В наше время едва ли найдется сфера знаний, которая бы не использовала понятие «энергия». Из сферы физического, технологического и (био)химического знания «энергия» проникла как в смежные области, вроде медицины или экологии, так и в области, казалось бы, далекие от естественнонаучных, — богословие и психоанализ, эстетику и лингвистику, социологию и политический дискурс. В процессе перевода с одних научных языков на другие это понятие претерпело многочисленные смысловые сдвиги и переносы, превратившие его в семантически насыщенный символ, с которым связывают фундаментальные политические, экологические и культурные процессы современности. Реконструкции причудливых траекторий миграций этого понятия, а также стоящего за ним феномена, и посвящен сборник, включивший работы британских, израильских, немецких, российских и швейцарских исследователей.

Проза выдающегося современного философа Александра Пятигорского (1929—2009) — редкий случай сплава философии и литературы, в котором они оказываются равно необходимыми. В четвертый том Собрания философской прозы Пятигорского вошли сборник «Сны и рассказы», киносценарий «Человек не как другие», интервью с автором, а также другие материалы. Книга иллюстрирована.

Это уже третья книга известного прозаика и эссеиста Игоря Клеха (1952 г.р.), выходящая в издательстве НЛО. «Хроники 1999 года» своего рода «опус магнум» писателя — его главная книга. В ней представлена история жизненных перипетий сотен персонажей на пространстве от Владивостока до Карпат в год очередного «великого перелома» в России в преддверии миллениума — год войн в Сербии и на Кавказе, взрывов жилых домов в Москве, отречения «царя Бориса» и начала собирания камней после их разбрасывания в счастливые и проклятые девяностые. Главный герой здесь — время. Монотонное, нейтрально окрашенное и взрывчатое. Предельно разрозненный материал скрепляет полуанонимная биографическая повесть об утрате детей и родителей и попытке если не завоевать столицу, то обрести самостояние в новой жизни.

Книга «Версии / волны». Издательство: Новое литературное обозрение. Год выпуска: 2023. Серия: Новая поэзия. Переплет: Твердый переплет. Количество страниц: 120. Автор: Захаркив, Е. Стандарт: 20. Город: Москва.

Романтический образ Венеции, города снов, мечты и воспоминаний — один из ключевых в русской и мировой культуре. Он слагался из живописных, музыкальных и стиховых отражений. Для поэзии русской — это еще и южный «двойник» Санкт-Петербурга. Книга «Венеция в русской поэзии. 1888–1972» — первый опыт сводной антологии русских стихотворений, посвященных этому городу. Хрестоматийные тексты А. Ахматовой, А. Блока, Н. Гумилева, Н. Заболоцкого, М. Кузмина, О. Мандельштама, Б. Пастернака, В. Ходасевича и многих других соседствуют здесь с сочинениями менее прославленных, а то и вовсе безвестных поэтов, чьи рифмованные венецианские впечатления оставались до сегодняшнего дня не учтенными ни библиографией, ни историей литературы. Стихи сопровождены подробным комментарием и обстоятельными биографическими справками об авторах. Книга предваряется очерком поэтического освоения Венеции и поэтапным описанием практической стороны итальянских путешествий двадцатого века.

Аннотация к книге «Второй том «Мертвых душ»: замыслы и домыслы» Дмитриева Е. Е.:Сожженный второй и так и не написанный третий тома поэмы Николая Гоголя «Мертвые души» — одна из самых загадочных страниц в истории русской литературы, породившая богатую мифологию, которая продолжает самовоспроизводится и по сей день. На основе мемуарных и архивных данных Екатерина Дмитриева реконструирует различные аспекты этой истории: от возникновения авторского замысла до сожжения поэмы и почти детективного обнаружения ранней редакции пяти глав из второго тома шесть месяцев спустя после смерти Гоголя. Автор рассказывает о предполагаемых источниках продолжения «Мертвых душ», а также о восстановлении утраченных глав, ставшем возможным благодаря воспоминаниям современников, которые слушали чтение Гоголем полной редакции второй части. Отдельные разделы книги рассказывают о мистификациях и стилизациях, появлению которых в XIX—ХХ и ХХI веках способствовало исчезновение гоголевской рукописи и пересмотру знаменитого тезиса о «Божественной комедии» Данте, якобы послужившей вдохновением для трехчастной архитектоники «Мертвых душ». Екатерина Дмитриева — доктор филологических наук, заведующая Отделом русской классической литературы ИМЛИ РАН, член академической группы по изданию Полного собрания сочинений и писем Н. В. Гоголя, ведущий научный сотрудник ИРЛИ (Пушкинский Дом) РАН.Читать дальше…

Повести, вошедшие в книгу, растягиваются по времени от позднего сталинского до раннего перестроечного, увиденного в значительной мере глазами людей молодых. В отличие от взрослых, они воспринимают внешние перемены как что-то естественное, но и в их жизни достаточно драматизма. Внутренний мир своих героев, их поиски, проблемы, сомнения и коллизии писательница раскрывает с глубоким сочувствием и пониманием.

«Разговоры в зеркале» — это беседы, проведенные в течение почти двадцати лет главным редактором русскоязычного израильского журнала «Зеркало» Ириной Врубель-Голубкиной, а также записи дискуссий, проходивших во время редакционных «круглых столов». В итоге получилась книга о русском авангарде. Собеседники рассказывают о своем видении искусства, делятся мыслями о прошлом и настоящем культуры, о проблемах современности. Среди них знаменитый коллекционер, текстолог и знаток отечественной поэзии Н. Харджиев, литературовед Э. Герштейн, действующие лица авангардного проекта следующих поколений — от Ст. Красовицкого, Вс. Некрасова, М. Гробмана, И. Кабакова до Саши Соколова и П. Пепперштейна.

Владимир Тарасов, знаменитый барабанщик, один из членов легендарной джазовой группы «Ганелин-Тарасов-Чекасин Трио», предваряет свои воспоминания: «Книга эта — своеобразный «драмминг»: традиционное барабанщицкое соло, переходящее с обного рисунка на другой, возвращающееся в начало и снова уходящее уже в другую сторону. Джазовое музыкальное вязание, где рисунок перестает естественным образом и не привязан к хронологии или конкретным датам. просто точки соприкосновения — со временаем, с местом, с людьми, дружбу и знакомство с которыми подарила мне судьба. Эта книга — скорее записки или дневник барабанщика, который благодаря своей судьбе и профессии имеет возможность путешествовать по разным странам.»

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940—2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова — романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Сама судьба Р.А. Зерновой — писательницы, переводчицы, участницы Испанской и Отечественной войн — звучит как путевой роман: Одесса, Ленинград, затем Бильбао, Мадрид, Барселона, Париж, Рига, Москва, Одесса, Ташкент, снова Ленинград, затем Амурская Средне-Белая и Бокситогорск (за колючей проволокой) и опять Ленинград; Союз писателей, где из руководимой ею секции молодых писателей вышли такие прозаики, как В. Беломлинская (В.Платова) и А. Житинский; через двадцать лет — Иерусалим, и через тридцать лет жизни между Нью-Йорком, Римом, Парижем и Лондоном — смерть в Иерусалиме. В путевом романе Р. Зерновой отсутствует последняя глава, символическое место которой и занимает сборник «Четыре жизни». Эту книгу надо рассматривать как «Подстрочник» Л. Лунгиной наоборот — взгляд представителей двух поколений питерской интеллигенции (А. и В. Жирмунские, Л. и А. Лотман, Л. Найдич, И. и М. Серман, Н. Королева и другие) на героиню повествования, Р. Зернову, чья яркая личность вдохновила участников сборника на создание глубоких, эмоциональных и ностальгических воспоминаний о времени и человеке.

Поэт, экономист и общественный деятель Евгений Сабуров (р. 1946) — одна из самых ярких и парадоксальных фигур современной русской поэзии. Его поэтическое творчество — не досуг известного публичного интеллектуала, а необходимая и важнейшая составляющая его деятельности. В его стихотворениях сочетаются нежность и бесшабашная насмешливость, а за простыми на первый взгляд лирическими сюжетами скрываются сложнейшая вязь культурных аллюзий и напряженные размышления на религиозные и исторические темы. Центральные произведения этой книги — две новые большие поэмы «В сторону Африки» (название отсылает к поэме Ф. Петрарки «Африка») и «Художник в старости».

Влияет ли на наше визуальное восприятие язык, которым мы говорим о картинах? Как неоклассическая латынь предопределила сегодняшние представления о живописи? Чтобы найти ответы на эти вопросы, выдающийся британский искусствовед Майкл Баксандалл анализирует произведения Петрарки, Боккаччо, Виллани, Витторино да Фельтре, Гуарино да Верона, Бьондо, Валлы, Леона Баттисты Альберти и других значимых представителей итальянской высокой культуры XIV–XV веков. Описывая взаимовлияние лингвистических традиций и визуального опыта, автор рассматривает, как между 1350 и 1450 годами гуманисты вырабатывали наиболее важные способы комментирования живописи и особенно подробно останавливается на открытии ими идеи композиции. Майкл Баксандалл (1933–2008) — историк искусства, профессор-эмерит Калифорнийского университета в Беркли, преподавал в Институте Варбурга.

Гражданские междуусобицы не отошли в историю, как чума или черная оспа. Вирус войны оказался сильнее времени, а сами войны за последние тридцать лет не сделались ни праведней, ни благородней. Нет ничего проще, чем развязать войну. Она просто приходит…

Книга посвящена Анне Бовшек — замечательному человеку, актрисе, режиссеру, ученице К. Станиславского, Л. Сулержицкого и Е. Вахтангова,педагогу, более двадцати пяти лет руководившему студией художественного слова в Московском Доме пионеров и октябрят в переулке Стопани. О ней с глубокой благодарностью вспоминают ее ученики — известные актеры Авангард Леонтьев, Алла Мещерякова, Сергей Никоненко, Геннадий Печников, режиссер Георгий Ансимов, писатель и искусствовед Нина Молева и другие. В книге также публикуются воспоминания самой А.Г. Бовшек о писателе Сигизмунде Кржижановском, чьей многолетней спутницей она была, а также ее инсценировка фрагментов из «Войны и мира» Льва Толстого.

Филолог-скандинавист, литературный критик и переводчик, Елена Бальзамо родилась и выросла в Москве в советское время, но давно уже живет и работает во Франции. И вот с «той» стороны, из «этого» времени, она оглядывается на «ту» эпоху, на собственное…

О Борисе Биргере сегодня говорят редко. Между тем до своего отъезда в Германию в 1991 году он был в своем роде знаковой фигурой в кругу московской либеральной интеллигенции: художником, запечатлевшим данный круг в портретах, пластически выразившим его коллективные умонастроения и отчасти способствовавшим коллективной самоидентификации. Книга составлялась еще при жизни Биргера; по прошествии двадцати лет она дает возможность услышать его мемуарные рассказы, рассуждения об искусстве, а также воспоминания людей, его знавших и ценивших.

Первое масштабное собрание прозаических произведений петербургского поэта Василия Кондратьева (1967-1999), дополненное избранными письмами, не только заполняет очевидную историческую лакуну, но и представляет автора, чье подспудное влияние на постсоветскую литературу было значительным и продолжается до сих пор. Принципиальный одиночка, в своих произведениях он размывал границы между поэзией и прозой, исповедью и эссе, создав уникальный тип письма, одновременно глубокого и артистичного, который невозможно перепутать ни с чьим другим.Составители А. Скидан, В. Эрль.

Новая книга известного писателя, историка, публициста Якова Гордина — это хроника двух экспериментов, с судьбой и памятью. В 1950-е годы интеллигентный юноша, начитавшийся «брутальной» литературы — Ф. Ницше, Д. Лондона, Г. д’Аннунцио и др., после школы добровольно идет служить, чтобы сменить книжный мир на мир реальный и предельно суровый. На побережье Охотского моря, в монгольских степях, в сибирской тайге рафинированная культура сталкивается с жестким армейским бытом, в который герою предстоит вжиться. Много лет спустя Я. Гордин перечитывает свои письма из армии — и обнаруживает, что помнит те годы и события совершенно иначе. Кто знает правду — сегодняшний автор или тогдашний юноша с «наполеоновскими планами»?В своих воспоминаниях Я. Гордин пытается ответить на этот и другие вопросы, связанные с исторической достоверностью и нашим отношением к прошлому.

Предыдущая книга известного критика и историка театра Марины Давыдовой «Конец театральной эпохи» вышла в середине нулевых. Нынешняя — «Культура Zero» — охватывает время с середины нулевых до наших дней. Это продолжение разговора, начатого в первой книге, но разговор теперь идет не только о театре. В «Культуре Zero» можно найти и публицистику, и бытописательские очерки, и литературные эссе, и актерские портреты, и рецензии на спектакли самых важных режиссеров европейского театра от Кристофера Марталера до Яна Фабра, и разговор о главных героях отечественной сцены и разговор о главных героях отечественной сцены — К. Богомолове, Д. Волкострелове, К. Серебренникове, Б. Юхананове… Несмотря на жанровый разброс тексты смонтированы так, что в них проступают общие векторы и общие темы времени. Автор словно бы настаивает: нынешнее пространство уже не разграничено жесткими перегородками — вот тут театр, а тут современное искусство, вот тут эстетика, а тут политика, вот тут искусство, а тут жизнь. По сути, читателям предложен новый тип театроведения, где театр — лишь отправная точка для размышлений на самые разные темы, магический кристалл, позволяющий лучше разглядеть калейдоскоп эпохи.

«Любое желание — это желание быть», — говорил знаменитый франко-американский философ Рене Жирар. Именно наши желания определяют, кто мы есть, однако нам они не принадлежат: будучи миметическими (подражательными и зеркальными), они превращают нас в бесконечную серию чужих отражений. Желание — это эволюция длиною в жизнь: мы начинаем подражать еще детьми, соперничаем в школе и на работе, хотим все большего, страдаем, не получая желаемого, и раскаиваемся на смертном одре. Книга Синтии Хэвен — первая в своем роде биография Жирара, основанная на беседах с ним самим, его близкими, друзьями и коллегами из Франции и США. Жизнь мыслителя предстает в ней иллюстрацией к его теории, которая раскрывается не как отвлеченная умозрительная концепция, но как философия для жизни, которую он первый же и стремился практиковать. Годы учебы в родном Авиньоне и промозглом оккупированном Париже, судьбоносный переезд в США, религиозное обращение в конце 1950-х, открытие насильственных истоков культуры, сомнения, признание и его соблазны — читатель узнает, как разворачивалась его духовная и творческая эволюция от первой работы «Ложь романтизма и правда романа», через фундаментальную «Насилие и священное» к мрачным апокалиптическим пророчествам его заключительной книги «Завершить Клаузевица».

Лебединая песнь поколения, родившегося в середине шестидесятых. Укус кобры — для ностальгирующих по старым-добрым временам. Рок-н-ролл мертв: авторы этой книги рассказывают о дорогом покойнике и о том, как им жилось с ним. Формальный повод для этого сочинения — Helpless, песня великого Нила Янга. Андрей Лебедев и Кирилл Кобрин пишут о песне, о ее создателе, об американских шестидесятых, о советских семидесятых . — пишут из горьких и трезвых нулевых. Чтобы подсластить пилюлю, они снабдили книгу «винографией». «Беспомощный» — энциклопедия напитков, песенок, прозаических стилей, воспоминаний наблюдений и чувств. Книга non-fiction, книга без вранья.

В книге профессора И.П. Смирнова собраны в основном новые работы, посвященные художественной культуре ХХ века. В круг его исследовательских интересов в этом издании вошли теория и метатеория литературы; развитие авангарда вплоть до 1940-1950 х гг.; смысловой строй больших интертекстуальных романов — «Дара» В. Набокова и «Доктора Живаго» Б. Пастернака; превращения, которые претерпевает в лирике И. Бродского топика поэтического безумия; философия кино и самопонимание фильма относительно киногенной действительности. Несмотря на разнородность проблем, обсуждаемых в книге, составившие ее статьи можно читать как единый, внутренне связанный текст.

«Москва» продолжает «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940—2007), начатое томом «Монады». В томе представлена наиболее полная подборка произведений Пригова, связанных с деконструкцией советских идеологических мифов. В него входят не только знаменитые циклы, объединенные образом Милицанера, но и «Исторические и героические песни», «Культурные песни», «Элегические песни», «Москва и москвичи», «Образ Рейгана в советской литературе», десять Азбук, «Совы» (советские тексты), пьеса «Я играю на гармошке», а также «Обращения к гражданам» — листовки, которые Пригов расклеивал на улицах Москвы в 1986—87 годах (и за которые он был арестован). Наряду с известными произведениями в том включены ранее не публиковавшиеся циклы, в том числе ранние (доконцептуалистские) стихотворения Пригова и целый ряд текстов, объединенных сюжетом прорастания стихов сквозь прозу жизни и прозы сквозь стихотворную ткань. Завершает том мемуарно-фантасмагорический роман «Живите в Москве». Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Как литература обращается с еврейской традицией после долгого периода ассимиляции, Холокоста и официального (полу)запрета на еврейство при коммунизме? Процесс ≪переизобретения традиции≫ начинается в среде позднесоветского еврейского андерграунда 1960–1970-х годов и продолжается, как показывает проза 2000–2010-х, до настоящего момента. Он объясняется тем фактом, что еврейская литература создается для читателя ≪постгуманной≫ эпохи, когда знание о еврействе и иудаизме передается и принимается уже не от живых носителей традиции, но из книг, картин, фильмов, музеев и популярной культуры. Такое ≪постисторическое≫ знание, однако — результат не только политических катастроф, официального забвения и диктатуры, но и секуляризации, культурного ресайклинга традиций, свойственного эпохе (пост)модерна. Оно соединяет реконструкцию с мифотворчеством, культурный перевод с практиками создания вторичного — культурно опосредованного — коллективного ≪воспоминания≫, ученый комментарий с фольклоризацией. Помещая русско-еврейскую литературу в общие макрокультурные рамки эпохи, автор обращается к теории гуманитарной мысли последних десятилетий: культурной семиотике Юрия Лотмана и Бориса Успенского, работам о мифе Мирчи Элиаде, геопоэтике Кеннета Уайта, теориям культурной памяти Алейды и Яна Ассманов, постпамяти Марианны Хирш, постколониальным и постимперским исследованиям, а также наследию постструктурализма. Клавдия Смола — филолог и культуролог, профессор, заведующая кафедрой славянских литератур в Дрезденском университете (Германия).

Анджей Стасюк — одна из ключевых фигур современной польской прозы. Русскому читателю известны его роман «Белый ворон», повесть «Дукля», рассказы и эссе. «На пути в Бабадаг» — повествование о путешествии по Центральной Европе, включающее элементы приключения, эссеистики, путевой прозы. Польша, Словакия, Венгрия, Румыния, Словения, Албания, Молдова — автор пересекает их на машине, автостопом, на поезде, пешком. Порой он возвращается к увиденным ранее местам, заново осознавая себя самого в первую очередь как центрально-европейца. После 1989 года вопрос «европейскости» или «центрально-европейскости» этих стран встал достаточно остро. Для польского сознания принадлежность к Европе, самоидентификация с ней — больная и сложная тема, включающая в себя множество переживаний: ностальгию, мечту, скрытые комплексы и прочее. А. Стасюк уже обращался к этой проблеме, однако впервые он делает это на столь огромном, разнообразном и увлекательном материале. Кроме того, здесь писатель сознательно отказывается от соотнесения Центральной Европы с Западом и Востоком. Он описывает это пространство, не защищенное от исторической стихии, неустойчивое, непостоянное, с размытыми границами, как не просто уникальное, но словно бы единственное на свете.

Аннотация к книге «Антропология революции. Сборник статей»:В эту книгу вошли статьи, написанные на основе докладов, которые были представлены на конференции «Революция, данная нам в ощущениях»: антропологические аспекты социальных и культурных трансформаций», организованной редакцией журнала «Новое литературное обозрение» и прошедшей в Москве 27 — 29 марта 2008 года. Участники сборника не представляют общего направления в науке и осуществляют свои исследования в рамках разных дисциплин — философии, истории культуры, литературоведения, искусствоведения, политической истории, политологии и др. Тем не менее их работы, как нам представляется, могут быть рассмотрены с точки зрения некоторых общих методологических ориентиров. Радикальные трансформации, объединяемые под именем революции (политические, научные, эстетические, сексуальные…), исследуются в этой книге как взаимодействие субъектов, активно участвующих в этих событиях, сопротивляющихся или пассивно принимающих новые «правила игры». Читать дальше…

Аннотация к книге «Хиппи в СССР 1983-1988. Мои похождения и были» Зюзин В. И.:Для повседневности позднего СССР трудно вообразить более экзотическое явление, чем движение хиппи. Тем не менее в конце хрущевской оттепели появилась большая группа людей, понимавших свободу, любовь и равенство совсем не так, как официальные идеологи. Мемуары Виталия Зюзина — художника, участника уличных выставок — начинаются с 1983 года и последовательно рассказывают о погружении в эту среду. Автор описывает встречи со знаковыми советскими хиппи, посещения их летних лагерей в Прибалтике и на Кавказе, конфликты с милицией, знакомства с джазовыми исполнителями. Это достоверное свидетельство, опровергающее многие стереотипные представления, дает читателю шанс взглянуть изнутри на сообщество, которое сумело создать свой параллельный мир внутри советской действительности. Читать дальше…

565