Рассказы о Бааль-Шем-Тове.

Описание

Впервые на русском языке выходит сборник новелл, посвященных чудесным деяниям одного из величайших еврейских мистиков, основателя хасидизма Бааль-Шем-Това.

Шмуэль-Йосеф Агнон (1888 — 1970) — основоположник современной ивритской литературы, крупнейший еврейский прозаик, лауреат Нобелевской премии, а также Премии Бялика и Премии Израиля. Рожденный в Галиции, Агнон иммигрировал в Израиль. Его произведения переведены на множество языков и широко известны во всем мире.

Агнон не раз говорил о своей особой любви к Бешту.

Но привлекал его не исторический рабби Исраэль бен Элиэзер, прозванный Бааль-Шем-Товом (сокращенно — Бешт; ок. 1700 – 1760), изучением жизни и деятельности которого занимаются академические исследователи, а герой хасидского фольклора — мистик и чудотворец, один из величайших духовных учителей в еврейской истории, самой своей жизнью стерший границы между физической реальностью и духовным переживанием.

Судьба «Рассказов о Бааль-Шем-Тове» сложилась драматически. Подготовленная к печати книга сгорела вместе с домом писателя. Впоследствии Агнон частично восстановил свои записи, но опубликованы они были спустя много лет после его смерти.

Творчество Агнона отличают тонкая нюансировка в передаче постоянно меняющихся жизненных обстоятельств героев, их страстей, поэтические отступления и едкая сатира.

Из предисловия:

С юности Агнон испытывал огромный интерес к хасидским рассказам, которые считал непревзойденным литературным идеалом.
Рассказы эти — особый жанр, органично связанный с фольклором евреев Восточной Европы, но в окончательном виде сложившийся только в среде последователей мистического движения — хасидизма, — возникшего во второй половине XVIII века.

Рассказам (коротким новеллам, своего рода анекдотам), в большинстве своем посвященным деяниям хасидских учителей — цадиков (букв. «праведников») и содержащим, обычно в скрытой форме, духовное или этическое поучение, придавалось в хасидской среде огромное значение: как рассказывание, так и выслушивание их считались одной из важнейших духовных практик.

Ш.-Й. Агнон, остававшийся человеком глубоко религиозным даже в тот период своей жизни, когда он отходил от соблюдения предписаний иудаизма, всегда воспринимал свое литературное творчество как религиозное служение и, обращаясь к читателям, сколь бы то ни было далеким от религии, ощущал себя в первую очередь хасидским рассказчиком.