Император Клавдий (Тиберий Клавдий Цезарь Август Германик, 10 дон. э. — 54), правивший после порочного садиста Тиберия и безумного чудовища Калигулы и до Нерона, который был и тем и другим одновременно, стал наименее известным из императоров династии Юлиев — Клавдиев. Но недооцененный преемник Калигулы оказался крупным государственным деятелем и талантливым политиком, который не побоялся настроить против себя традиционный политический класс, доверив высокие посты в администрации бывшим рабам, введя в сенат выходцев из провинций и сыновей вольноотпущенников, издав законы в пользу женщин и рабов. Скончавшись в 54 году, он оставил после себя мирную и богатую Империю, расширившую свои границы, с усовершенствованной администрацией и эффективной судебной системой. Его трагедией стало то, что он был женат на двух непомерно властолюбивых женщинах, беспрестанно вмешивавшихся в дела государства.

Анатолий Петрович Александров (1903—1994) — выдающийся советский учёный, академик, в течение 28 лет — директор Курчатовского института, 11 лет — президент Академии наук СССР. Ещё в довоенные годы предложил метод размагничивания кораблей. Ни один корабль, защищённый от магнитных мин по его методике, не был потерян. В 1944 году И. В. Курчатовым был привлечён к работе по «атомному» проекту, в 1952-м — назначен научным руководителем работ по созданию ядерной силовой установки для первой атомной подводной лодки (АПЛ). До конца жизни оставался научным руководителем работ по созданию большинства ядерных реакторов. Координировал научные работы всего Советского Союза в годы его наивысшего могущества.

Самый одиозный из всех российских поэтов, Иван Семенович Барков (1732—1768), еще при жизни снискал себе дурную славу как автор непристойных, «срамных» од и стихотворений. Его имя сделалось нарицательным, а потому его перу приписывали и приписывают едва ли не все те похабные стишки, которые ходили в списках не только в его время, но и много позже. Но ведь Барков — это еще и переводчик и издатель, поэт, принимавший деятельное участие в литературной жизни своего времени! Что, если его «прескверная» репутация не вполне справедлива? Именно таким вопросом задается автор книги, доктор филологических наук Наталья Ивановна Михайлова.

Эта книга о жизни и творчестве уникального и загадочного писателя Венедикта Ерофеева. Отдельные фразы из его поэмы «Москва — Петушки» мгновенно получили широкое распространение как мудрые изречения и афоризмы. Поэтому нет ничего удивительного, что он часто отождествляется со своим героем Веничкой. Александр Сенкевич, писатель и ученый, убедительно рассказал о духовном воздействии на Венедикта Ерофеева как христианства, так и буддизма в его современной интерпретации. При этом он восстановил исторический и общественный контекст, в котором жил и творил писатель. Автор поэмы «Москва — Петушки» и трагедии «Вальпургиева ночь, или Шаги Командора» предстает перед читателем одним из многих из поколения 1960-х годов, к которому принадлежит также и Александр Сенкевич. Венедикт Ерофеев был свобономыслящим человеком, а по силе чувств не уступал писателям-классикам XX века. «Венедикт Ерофеев: Человек нездешний» завершает трилогию мировоззренческих биографий Александра Сенкевича, предыдущими книгами которой были «Будда» и «Блаватская», вышедшие в серии «ЖЗЛ».

Об Аллене Даллесе в России знают все и не знает никто. При том что на русском не вышло ни одной работы о нем, его представляют, как покровителя нацистов, главного врага СССР, организатора огромного числа убийств, включая покушение на Джона Кеннеди, легендарного мастера шпионажа, человека, который долгие годы стоял за спиной правителей США, фактически направляя их политику. Кем же он был? Какую роль сыграл этот человек явно недюжинных талантов в годы войны и в послевоенном развитии своей страны? Как он сумел превратить ЦРУ в мощнейшую спецслужбу мира?На эти вопросы отвечают авторы книги, в основу которой положены документы из архивов США, в частности материалы Национального архива США, Национального архива безопасности США, рассекреченные фонды ЦРУ, коллекция Даллеса в Библиотеке рукописей Принстонского университета, документы архивов библиотек Ф. Рузвельта, Г. Трумэна, Д. Эйзенхауэра, Дж. Кеннеди.

Книга о народной артистке СССР, выдающемся кинорежиссёре Татьяне Лиозновой родилась на основе тщательного изучения её личного архива, проведённого автором книги впервые, бесед с её названной дочерью Людмилой Лисиной, воспоминаний учеников Лиозновой, актёров, испытавших трудное счастье работать с «железной леди» советского кино над созданием её шедевров, которые уже десятки лет не покидают экраны кино и телевидения. Книга — это разговор о её творчестве, о гражданской позиции, о трепетном отношении к людям, причём не только близким. Для неё, по собственным словам, не было ни чужой беды, ни чужой боли.

Герой документального романа Бориса Голдовского много лет возглавлял великую всемирную кукольную империю. Он правил ею строго и справедливо, за что его любили и уважали тысячи «подданных» — кукольники всех континентов. Он родился в Российской империи, жил в Советском Союзе, умер в Российской Федерации. Много путешествовал — побывал почти во всех странах мира. Был награжден несколькими государственными премиями и правительственными наградами. Но чаще всех надевал одну — «Орден Улыбки». Имя этого человека Сергей Владимирович Образцов.Удивительно, но никто из окружавших его людей не знал одного и того же Образцова — настолько многообразными были его таланты, настолько широк был диапазон его увлечений и интересов. Для кого-то Образцов — выдающийся актер и режиссер, строгий, иногда беспощадный Хозяин театра, для кого-то — избалованный властью капризный старик, для кого-то — добрый, душевный человек и верный друг. А еще коллекционер диковинных вещей, любитель кошек и собак и знатный московский голубятник… Но главный его дар заключался в умении выявлять таланты в других людях и создавать из них уникальный творческий ансамбль.

Неординарные достижения и противоречивый характер Черчилля привлекали, привлекают и будут привлекать внимание. В его биографии каждый ищет для себя что-то свое: одних интересует ответ на вопрос, как смогла появиться и состояться такая выдающаяся личность, другие хотят найти в его деятельности секреты успеха, третьи ищут подтверждений своему восхищению или ненависти, а кто-то просто испытывает восторг от изучения волнующих событий его жизни. Всех их — и поклонников, и хулителей — объединяет то, что при соприкосновении с Черчиллем не бывает скучно. Его жизнь захватывает стремительностью, величественностью, глубиной и непредсказуемостью.

Эта книга написана на основе воспоминаний «японской жены» знаменитого разведчика Рихарда Зорге. Исии Ханако прожила с ним шесть лет и узнала «Рамзая» таким, каким его не знал никто: добрым человеком, нежным возлюбленным, глубоким интеллектуалом, бесстрашным бойцом и великим актером, годами водившим за нос японскую контрразведку.Это рассказ об удивительной жизни и самой Исии Ханако — бедной девушки из провинции, силой своей любви сохранившей для нас память о Зорге и его прах и тем самым вошедшей в историю.Авторы книги — японовед Анна Делоне и лауреат премии Министерства обороны РФ за биографию Рихарда Зорге историк Александр Куланов работали над ней несколько лет, чтобы теперь и вы смогли узнать и понять другого Зорге — Зорге как человека.

В почти столетнюю биографию писателя, публициста, общественного деятеля Даниила Гранина уместилось множество событий — первые пятилетки и Великая Отечественная война, хрущевская оттепель и горбачевская перестройка, споры «физиков» и «лириков», распад Советского Союза и трудное рождение новой России. Всё это Даниил Александрович сумел осмыслить, прочувствовать и воплотить в своих произведениях. О чем бы он ни писал — о жизни и труде ученых, о пережитых им трагических годах войны и блокады или о далеком прошлом — в центре его внимания всегда оставались проблемы морали, нравственный выбор, стоящий перед каждым человеком. Сам он не раз делал этот выбор, выступая за справедливость и милосердие, за сохранение исторического облика своего родного Ленинграда-Петербурга. Первая книга о Гранине в серии «ЖЗЛ» выходит к 100-летию писателя и составлена из его собственных воспоминаний (он называл их «причудами памяти»), документов и свидетельств современников.

Живопись издревле считалась занятием мужским. Работы первых женщин — профессиональных художников лишь тогда обретали цену, когда их приписывали мужчинам. Словно в память об этом в зале Караваджо в галерее Уффици висит картина Артемизии Джентилески. Только в XIX столетии женщины-живописцы заняли место наравне с мужчинами. Среди импрессионистов известны Берта Моризо и Сюзанна Валадон, позже прославились американка Джорджия О’Киф, мексиканка Фрида Кало, русские Зинаида Серебрякова и Наталья Гончарова… Первая часть этой книги — о женщинах, ставших большими художниками. Они доказали, что высокое творчество доступно слабому полу не в меньшей степени, чем сильному. Вторая часть посвящена женщинам, которые не творили сами, но были музами или меценатками, а некоторые совмещали то и другое. Без них не случилось бы многое в искусстве, и сами их судьбы — по сути, произведения искусства.Ирина Опимах — писатель, переводчик. Это ее вторая книга в издательстве «Ломоносовъ». Первая — «Живописные…Живопись издревле считалась занятием мужским. Работы первых женщин — профессиональных художников лишь тогда обретали цену, когда их приписывали мужчинам. Словно в память об этом в зале Караваджо в галерее Уффици висит картина Артемизии Джентилески. Только в XIX столетии женщины-живописцы заняли место наравне с мужчинами. Среди импрессионистов известны Берта Моризо и Сюзанна Валадон, позже прославились американка Джорджия О’Киф, мексиканка Фрида Кало, русские Зинаида Серебрякова и Наталья Гончарова… Первая часть этой книги — о женщинах, ставших большими художниками. Они доказали, что высокое творчество доступно слабому полу не в меньшей степени, чем сильному. Вторая часть посвящена женщинам, которые не творили сами, но были музами или меценатками, а некоторые совмещали то и другое. Без них не случилось бы многое в искусстве, и сами их судьбы — по сути, произведения искусства.Ирина Опимах — писатель, переводчик. Это ее вторая книга в издательстве «Ломоносовъ». Первая — «Живописные истории» — вышла в 2014 году.

Король Англии Эдуард I Длинноногий из династии Плантагенетов, правивший в 1272-1307 годах, вошел в историю как один из самых могущественных правителей средневековой Европы, упрочивший власть и славу английской монархии. Ему удалось присоединить к Англии Уэльс и Шотландию, обуздать своеволие крупных феодалов, принять новые законы, охранявшие права всех жителей королевства. О жизни и деяниях Эдуарда I, прозванного «цветком рыцарственности» и «молотом шотландцев», рассказывает его первая русскоязычная биография, созданная историком Вадимом Устиновым на основе широкого круга источников.

Сидней Рейли до сих пор остается человеком-загадкой. Вся его жизнь окружена мифами, часть из которых придумал он сам. Иногда его называют «человеком ниоткуда» — даже сегодня еще на все сто процентов неизвестно, где он родился. Он мог считаться «эталонным врагом» советской власти, но его жизнь не ограничивалась только шпионажем и политическими заговорами: он проворачивал авантюрные коммерческие комбинации, зарабатывал большие деньги и быстро тратил их на новые авантюры, собрал одну из самых больших и уникальных в мире коллекций предметов, связанных с Наполеоном, страстно любил авиацию… В своей новой книге Е. В. Матонин, наконец, ответит на вопрос, вот уже сто лет волнующий историков: «Кто вы, мистер Рейли?»Книга предназначена широкому кругу читателей, интересующихся историей России начала ХХ века, а также историей разведки и шпионажа.

Среди звезд на Голливудском бульваре есть те, которых удостоились кинодеятели российского происхождения в знак признания их выдающегося вклада в киноискусство. Российская эмиграция оказала значительное влияние на многие сферы мировой культуры ХХ и XXI столетий. Среди тех, кто приехал в США из Российской империи, СССР, постсоветского пространства, и их потомков были деятели, сыгравшие заметную роль во всех направлениях американской киноиндустрии, получавшие премию «Оскар» или номинированные на нее. Среди них — создатели крупнейших кинокомпаний, актеры, режиссеры, продюсеры, композиторы, художники, мастера грима и костюма. О них, о «русском Голливуде», новая книга Георгия Чернявского и Ларисы Дубовой.

Пожалуй, Айн Рэнд (Алиса Розенбаум) — самый популярный англо-язычный писатель российского происхождения. Она родилась в столичном Петербурге, бежала в Крым из революционного Петрограда, написала первые произведения в советском Ленинграде, откуда эмигрировала в США, где стала романисткой, драматургом, киносценаристом, философом, культурологом. Своими интеллектуальными бестселлерами она повлияла на становление идеологии современного капиталистического мира. Ими зачитываются американские президенты и бизнесмены, они входят в программу учебных заведений США. Аллюзии на ее произведения можно встретить в современной музыке, книгах, молодежной субкультуре и даже компьютерной игре, а ее бурная личная жизнь стала сюжетом нашумевшего голливудского фильма. Она ненавидела коммунизм и считала, что любая страна «свободного мира» имеет моральное право напасть на СССР, создала философию объективизма и провозгласила эгоизм главной добродетелью человека. Имея всемирную славу, она почти не известна на родине. Восполняет этот пробел биография Айн Рэнд — история еврейской Золушки из России, ставшей королевой американской интеллектуальной жизни.

Документальный рассказ о выдающемся советском разведчике-профессионале, имя которого в 1920—1930-е годы было окружено легендами в чекистской среде. В разведке прошел путь от нелегального оперативного сотрудника и резидента за кордоном до создателя и руководителя самостоятельного специального нелегального подразделения, активно действовавшего практически по всему миру. Его деятельность всегда сопровождалась повышенным уровнем секретности. Достаточно сказать, что впервые материалы о проведенных им уникальных разведывательных операциях появились в отечественной и зарубежной литературе лишь в начале 1990-х годов, то есть спустя почти 50 лет после его смерти.

Событий жизни Павла Милюкова — историка, журналиста, политолога, лидера кадетской партии, министра Временного правительства — с лихвой хватило бы на несколько биографий. Он встречался с Львом Толстым, беседовал с Лениным, дискутировал с Троцким. Основоположник российского либерализма сидел в царской тюрьме за антиправительственную агитацию, за твердую внешнеполитическую линию получил ироничное прозвище Дарданелльский, а в эмиграции пережил покушение монархистов. С его газетой «Последние новости» сотрудничали Надежда Тэффи, Марк Алданов, Иван Бунин. Спектр его научных интересов был чрезвычайно широк: от землевладения времен Ивана Грозного до геополитических проблем на Балканах. Он положил начало новой научной дисциплине — культурологии, свободно говорил на нескольких иностранных языках, еще до эмиграции читал лекции в Болгарии, США, Англии. Являясь признанным научным авторитетом, он так и не получил звание профессора и, по его собственным словам, остался последним русским приват-доцентом.

Книга Георгия Чернявского и Ларисы Дубовой написана с использованием обширных архивных материалов, основная часть которых обнаружена авторами.

Мари Фредрикссон (1958–2019) — шведская певица, композитор, солистка знаменитой группы Roxette, прославившейся благодаря таким хитам, как «Joyride», «The Look», «It Must Have Been Love» и «Listen to Your Heart». В 2002 году у неё обнаружили опухоль головного мозга. Несмотря на тяжёлые последствия лучевой терапии, Мари продолжила музыкальную карьеру и даже вернулась на сцену. «Я лишь хочу рассказать о том, как всё было. Без прикрас. Чистую правду». Именно так Мари Фредрикссон описала идею этой книги журналистке и писательнице Хелене фон Цвейгберг. В этой книге слово предоставлено Мари Фредрикссон, её родным и близким. На этих страницах — рассказ о большой любви, бездонной печали, невероятном успехе и реванше, взятом вопреки всем превратностям судьбы. И всё это лишь благодаря огромной любви к жизни.

Биография «первого русского революционера», как называли Александра Николаевича Радищева в советской историографии, всегда привлекала к себе пристальное внимание публики. Это действительно трагическая фигура в нашей истории. Но до сих пор непонятно: зачем именно он издал свою главную книгу — «Путешествие из Петербурга в Москву», призывавшую к свержению правительства, да еще в момент бомбардировки Северной столицы шведской эскадрой? Стремился перенести на отечественную почву Французскую революцию? Вызвать бунт? Рассказать современникам о «плачевном состоянии крестьянского сословия»? Или был настолько поглощен собственными страданиями, что не замечал пушечной канонады, от которой в доме дрожали стекла?

На эти и многие другие вопросы, касающиеся биографии Радищева и особенностей зарождения в императорской России европеизированного интеллектуального слоя, отвечает автор книги — историк и писатель Ольга Елисеева.

Конфуций (551-479 до н. э.), первоучитель Поднебесной, мыслитель и философ, первым в истории открыл человека как творческое, общественное существо, провозгласив с простотой, достойной основоположника великой цивилизации: у человека нет более высокого призвания, чем воистину осознать себя человеком и стать творцом культуры — единственной реальности, которая целиком и полностью созидается людьми. Учение его — конфуцианство, — оказавшее огромное влияние на цивилизацию Китая и Восточной Азии, до сих пор волнует умы и притягивает внимание не только Востока, но и Запада. Известный китаевед Владимир Малявин, отразив в книге все основные сведения о жизни и взглядах Конфуция, завершает ее суждениями самого Учителя Куна, которые и сегодня, в век суеты и скоростей, остаются истиной: «Благородный муж безмятежен и свободен, низкий человек удручен и скорбен»; «Благородный муж заботится не о своих, но об общих интересах; низкий человек, напротив, заботится не об общих, но о собственных интересах»; «Благородный муж миролюбив, но не льстив; низкий человек льстив, но не миролюбив»… Жизнеописание мудреца, исполненное в повествовательной, а где-то и притчевой манере, несомненно заинтересует мыслящего читателя.

Микалоюс Константинас Чюрлёнис — выдающийся композитор, родоначальник литовской симфонической музыки, уникальный художник, сделавший попытку слить воедино два вида искусства — музыку и живопись. Он не имел предшественников и не оставил последователей — его жизнь трагически оборвалась в расцвете таланта — в 35 лет. Однако в его наследии — около 400 музыкальных произведений и свыше 300 картин. Он серьезно изучал точные науки, интересовался астрологией, мифологией, философией, религиоведением, успел проявить себя как поэт, публицист, фотограф-экспериментатор.Чюрлёниса называют «литовским гением», «визитной карточкой литовского народа». Но только ли литовского?.. Сын скромного органиста достиг в своем творчестве философских вершин, прославился как «живописец в музыке и музыкант в живописи», которого по разносторонности дарования сравнивают с великими мастерами эпохи Возрождения.Книга «Чюрлёнис» — итог исследовательской работы Юрия Шенявского, посвятившего свою жизнь изучению биографии и творчества Чюрлёниса, написанная в соавторстве с журналистом и писателем Владимиром Желтовым.

Без Вячеслава Иванова невозможно представить себе эпоху Серебряного века, одним из лучших поэтов которого он был. Помимо этого, Вяч. Иванов был и филологом — классиком мирового масштаба, его исследования по истории античной мифологии и религии носят характер фундаментальных трудов. Как религиозный мыслитель Вячеслав Иванов считал себя учеником и последователем Владимира Соловьева с его философией всеединства и вселенским христианством. Последнюю четверть века своей жизни поэт прожил в Италии, где занимался научной и преподавательской деятельностью. Во время немецкой оккупации Рима под грохот бомб и снарядов он писал стихи, составившие цикл «Римский дневник» и ставшие одной из величайших вершин русской поэзии. Вопреки распространенным представлениям Вячеслав Иванов предстает в книге не как поэт исключительно «для филологов», а как тот, в чьих стихах, по словам Мандельштама, звучит «могучий гул» наплывающего и ждущего своей очереди колокола народной речи.

Судьба хирурга и Житие святителяВ истории Русской православной церкви архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий) (1877—1961) стоит особняком. Он соединил в себе, казалось бы, несовместимое: был выдающимся хирургом, спасавшим людей в трех войнах — Русско-японской, Гражданской и Великой Отечественной, оставившим научное наследие, ценность которого признается и по сей день, — и был выдающимся церковным деятелем, бесстрашно отстаивавшим русское православие и стойко перенесшим тяготы одиннадцати лет скитаний по тюрьмам и ссылкам.И ныне, спустя шесть десятилетий после кончины, память о нем живет и в научной, и в церковной среде. Открыты музеи и постоянно действующие выставки, установлены памятники и мемориальные доски, учреждены премии и стипендии, сняты фильмы и изданы книги, посвященные врачу В. Ф. Войно-Ясенецкому. И вместе с тем святитель Лука был причислен сначала к лику местночтимых святых, а затем, в 2000 году, — и к лику святых для общецерковного почитания. Возводятся храмы в его имя, пишутся иконы и молитвы, совершаются богослужения.Данная книга — это труд светского историка-религиоведа, который подходит к описанию и осмыслению судьбы хирурга-епископа прежде всего с научных позиций, опираясь на разнообразные архивные источники и документальные материалы, привлекая вновь открывшиеся обстоятельства жизни архиепископа Луки, а также раскрывая содержание и зигзаги вероисповедной политики советского государства в 1920—1960-е годы.

Эрнест Хемингуэй (1899—1961) был и остается одним из самых популярных в России американских писателей. В 1960е годы фотография бородатого «папы Хема» украшала стены многих советских квартир; вольномыслящая молодежь подражала его героям — мужественным, решительным, немногословным. Уже тогда личность Хемингуэя как у нас, так и на Западе окружал ореол загадочности. Что заставляло его без устали скитаться по миру, менять страны, дома и жен, охотиться, воевать, заводить друзей и тут же делать их врагами? Был ли он великим мастером слова, или его всемирная слава — следствие саморекламы и публичного образа жизни? Что вынудило его, как и многих его родственников, совершить самоубийство — наследственная болезнь, житейские неудачи или творческий кризис, обернувшийся разрушением личности? На все эти вопросы отвечает писатель Максим Чертанов в самой полной на сегодняшний день биографии Хемингуэя. Эта неожиданная, местами шокирующая книга откроет поклонникам писателя множество неизвестных подробностей из жизни их кумира.

Этот писатель известен всем, его произведения давно входят в школьную программу, однако его биография известна немногим. Его настоящее имя — Михаил Евграфович Салтыков — и псевдоним «Н. Щедрин» прочно соединились в фамилию «Салтыков-Щедрин», которой он никогда не пользовался. В советское время его считали революционером, обличителем «язв самодержавия», хотя он был сторонником реформ и царским чиновником, дослужившимся до вице-губернатора. Книга историка литературы Сергея Дмитренко с небывалой прежде объективностью и полнотой описывает творческую и личную жизнь Салтыкова (Щедрина) — человека удивительного таланта и громадного трудолюбия, имевшего много друзей и ещё больше врагов, искренне любившего свою страну и верившего в её будущее.

Книга известного историка литературы, специалиста по творчеству Ф. М. Достоевского Людмилы Сараскиной посвящена Аполлинарии Сусловой — возлюбленной великого писателя, ставшей прототипом целого ряда героинь его произведений. После расставания с ним Аполлинария прожила долгую, но несчастливую жизнь — ее литературная карьера не состоялась, брак со знаменитым впоследствии мыслителем В. В. Розановым оказался мукой для обоих, ее последние годы прошли в нужде и забвении. Но сегодня загадка ее личности, перипетии ее отношений с выдающимися современниками вызывают все больший интерес.Первая биография А. П. Сусловой основана на документальных, биографических, автобиографических и художественных свидетельствах, почерпнутых из самых разных источников. Особый интерес представляют архивные материалы, многие из которых публикуются впервые.

Люди, приближенные к царствующим особам, временщики и фавориты имелись во все эпохи, независимо от того, как назывался правитель: король, царь или император. Именно они зачастую творили политику, стоя за спиной монарха или обсуждая с ним с глазу на глаз самые злободневные государственные вопросы.На Руси их называли «ближними людьми». О трех таких «ближних людях» XVII столетия рассказывает в своей новой книге известный историк Вячеслав Николаевич Козляков. Героями книги стали «первый боярин» царя Михаила Федоровича князь Иван Борисович Черкасский, воспитатель царя Алексея Михайловича боярин Борис Иванович Морозов и «великий канцлер», «русский Ришелье» Артамон Сергеевич Матвеев.