Полководцы и политики, ораторы и воины, мудрецы и гордецы, покровители искусств и чревоугодники, интриганы и люди чести, бессребреники и казнокрады, а иногда и то, и другое, и третье в одном лице… Все великие римляне собраны в этой книге, охватывающей время от царского периода до начала империи. Галерея портретов-биографий, мастерски написанная выдающимся немецким историком Генрихом Вильгельмом Штолем, открывается на фоне грандиозных — реальных и мифических — событий римской истории. Мы присутствуем при основании города легендарными Ромулом и Ремом, становимся свидетелями того, как изгнанный из Рима Кориолан является под его стены во главе неприятельского войска, как Сципион Старший одолевает Ганнибала, как гибнут в борьбе за идею братья Гракхи, как сотнями уничтожает своих врагов Сулла и как идет к власти Цезарь…Классический труд Генриха Вильгельма Штоля (1819-1890) выходит в новой редакции.

Книга Германа Бенгтсона — это, по сути, представленная в лицах история эллинистического мира, охватывающая все время его существования (IV-I века до н. э.), от полководцев Александра Македонского, разделивших между собой созданную им империю, до последней в династии Птолемеев египетской царицы Клеопатры VII. Одно увлекательное жизнеописание перетекает в другое, и перед нами возникает картина непрерывного движения, вызывающего калейдоскопические изменения в Греции, Малой Азии и Восточном Средиземноморье. Но все это происходит лишь до тех пор, пока Рим, наконец одолевший Карфаген и накопивший достаточно сил, не начинает диктовать эллинистическим царям свою волю. Мощью своих легионов он подчиняет одну территорию за другой, и вот уже рушатся империи Селевкидов и Птолемеев и становятся римскими провинциями Македония, Пергам, Вифиния, Крит и Киренаика, Киликия и Кипр, Сирия и Египет…Герман Бенгтсон — немецкий историк-антиковед, профессор Вюрцбургского университета, член Баварской академии наук.

Мощные стены «высокотвердынной» Трои высились над берегами Геллеспонта, когда до основания Рима оставалось еще две с лишним тысячи лет. Все в этом городе было самым-самым. Троянская война вспыхнула здесь из-за самой прекрасной женщины Ойкумены, и величайший поэт человечества Гомер воспел бившихся в ней самых храбрых воинов. Троянцы потерпели поражение, но жизнь в городе не прекратилась. Здесь греки основали одну из своих многочисленных колоний. Сюда приезжали Ксеркс и Александр Македонский, здесь бывали римские императоры. Открыл Трою самый романтический, самый спорный, самый скандально знаменитый археолог мира. И сегодня здесь проводятся самые, наверное, популярные в мире раскопки. Не будь Троянской войны, этот потрясающий воображение город все равно привлекал бы внимание археологов, историков и туристов. Рассказать историю Трои со дня ее основания и по настоящее время — такую задачу поставили перед собой авторы этой книги — писатели, историки и археологи, работающие под псевдонимом Олег Ивик.

Книга посвящена самому плодотворному периоду отечественной культуры, когда русское дворянство, восприняв европейские влияния, но не отказавшись от народных корней, сумело создать уникальные нравственные и эстетические идеалы. Единый поток Русского Просвещения захватил все сферы творческой деятельности, породив высокие образцы, которые вошли в сокровищницу мировой культуры. Автор, отдавая дань этим достижениям и останавливаясь на отдельных течениях — от сентиментализма до «натуральной школы», в то же время анализирует социальные процессы периода расцвета, которые готовили появление новой культурной силы, явившейся в лице разночинцев. Носители разночинской идеологии разрушили мир, в котором столь уютно чувствовали себя их дворянские предшественники, и на его обломках воздвигли свое здание, простоявшее до революционных бурь XX века. Почему не могло быть иначе, тоже рассказывается в этой книге.Наталья Яковкина — кандидат исторических наук, преподаватель Санкт-Петербургского государственного университета.

В книге, насыщенной неповторимыми подробностями купеческого быта, собраны воспоминания русских коммерсантов, чье детство пришлось на вторую половину XIX века. Их деды и прадеды были крестьянами, как правило крепостными, и почти поголовно неграмотными. Их отцы, отучившиеся в начальной школе, уже умели писать и читать, но этим их образование и ограничивалось. Сами же они вступали в жизнь, когда в купеческом сословии патриархальные способы обучения уже соединялись с новыми веяниями в образовании. Поэтому среди них есть и те, кто по дворянскому образцу воспитывался гувернерами, обучался в гимназиях, поступал в высшие учебные заведения, и те, кто, окончив уездное училище, под руководством отца сразу включался в семейное дело и постигал коммерцию на практике. Как бы то ни было, в русском торговом люде росло понимание того, что образование необходимо, и это не только определило будущее его молодых представителей, но и подготовило расцвет предпринимательства и торговли в России конца XIX века.

В книгу вошли годовые отчеты политической полиции, которые под разными названиями составлялись на протяжении правления Николая I. Перед нами возникает обширная, чрезвычайно разнообразная картина жизни Российской империи, основанная на докладах жандармских офицеров и донесениях секретной агентуры. Отчеты охватывают все стороны жизни страны — от деятельности центральных министерств и губернских властей до конкретных происшествий: эпидемий, пожаров, стихийных бедствий, случаев взяточничества и других значимых преступлений. Большое внимание уделяется настроениям населения — как столицы и русских губерний, так и национальных окраин. Немало говорится о крестьянстве, особенно если год неурожайный. По отчетам мы видим, как меняется положение в стране, и симптоматично, что если в начале правления основной их темой были недостатки в работе различных ведомств, то в конце на первый план выдвигается задача обеспечения политической безопасности и все чаще упоминается о направляемой из зарубежа подрывной работе.

Книга американского историка Д.Х. Биллингтона посвящена культуре золотого века русской истории, когда Россия стала, говоря современным языком, мировой сверхдержавой. Но если в политике и военной сфере, особенно после победы над Наполеоном, ей почти не было равных, то в искусстве, литературе, просвещении она продолжала жить заимствованиями или, по крайней мере, была далека от того, чтобы диктовать свою моду. Так, во всяком случае, считает автор, делающий упор на иностранные влияния, что и понятно, поскольку принятая им точка зрения находится там, откуда эти влияния исходили. Д.Х. Биллингтона можно критиковать за ограниченность взгляда, с его аргументами можно спорить, но нельзя не признать его обширную эрудицию и искреннее желание разобраться в феномене русской культуры. Эту книгу стоит прочитать: всегда полезно знать, как твою страну видят со стороны.Джеймс Хедли Биллингтон (1929–2018) — американский историк, директор библиотеки Конгресса США (1987–2015), иностранный член Российской академии наук.

Книга английского историка Альфреда Черча погружает нас в атмосферу Древнего Рима конца республики. Взяв в качестве проводника Цицерона, чья биография как нельзя лучше отразила это бурное время, автор ведет нас вслед за ним по перипетиям римской жизни I века до н. э. Мы оказываемся в суде, где рассматривается дело об отравлении, становимся свидетелями резни на Аппиевой дороге, видим, как мошенники вносят в проскрипции ни в чем не повинных людей, дабы завладеть их имуществом, наблюдаем, как чиновник беззастенчиво грабит храм Аполлона, посещаем виллу, где в умиротворенной тиши отдыхает от столичной суеты богатый римлянин… И все это происходит на фоне величайших событий римской истории, к которым автор порой, словно укрупняя фокус повествования, ненавязчиво нас возвращает. Книга читается как приключенческий роман — с той лишь разницей, что в основе всего, о чем пишет Альфред Черч, лежат документы эпохи.Альфред Джон Черч — английский историк, писатель, профессор Университетского колледжа в Лондоне.

Система военного образования в России начала складываться при Петре I с открытием в Москве в 1701 году Навигацкой школы. Первый армейский кадетский корпус был открыт в Петербурге в 1732 году по указу императрицы Анны Иоанновны. Как писал военный историк А.В. Висковатый, это была «колыбель славы многих героев и знаменитых мужей России». Эти же слова в полной мере применимы к другим российским военно-учебным заведениям.В этой книге собраны воспоминания воспитанников военных училищ XIX века — периода царствований Александра I, Николая I и Александра II. Включенные в книгу мемуары бывших кадет, гардемаринов и юнкеров рисуют картину воспитания и образования будущих офицеров российской армии на фоне важнейших исторических событий. Подавляющее большинство этих воспоминаний рассеяно по страницам периодики позапрошлого века, поэтому малодоступно не только широкому кругу читателей, но и большинству специалистов-историков.

Авторы, историки медицины, до предела насытили свой текст информацией, которая совершенно неизвестна широкому читателю, а возможно, и большинству медиков. Они рассматривают причины и ход эпидемий чумы, очерчивают существующие и поныне ее природные очаги, в том числе на территории нашей страны. О чуме рассказывается не только и не столько как о болезни, но прежде всего как о явлении, которое несколько раз меняло вектор развития человеческой цивилизации. В итоге получилось увлекательное и весьма познавательное чтение, охватывающее историю чумных катастроф от первой зафиксированной в источниках Юстиниановой чумы в 531-589 годах до Великой чумы в Марселе 1720-1721 годов — последней в истории. Пока последней, намекают авторы, ибо чума никуда не делась: ее возбудитель бактерия Yersinia pestis дремлет в природных очагах и в любой момент может вернуться.Михаил Супотницкий — военный микробиолог, кандидат биологических наук, автор монографий и научно-популярных книг. Надежда Супотницкая — биолог, писатель.

Два немецких профессора взялись за решение сложной задачи: в сжатом виде нескучно изложить историю медицины древности и Средних веков, — и блестяще с нею справились. Здесь и методы жрецов-врачей Вавилона, и настоящий текст Гиппократовой присяги, и первые анатомические театры, и пластическая хирургия XVI века… Ведомый авторами читатель посещает древние Месопотамию, Египет, Грецию, Рим, заглядывает в Византию и присутствует при том, как в средневековых европейских университетах заново осваивается вернувшаяся в арабской интерпретации античная медицина. Книга иллюстрирована; перевод сделан специально для настоящего издания.Теодор Мейер-Штейнег (1873 -1936) — профессор кафедры истории медицины Йенского университета; ему принадлежит первая часть — «Медицина древности». Карл Зудгоф (1853 -1938) — заведующий кафедрой истории медицины Лейпцигского университета, основатель в Лейпциге Института истории медицины и естествознания, который ныне носит его имя; автор второй части — «Медицина Средних веков и эпохи Возрождения».

Книга Андрея Дёмкина посвящена ближайшим соратникам Екатерины II — тем, чьи биографии лучше всего иллюстрируют бурный русский XVIII век. Но есть одна особенность: из числа многочисленных деятелей того времени автор выбирает персон, проявивших себя прежде всего в сфере гражданской службы. Крупными дипломатами были Н. И. Панин и А. А. Безбородко. Исполняли секретарские обязанности при императрице и обладали громадным влиянием Г. И. Теплов, А. В. Храповицкий и И. П. Елагин, а последний еще и заведовал дворцовым хозяйством и придворными театрами. Как выдающиеся администраторы остались в истории генерал-прокуроры Сената А. А. Вяземский и А. Н. Самойлов, губернаторы Я. Е. Сиверс и М. Н. Кречетников. Автор не просто пересказывает их биографии, а приводит наряду с общеизвестными фактами сведения об их жизни и деятельности, лишь в последнее время вошедшие в научный оборот, и делает это ярко, эмоционально, занимательно.Андрей Дёмкин — ведущий научный сотрудник Института российской истории РАН, доктор исторических наук.

Эвелин Кленгель-Брандт предлагает совершить путешествие по шкале времени, которая охватывает три с лишним тысячи лет. Вслед за автором мы оказываемся в III тысячелетии до н. э. среди шумеров, присутствуем спустя несколько сотен лет при создании законов царя Хаммурапи, переживаем разорение в 689 году до н. э. Вавилона ассирийским царем Синаххерибом. Но главное внимание в книге уделяется, конечно же, расцвету Вавилона при царе Навуходоносоре II в первой половине VI века до н. э. За четыре десятилетия его правления необычайную пышность приобрела Эсагила — храм бога Мардука, была закончена отделка зиккурата Этеменанки — «Вавилонской башни», возникло множество роскошных зданий. Вавилон по праву называл себя центром мира. Но продолжалось это недолго. В 539 году до н. э. Вавилон сдался персидскому царю Киру II и с этого момента начал терять значение, пустел и в конце концов превратился в руины. Перевод сделан специально для настоящего издания.Эвелин Кленгель-Брандт — немецкий востоковед, историк, археолог.

Эта книга о том, как бескорыстные люди с прекрасными лицами пожертвовали собой, убив царя-реформатора Александра II, — как они считали, во имя народного блага, ибо его реформы были слабы и непоследовательны. А лучшие люди страны во главе с великим Львом Толстым пеклись если не о прощении цареубийц, то хотя бы об их помиловании. За туманными грезами о мире, где зло исправляется воздаянием добра, лучшим людям, конечно же, было не разглядеть еще очень далекий тогда 1917 год и ужасы Гражданской войны. Между тем после 1 марта 1881 года дорога ко всему этому уже была обозначена. Настоящее издание включает материалы следствия и суда, доклады министра внутренних дел М. Т. Лорис-Меликова, прокурора Санкт-Петербургской судебной палаты В. К. Плеве и других лиц, участвовавших в расследовании цареубийства, отчет о казни народовольцев, документы из различных источников, свидетельства очевидцев, а также отрывок из «Дневника событий с 1 марта по 1 сентября 1881 г.», составленного в 1881 году по горячим следам.

Существует представление, что до Петра I повседневный уклад русских людей не менялся веками, но это заблуждение: перемены, пусть и медленно, происходили, а в XVII веке они охватили все стороны русской жизни. Преображалась бытовая культура не только знати, но и крестьян. Важный штрих: дошедшие до нас свидетельства изображают крестьянский двор богаче постройками, чем раньше. В домах состоятельных людей появились стекла в окнах, стулья, а на столе — фаянсовая посуда и кое?где вилки. Изысканнее стала пища: источники отмечают более пятидесяти видов пирогов. В торговых рядах продавались привозные ткани, кружева, галуны, нитки всех цветов. Возник сафьянный завод, улучшилась выделка железных изделий, внедрялись новые агротехнические приемы. Происходившие перемены в умах отразились на внешнем виде: потерял силу обычай, предписывающий различие в длине одежды между знатными и простыми людьми. Словом, было в русском XVII веке то, за что его можно уважать, и то, ради чего его следует узнать поближе.

Эта книга рассказывает о полном непростых поворотов, извилистом пути арабов на протяжении без малого восьмисот лет. В центре внимания автора — время расцвета арабо-мусульманской культуры, пришедшееся на правление Аббасидов, при которых завершился процесс арабизации Сирии, Ирака, значительной части Египта и само понятие «арабы» приобрело новое содержание. Переработав наследие народов Средиземноморья и Древнего Востока, арабы не только усвоили многие их достижения, но и познакомили с ними Западную Европу. Халифат Аббасидов соперничал с Византией, успешно противостоял крестоносцам, но не устоял перед монголами, которые в 1258 году разрушили его столицу Багдад. После этого Аббасиды, потеряв власть, но сохранив титул, оставались халифами при каирских султанах вплоть до середины XVI века, когда на Ближнем и Среднем Востоке окончательно утвердилась власть Османской империи.Исаак Фильштинский (1918-2013) — историк, арабист, доктор филологических наук, профессор МГУ.

Книга представляет взгляд ведущих шведских историков на двух выдающихся правителей, чья деятельность в значительной степени повлияла на пути развития Европы. В неизбежном противопоставлении Петра I и Карла XII историку трудно освободиться от национальной точки зрения. Тем не менее, здесь такая попытка сделана. И Петр, и Карл предстают со всеми своими достоинствами и недостатками, и если многое из того, что сказано о русском царе, отечественному читателю знакомо, то сведения о Карле могут прозвучать неожиданно. Оба правителя считали, что исполняют особую миссию. Насколько успешно они делали это, рассудило время. Петр оставил после себя империю, проломившую «окно в Европу», с именем Карла связано крушение шведского великодержавия. Эта асимметрия породила и довольно редкое этнопсихологическое явление: шведы питают устойчивое предубеждение к русским, а те на протяжении столетий сохраняют уважение, а то и симпатию к побежденным, по словам Петра, «наставникам своим». И об этом тоже говорится в этой книге.

В книгу вошли работы двух выдающихся отечественных историков Роберта Виппера и Сергея Платонова. Вышедшие одна за другой вскоре после Октябрьской революции, они еще свободны от навязанных извне идеологических ограничений — в отличие от последующих редакций публикуемой здесь работы Виппера, в которых его оппоненты усмотрели (возможно, не совсем справедливо) апологию сталинизма. В отношении незаурядной личности Ивана Грозного Виппер и Платонов в чем-то согласны, в чем-то расходятся, они останавливаются на разных сторонах его деятельности, находят свои объяснения его поступкам, по-своему расставляют акценты, но тем объемнее становится портрет царя, правление которого составляет важнейший период русской истории.Роберт Виппер (1859–1954) — профессор Московского университета (1916), профессор Латвийского университета (1924), академик АН СССР (1943). Сергей Платонов (1860 –1933) — профессор Санкт-Петербургского университета (1912), академик Российской АН (1920).

Эта книга необычна ракурсом, в котором автор рассматривает события русской истории со второй половины XIII по XV век: взаимоотношения с Золотой Ордой, соперничество Москвы и Твери, войны с Литвой и в конечном счете собирание земель вокруг Москвы. Он словно смотрит из Византии, порой даже сквозь призму ее интересов, и помогают в этом ему, наряду с русскими летописями и прочими материалами эпохи, сохранившиеся, несмотря на гибель архива патриаршей канцелярии, документы Константинопольского патриархата за XIV век, в которых Русь упоминается довольно часто. Они свидетельствуют о чрезвычайной активности на русских землях, к тому времени политически разделенных между Польшей, Великим княжеством Литовским и Золотой Ордой, не только Византии, направлявшей духовную жизнь Руси, но и итальянских городов-республик, прежде всего Генуи, озабоченных сохранением своей торговли.Иван (Иоанн) Мейендорф (1926 –1992) — историк, византинист, богослов, декан Свято-Владимирской духовной семинарии (штат Нью-Йорк).

Русская Америка — Аляска, Алеутские острова, часть Верхней Калифорнии — на протяжении сотни с лишним лет была частью Российской империи. На северо-западных окраинах Нового Света одно за другим возникали поселения, куда со всей России переселялись русские люди. Это были государевы служащие, посланные блюсти российские интересы, охотники, промышляющие морского зверя, купцы, мореходы, миссионеры, беглые крепостные и просто искатели приключений. В 1867 году Россия продала свои владения Соединенным Штатам, но до сих пор у эскимосов Юго-Западной Аляски встречаются русские имена, а русский человек на их языке называется «гуссук-пиак» — «истинно белый», в отличие от американца — просто «гуссука»… О том, как русские открыли, осваивали, но не смогли удержать далекую заокеанскую землю, рассказывает книга ведущего отечественного специалиста по истории Русской Америки профессора Светланы Федоровой.

Леонард Котрелл занимает особое место в египтологии. Его глубочайшие знания Древнего Египта высоко ценились сообществом британских историков, хотя сам он не сделал ни одного открытия, в поисках древнеегипетских артефактов участвовал исключительно в качестве наблюдателя и скромно называл себя историком-любителем. Он обладал редким даром выуживать из специализированных статей именно то, что интересно широкому читателю, и, ничуть не поступаясь точностью факта, просто и понятно рассказывать о жизни древних египтян, а также греков и римлян — да так, что его книгами зачитывались антиковеды. Свидетельств от времени фараонов осталось не так уж много, но Котрелл, фокусируя наше внимание на деталях, которые удалось узнать науке, мастерски приближает его к нам и погружает читателя в таинственный мир, где по-прежнему правят Менес и Хасехемуи, Снофру и Хеопс, Эхнатон и Нефертити…Леонард Котрелл (1913-1974) — английский популяризатор науки, редактор Археологической энциклопедии, эрудит, автор многих книг, посвященных Античности.

Два ведущих российских китаиста, ученые мирового уровня Алексей Бокщанин и Олег Непомнин взялись написать нескучную историю средневекового Китая. Так, чтобы, с одной стороны, все в книге описывалось академически точно — события, герои, детали быта, — а с другой, чтобы было увлекательно читать и тем, кто давно интересуется Китаем, и тем, в ком этот интерес только просыпается. В результате получилось живое повествование, где нашлось место и сражениям, и борьбе за власть, и подробностям придворной жизни с ее церемониалом, роскошью, интригами, гаремами, кухней и костюмами. Перед читателем развертывается красочная картина, на пространстве которой действуют императоры и узурпаторы трона, полководцы и министры-евнухи, мятежники всех мастей, пираты, иезуиты-миссионеры, европейские путешественники и другие исторические персонажи.Алексей Бокщанин (1935-2014) — доктор исторических наук, профессор, в 1990-2011 годах — заведующий отделом Китая Института востоковедения РАН. Олег Непомнин (1935) — доктор исторических наук, профессор.

Всего несколько человек, в том числе протопоп Аввакум, отказались подчиниться церковному собору 1666-1667 годов, который окончательно и бесповоротно утвердил реформу Русской церкви. Они были лишены сана и преданы анафеме. Но вслед за ними все больше и больше русских людей стали проявлять верность древнерусской церковной традиции. Таким образом, развилось мощное движение старообрядцев, которое оторвалось от церкви и образовало независимые общины, не желавшие покориться воле епископата и стоявшего за ним государства и готовые вплоть до самосожжения отстаивать право на свои обряды и богослужебные книги. Почему и как это произошло, что послужило предысторией трагического русского раскола и какую роль в нем сыграли царь Алексей Михайлович, патриарх Никон и греческие патриархи, рассказывается в исследовании одного из крупнейших историков русского зарубежья Сергея Зеньковского.Сергей Зеньковский (1907-1990) — историк, славист, исследователь русского раскола, профессор истории Стетсонского университета.

Аль-Андалус — мусульманская Испания — занимает особое место в истории человечества. С одной стороны, аль-Андалус был частью обширного мира ислама, с другой — он существовал в тесном контакте с европейскими соседями, был крупнейшим образовательным центром и служил каналом, по которому проникали в Европу элементы более высокой в то время арабской культуры. Книга У.М. Уотта и П. Какиа рассказывает о мусульманском завоевании Испании в начале VIII века, об учреждении здесь потомками Омейядов процветающего Кордовского халифата, о крахе арабского правления и захвате власти североафриканскими берберскими династиями, наконец о Реконкисте и падении в 1492 году Гранадского эмирата, последнего мусульманского оплота на Пиренейском полуострове.Уильям Монтгомери Уотт (1909 -2006) и Пьер Какиа (1921-2017) — британские востоковеды. Ведущую роль в их дуэте играл У.М. Уотт, профессор кафедры арабского языка и исламских исследований Эдинбургского университета, автор работ по истории, философии и культуре ислама.