что людей объединяет музыка и делает разными смех.»Есть такие праздничные коробки с открывающимися окошечками, за которыми прячут лакомства. «Адвент» похож на такую рождественскую коробку. Открываются окошки — а за ними люди, каждый со своей историей, каждый со своим сюжетом. Люди эти как будто ещё не вполне настоящие: им только предстоит стать живыми в ожидании Рождества. И мир вокруг озябший и тёмный, как гравюра, и время призрачно. Но люди смеются — в своих окошках — то смехом ангельским, то безудержным, то отчаянным. И удивительным образом смех этот как-то формирует сюжеты, делает истории светящимися, блестящими ёлочными шарами».Дмитрий Воденников»— Вы так стоите, что я представила, что вы — это один человек, — хихикала Стеша. — С четырьмя руками и двумя головами! Уи-и, хи-хи!Фонари цепочкой загорелись на мосту. Серый лёд вспыхнул оранжевыми кругами. Начинался праздник».

Павел Селуков родился в 1986 году на окраине Перми. Пишет прозу и сценарии. Сборник «Добыть Тарковского» вошел в короткий список премии «БОЛЬШАЯ КНИГА».»Как я был Анной» — книга рассказов, которые можно окрестить абсурдными, фантастическими, сатирическими или даже обозвать загадочным словом «притчи». Пацанско-маргинальная тема здесь не становится ведущей. Герои Селукова выросли, добыли своих Тарковских, после чего вдруг обнаружили, что это не конец путешествия, а только его начало.»Я его спросила — равви, почему нельзя говорить, учить, проповедовать, а можно только показывать и являть? А он ответил — потому что говорящий не знает, а знающий не говорит.Я его спросила — равви, как мне закончить этот рассказ? А он ответил — ничего нельзя закончить, смерти-то нет».

Алла Горбунова родилась в 1985 году в Ленинграде. Окончила философский факультет СПбГУ. Поэт, автор нескольких книг прозы — «Конец света, моя любовь», «Другая материя», «Лето». Её стихи и проза переведены на многие иностранные языки. Лауреат премий «НОС», «Дебют» и премии Андрея Белого.»»Вещи и ущи» были моей первой книгой прозы. Я надеюсь, что в ней есть драйв и есть сострадание. Вначале я собиралась назвать её «Сказки для чокнутых», потом — «Дотла», и уже третий вариант стал окончательным — «Вещи и ущи». Но «Сказки для чокнутых» — это безусловно её важная ипостась и обозначение целевой аудитории, а «Дотла» — это из моего рассказа про человека, который ходил в чёрных очках зимой, потому что не хотел видеть мир дотла — смотреть на него и испепелять самим актом своего видения. Вот про такие два тайных пласта, два секретных названия «Вещей и ущей» я вам рассказала, а что за вещи, что за ущи — разбирайтесь сами». Алла Горбунова

«Сезон отравленных плодов» — новый роман Веры Богдановой, писателя, переводчика, литературного обозревателя, автора книги «Павел Чжан и прочие речные твари» (шорт-лист премии «Национальный бестселлер»).С ранних лет Жене говорили, что она должна быть хорошей: выучиться на переводчика, выйти замуж, родить детей. Теперь ей под тридцать, ни мужа, ни детей — только проблемы с алкоголем и непреодолимая тяга к двоюродному брату.Даша, как ее мать, не умеет выбирать мужчин. Она ищет похожих на отца, пьющих кухонных боксеров, и выходит замуж за одного из них.Илья боится не быть настоящим мужчиной. Зарабатывать нужно лучше, любить семью — больше, да только смысл исчез и жизнь превратилась в день сурка.«Сезон отравленных плодов» — о поколении современных тридцатилетних, выросших в хаосе девяностых и терактах нулевых. Герои романа боятся жить своей жизнью, да и можно ли обрести счастье, когда мир вокруг взрывается и горит?Это как «Ада» Набокова, заброшенная в боль и хтонь девяностых и ранних нулевых — бабушкина дача, семейная сага, чужие дворы, родная кровь; теперь это все уже не экзотика и не чернуха, мы выжили, выросли и говорим о том, как это — быть странной девочкой в странное время. Аккуратно и бережно разматывая, как окровавленные бинты, травмы и судьбы персонажей, Богданова не заставляет их страдать для развлечения гипотетического читателя — наоборот, ищет способы всех спасти. И находит — даже для тех, кого спасти невозможно.ТАТЬЯНА ЗАМИРОВСКАЯ«Сезон отравленных плодов» — роман о жестокости и молчании. Героини Веры Богдановой живут в мире, где насилие — это норма, а свобода невозможна. Настоящее оказалось в плену у прошлого, о котором нельзя говорить.ОЛЬГА БРЕЙНИНГЕРПервое, что хочется сделать после прочтения этой книги, — объявить ее романом поколения. Девяностые, нулевые, бедность и потребление, советская и постсоветская патриархальность и домашнее насилие, новости о терроре и поднимающийся национализм как фон, подавленная сексуальность и освобождение от запретов — и все эти контексты при прекрасно прописанном сюжете. Правда, присмотревшись понимаешь, что Богданова приложила все усилия, чтобы сделать эту историю частной, честной и вдохновляющей — и лучше притормозить с громкими заявлениями и просто счастливо порекомендовать «Сезон отравленных плодов» к чтению.МАКСИМ МАМЛЫГА

Керен Климовски (р. 1985) — прозаик, драматург, сценарист, сооснователь Театра КЕФ в г. Мальмё (Швеция). Публикуется с пятнадцати лет в российских, американских и израильских журналах. Дипломант премии «Дебют», лауреат конкурсов «Кульминация», «Ремарка» и других. Спектакли по пьесам Климовски идут во многих российских и зарубежных театрах.Израиль, конец 1990-х — начало 2000-х. Двенадцатилетняя Мишка растет в благополучной семье с мамой-сказочницей и папой-профессором. Вся ее жизнь круто поменяется, когда она узнает о разводе родителей. За четыре года Мишке придется резко повзрослеть и пережить слишком много драматических событий, чтобы обрести свой голос и понять, что настало ее «время говорить».В книге «Время говорить», «симфонии взросления», как называет ее автор, соединились роман-путешествие, детектив и семейная драма. Столь же пестрый и многообразный и сам мир Израиля — до невозможности парадоксальный, противоречивый и удивительный.»Эта яркая, болевая и мужественная проза — настоящий роман воспитания, роман взросления. “Время говорить” мог бы в чем-то напомнить культовую повесть Сэлинджера “Над пропастью во ржи”, если б героиня взрослела в стране попроще, чем Израиль. А это бурная, упрямо-неуступчивая страна праведников и нечестивцев. Потому в ней и вырастают люди бескомпромиссные, даже — беспощадные. Но — переполненные любовью. Такие, как девочка со странным именем Мишель».Дина Рубина