Саулюс Томас Кондротас (род. 1953 в Каунасе) —литовский прозаик, сценарист, автор трех романов и пяти сборников рассказов и повестей. Преподавал философию в Вильнюсской художественной академии, в 1986 году эмигрировал на Запад, работал на радио «Свободная Европа» в Мюнхене и Праге, с 2004 года живет в Лос Анджелесе, где открыл студию макрофотографии. В романе «Взгляд змия» (1981) автор воссоздает мироощущение литовцев XIX века, восприятие ими христианства, описывает влияние на жизнь человека рационально необъяснимых сил, любви, ненависти, гордыни. Роман переведен на пятнадцать языков, экранизирован в Литве и Венгрии.

Очередной том «Северного дневника» Мариуша Вилька — писателя и путешественника, почти двадцать лет живущего на русском Севере, — открывает новую страницу его творчества. Книгу составляют три сюжета: рассказ о Петрозаводске; путешествие по Лабрадору вслед за другим писателем-бродягой Кеннетом Уайтом и, наконец, продолжение повествования о жизни в доме над Онего в заброшенной деревне Конда Бережная.
Новую тропу осмысляют одновременно Вильк-писатель и Вильк-отец: появление на свет дочери побудило его кардинально пересмотреть свои жизненные установки. Избранная автором точка зрения позволяет преодолеть многие стереотипы польского взгляда на Россию, не погрязнув однако в не менее многочисленных российских стереотипах. Это взгляд одновременно «изнутри» и «снаружи», и потому он особенно ценен.

Расстояние, которое пчелы пролетают ради одного килограмма меда, в три с половиной раза больше длины земной окружности. Не стоит удивляться, что их работоспособность стала притчей во языцех. Однако пчела — не только поставщик меда, но и древняя как мир посланница культуры. Она оставила свой след в религиозных обрядах, Библии, Коране, сказках и многих художественных произведениях. Культурологическое исследование швейцарского филолога, поэта и эссеиста Ральфа Дутли — настоящий панегирик медоносным пташкам, как называли пчел барочные поэты. Венчает книгу небольшая антология посвященных им стихотворений.

Древнеримский писатель и агроном в труде по сельскому хозяйству заметил: «Олива — первая среди всех деревьев». С античных времен она давала людям питание, свет, тепло, лекарства, косметические средства и служила неиссякаемым источником вдохновения. В двадцати главах — двух символичных пригоршнях оливок — швейцарский филолог, поэт и эссеист Ральф Дутли рассказывает о тысячелетиях захватывающей культурной истории удивительного дерева, о его роли в магических обрядах, литературе, искусстве, военных конфликтах и мировой экономике.

«Неаполитанская летопись» Густава ГерлингаТрудзиньского (1919-2000) — книга, которой не существует на польском языке, но которая, как утверждал автор, существовать могла бы. С Неаполем волею судьбы оказалась связана большая часть жизни писателя — одной из центральных фигур польской литературной эмиграции XX века. С Неаполем оказалась связана и большая часть «Дневника, написанного ночью», в котором соединяются вымысел и реальность, искусство, литература и политика, события прошлого и современность. Польский писатель Мариуш Вильк отобрал наиболее интересные, на его взгляд, для российской публики записи и рассказы из «Дневника», прибавив к ним три более ранних текста. Таким образом, перед читателем возникает полувековая «неаполитанская тропа» Герлинга — с 1951 по 2000 г. А через нее приоткрываются и вся сложнейшая биография и личность писателя. Книге предпослано блестящее предисловие составителя.

Когда и где впервые возникли буквы? Что такое сладость чтения? Кто научил верблюдов ходить в алфавитном порядке? Правда ли, что за любовь к чтению казнили? Является ли чтение страстью или отдохновением? Автор воспринимает чтение как соблазнение, как бунт, как одержимость и прослеживает ранее не рассказанную историю о том, как мы продвигались от глиняной таблички к свитку, кодексу и, в конце концов, к гипертексту. Бесконечно увлекательное, захватывающее исследование того, что значит быть читателем, понимать себя через то, что мы читаем.Альберто Мангель (р. 1948) — известный канадский культуролог, писатель, директор Национальной библиотеки Аргентины. Среди персонажей его увлекательной книги писатели и философы, святые и простые смертные — любители чтения и книг.

Собрание прозы поэта Виктора Борисовича Кривулина (1944–2001) включает наиболее значительные произведения, созданные напротяжении двух десятилетий его литературной работы. Главным внешнимусловием творческой жизни Кривулина, как и многих других литераторовего поколения и круга, в советское время была принципиальная невозможность свободного выхода к широкому читателю, что послужило толчком к формированию альтернативного культурного пространства, получившего название неофициальной культуры, одним из лидеров которой Кривулин являлся. Но внешние ограничения давали в то же время предельную внутреннюю свободу и способствовали творческой независимости. Со временем стихи и проза Кривулина не только не потеряли актуальности, но обрели новое звучание и новые смыслы.Виктор Кривулин:«О себе писать стыдно, и тем не менее я всю сознательную жизнь этим занимаюсь, избрав медитативную элегию в качестве преимущественного жанра, может быть, потому, что в других разновидностях словесной деятельности «я» пишущего не так существенно. Если же перейти наязык анкет и Плутарха, то получится, что я родился в июле 1944 года где-то в районе Краснодона, прославленного Фадеевым, с которым мой отец, тогдашний военный комендант этого местечка, был знаком по роду службы, содействуя сбору материалов для будущего романа «Молодая гвардия». С 1947 года и по сю пору, с незначительными перерывами на Москву, Париж и Крым, живу в Ленинграде, который нынче можно снова именовать Санкт-Петербургом. Поступил на итальянское отделение филфакас единственной целью: прочесть «Божественную комедию» на языке оригинала. Цель эта до сих пор не достигнута… Как бы то ни было, закончиля уже русское отделение (дипломная работа по Иннокентию Анненскому). Стихи пишу, сколько себя помню, но серьезно относиться к ним стал только после 1970 года, когда за чтением Баратынского (Боратынского?) посетило меня, если так можно выразиться, формообразующее озарение — и я как бы обрел магическое дыхательное знание собственной, уникальной интонации, неповторимой, как отпечатки пальцев. Ощущая свою принадлежность к так называемой новой ленинградской поэтической школе (Бродский, Стратановский, Шварц, Миронов, Охапкин), с общим для ее авторов балансированием на грани иронии и пафоса, абсурда и спиритуального воспарения, сюрреализма и ампира, смею утверждать, что во многом и отличаюсь от упомянутых авторов. Не стану скрывать, что испытал известное влияние московских концептуалистов (Пригов,Рубинштейн) — впрочем, не столько литературное, сколько человеческое. Пишу — квантами, объединяя тексты в небольшие сборнички (нечто среднее между стихотворным циклом и поэмой), которые, в свою очередь, самопроизвольно сливаются в более обширный текст, организованный скорее по законам архитектурной и музыкальной композиции, нежели по собственно литературным правилам. Первая такая книга — «Воскресные облака» — вышла в самиздате в 1972 году, последняя — «У окна» —в 1992 году. За двадцать лет поэтическая манера, естественно, претерпела существенные изменения, но менее всего изменилась интонация».Виктор Кривулин:«О себе писать стыдно, и тем не менее я всю сознательную жизнь этим занимаюсь, избрав медитативную элегию в качестве преимущественного жанра, может быть, потому, что в других разновидностях словесной деятельности «я» пишущего не так существенно. Если же перейти наязык анкет и Плутарха, то получится, что я родился в июле 1944 года где-то в районе Краснодона, прославленного Фадеевым, с которым мой отец, тогдашний военный комендант этого местечка, был знаком по роду службы, содействуя сбору материалов для будущего романа «Молодая гвардия». С 1947 года и по сю пору, с незначительными перерывами на Москву, Париж и Крым, живу в Ленинграде, который нынче можно снова именовать Санкт-Петербургом. Поступил на итальянское отделение филфакас единственной целью: прочесть «Божественную комедию» на языке оригинала. Цель эта до сих пор не достигнута… Как бы то ни было, закончиля уже русское отделение (дипломная работа по Иннокентию Анненскому). Стихи пишу, сколько себя помню, но серьезно относиться к ним стал только после 1970 года, когда за чтением Баратынского (Боратынского?) посетило меня, если так можно выразиться, формообразующее озарение — и я как бы обрел магическое дыхательное знание собственной, уникальной интонации, неповторимой, как отпечатки пальцев. Ощущая свою принадлежность к так называемой новой ленинградской поэтической школе (Бродский, Стратановский, Шварц, Миронов, Охапкин), с общим для ее авторов балансированием на грани иронии и пафоса, абсурда и спиритуального воспарения, сюрреализма и ампира, смею утверждать, что во многом и отличаюсь от упомянутых авторов. Не стану скрывать, что испытал известное влияние московских концептуалистов (Пригов,Рубинштейн) — впрочем, не столько литературное, сколько человеческое. Пишу — квантами, объединяя тексты в небольшие сборнички (нечто среднее между стихотворным циклом и поэмой), которые, в свою очередь, самопроизвольно сливаются в более обширный текст, организованный скорее по законам архитектурной и музыкальной композиции, нежели по собственно литературным правилам. Первая такая книга — «Воскресные облака» — вышла в самиздате в 1972 году, последняя — «У окна» —в 1992 году. За двадцать лет поэтическая манера, естественно, претерпела существенные изменения, но менее всего изменилась интонация».

Собрание стихотворений поэта Виктора Борисовича Кривулина (1944–2001) включает наиболее значительные произведения, созданные напротяжении двух десятилетий его литературной работы. Главным внешнимусловием творческой жизни Кривулина, как и многих других литераторовего поколения и круга, в советское время была принципиальная невозможность свободного выхода к широкому читателю, что послужило толчком к формированию альтернативного культурного пространства, получившего название неофициальной культуры, одним из лидеров которой Кривулин являлся. Но внешние ограничения давали в то же время предельную внутреннюю свободу и способствовали творческой независимости. Со временем стихи и проза Кривулина не только не потеряли актуальности, но обрели новое звучание и новые смыслы.

«Неспособность к искажению» — третья (и вторая в Издательстве Ивана Лимбаха) книга статей и эссе О.А. Юрьева. Первый раздел предлагает читателю развернутые статьи о русских писателях, более (Н.М. Олейников, К.К. Вагинов) или менее (Илья Зданевич, Лев Пумпянский, Анна Радлова) известных. Второй раздел содержит субъективные и очень личные заметки о книгах, но и не только о них, — это скорее интеллектуальная проза, чем литературная критика. В третьем разделе собраны интервью с Олегом Юрьевым и его порой довольно неожиданные ответы на вопросы различных изданий. Надеемся, что эта книга встанет на полку читателей, интересующихся историей и практикой русской литературы XX века.

Он появляется в полнолуние, рыцарь с опущенным забралом на призрачном коне. С тех пор как он покинул землю, в нем нет ни зла, ни добра. Его богатства несметны, как звезды на небе, как серебристые блики луны на воде. Но горе тому, кто волею судьбы стал егодолжником. Всякого, у кого в душе нашелся уголок для алчности, ждут суровые испытания.

520

В книге впервые собраны вместе рецензии, статьи, эссе, некрологи, расшифровки и тезисы устных выступлений Бориса Владимировича Дубина 1990-2010-х гг., а также высказывания о нем самом — социологе, переводчике, поэте. Сборник представляет собой размышления Дубина о Пауле Целане, Вальтере Беньямине, Эмиле Чоране, Чеславе Милоше, Юрии Леваде, Григории Дашевском, Елене Фанайловой, Марии Степановой, Михаиле Айзенберге, Олеге Юрьеве и многих других его многолетних собеседниках.Борис Дубин не один год работал с нашим издательством в качестве автора, переводчика, составителя, писал послесловия к нашим книгам, участвовал в важных для нас событиях. В 2013 году у нас вышла книга стихов и поэтических переводов Бориса Владимировича «Порука». Издательство Ивана Лимбаха счастливо, что может представить читателям новую книгу, и благодарно ее составителю Антону Дубину за то, что собрал из разрозненных фрагментов это великолепное полотно.

В книгу вошло итоговое прозаическое сочинение автора — «Ostinato», сочетающее жанровые черты автобиографической повести, лирического фрагмента и эссе о языке, памяти, писательском труде, старости и смерти; этим же темам посвящена включенная в том поэма «Стихотворения Самюэля Вуда».
«Ostinato» представляет собой собрание фрагментов, в которых автор либо воссоздает наиболее яркие моменты своего прошлого, либо осмысляет процесс этого воссоздания, неполноту, избирательность, неточность человеческой памяти и попыток ее фиксации в текстах. Это не столько рассказ о прожитой жизни, близящейся к концу, сколько рассуждение о возможности достижения некоей цели, на первый взгляд — литературной, а при внимательном рассмотрении — экзистенциальной.
Своеобразие Дефоре состоит в том, что он не только предчувствовал кризис, обусловленный «поворотом к языку», смертью автора» и подобными веяниями эпохи, но попытался нащупать путь к его преодолению. Путь рискованный и в то же время глубоко честный: писатель отказался от упрощающего отрицания новых концепций и уподобился врачу, привившему себе болезнь; он сумел вживить критическую рефлексию в самую ткань своих стихов и прозы в надежде опровергнуть эти теории изнутри, создать новый опыт цельного «я», стремящегося к любви и полноте отношений с другим.
«Ostinato» и «Стихотворения Самюэля Вуда» завершают более чем полувековой творческий путь Луи-Рене Дефоре. Этот том избранных произведений французского писателя дополняет книгу 2007 года, также опубликованную Издательством Ивана Лимбаха.
С помощью избранной им экспериментальной формы Дефоре сумел достигнуть того, к чему стремится любой настоящий писатель, — соединить свою речь со своей жизнью.

Рене Жирар (1923–2015) — французский философ, создатель оригинальной всеобъемлющей теории происхождения религии и культуры. Его прославила книга «Насилие и священное» (1972), но только в книге «Козел отпущения» (1982) теория Жирара предстала в цельном виде. На примере текстов о средневековых гонениях на евреев философ вводит понятие «текстов гонений» — текстов, составленных самими гонителями, но против их воли открывающих правду о невинности жертвы, — и показывает, что именно такими текстами являются все мифологии мира. Главный тезис Жирара, сначала вызвавший волну возмущения в интеллектуальном мире, а затем приобретший множество сторонников, заключается в том, что расшифровывать эти тексты люди научились только благодаря евангельскому Откровению. Согласно Жирару, освободительное и одновременно разрушительное действие этого откровения продолжается и в наши дни — и эта книга служит одним из его орудий.Перевод Григория Дашевского отмечен премией Мориса Ваксмахера (2010).

Самый загадочный писатель современной Франции, скрывающийся за псевдонимом Антуан Володин (и еще несколькими масками-гетеронимами), ведет своих печальных, банальных, выморочных, помраченных и замороченных героев путем Бардо — пространства-состояния, которое, согласно буддизму, в течение сорока девяти посмертных дней проходит человеческое «я».

Мариуш Вильк (род. 1955) — польский журналист и писатель, соратник Леха Валенсы, один из лидеров «Солидарности», мыслитель, «человек-дорога». В 1989 году уехал из Польши, работал в России в качестве журналиста (был очевидцем московского путча и абхазской войны), несколько лет прожил на Соловках, кочевал по Кольскому полуострову. В настоящее время живет попеременно в Петрозаводске и в карельской деревне. Книги Мариуша Вилька начали выходить в России с 2006 года («Волчий блокнот» 2006; «Волок» 2008; «Тропами северного оленя» 2010; «Дом над Онего» 2012; «Путем дикого гуся» 2014).
Объектом многолетнего внимания польского писателя Мариуша Вилька является русский Север. Книга «Дом странствий» — последний том «Северного дневника»- посвящена феномену странствия: странник возвращается домой и «пишет дорогу» — просеивает сквозь память встречи и образы, содержащие больше, чем они есть сами по себе. Он словно стремится перешагнуть незримую черту, за которой «настоящая до боли реальность обращается в правду воображения».
Значительное место в дневнике уделено впечатлениям от книг В. Г. Зебальда, Витольда Гомбровича, Чеслава Милоша, Адама Водницкого, Николя Бувье.
Мариуш Вильк — человек мира с богатой на события биографией, живущий в старинном доме на берегу Онего в деревне Конда Бережная. Этот мир Вильк называет Зазеркальем и противопоставляет его жизни медийной, несвободной от форматов и навязанных мнений. Тексты Мариуша Вилька, написанные в карельском уединении, позволяют заглянуть под мерцающую поверхность сиюминутных событий.

Роман, написанный на немецком языке уроженкой Киева русскоязычной писательницей Катей Петровской, вызвал широкий резонанс и был многократно премирован, в частности, за то, что автор нашла способ описать неописуемые события прошлого века (в числе которых война, Холокост и Бабий Яр) как события семейной истории и любовно сплела все, что знала о своих предках, в завораживающую повествовательную ткань. Этот роман отсылает к способу письма В. Г. Зебальда, в прозе которого, по словам исследователя, «отраженный взгляд — ответный взгляд прошлого — пересоздает смотрящего» (М. Маликова).Роман удостоен премии имени Ингеборг Бахман, премии Strega Europeo, литературной премии города Аален Шубарт, премии Эрнста Толлера и литературной премии Aspekte. Книга переведена на двадцать языков.

Книга представляет собой аналитическую историю узловых моментов вразвитии современного искусства. Основанная на цикле лекций, прочитанныхв начале 2000-х годов, книга вобрала в себя сравнительное описание ианализ творчества западных (Дж. Поллок, Энди Уорхол, Ив Кляйн) ироссийских, в частности, петербургских (К. Малевич, В. Стерлигов, Е.Михнов-Войтенко, Тимур Новиков), художников. Их биографии, историихудожественных движений и новых технологий составляют основной сюжетисследования.Предназначена читателям, интересующимся историей, теорией и философиейновейшей культуры

Психоанализ быстро и своеобразно развивался в атмосфере Серебряного века и первых футуристских экспериментов большевиков. В его истории в России необычно переплелись интеллектуальные влияния Фрейда и Ницше. Книга состоит из глав, посвященных разным периодам развития русского психоанализа, которые перемежаются историями жизни знаменитых русских аналитиков и пациентов. В деталях исследуется любовная связь К. Юнга с русским психоаналитиком Сабиной Шпильрейн. В свете новых материалов о дружбе М. Булгакова с первым послом США в СССР и пациентом Фрейда Уильямом Буллитом дается новая трактовка «Мастера и Маргариты». Автором найдены новые архивные материалы.Книга открывает увлекательную, ранее почти неизвестную линию развития русской мысли. Психоаналитики и поэты символисты, антропософы и марксисты, звезды европейской культуры модерна и агенты НКВД — все они вновь встречаются на этих страницах.Это первая книга историка Александра Эткинда, профессора Кембриджа и ряда европейских университетов. Один из самых известных российских гуманитариев, Эткинд исследует различные темы интеллектуальной и культурной истории, он опубликовал больше десятка книг на разных языках.

Американская поэтесса Эмили Дикинсон умерла в 1886 году, оставив после себя тысячи неопубликованных стихотворе­ний. Первый сборник ее поэзии был издан спустя четыре года после ее смерти.«Белые тени» — роман о женщинах, благодаря которым стихи Эмили Дикинсон увидели свет. Сохранив главные вехи истории этой публикации, Доминик Фортье деликатно пере­плетает правдивое и вымышленное, погружая нас в хрупкий и тонкий мир, сотканный из образов поэзии Дикинсон.Продолжая историю «Городов на бумаге» (эссе об Э. Дикин­сон издано в России в 2022) писательница создает книгу о про­живании утраты, силе слова, надежде и творчестве.Доминик Фортье — писательница и переводчица, родилась в Квебеке в 1972 году, защитила диссертацию по французской литературе в Университете Макгилла, работала в различных издательствах; автор пяти романов. Лауреат французской пре­мии Gens de mer (Премия моряков) и Премии генерал­-губерна­тора, высшей литературной премии Канады. Ее книга «Городана бумаге» удостоена престижной премии Ренодо за эссе (2020).

Поэт Сергей Георгиевич Стратановский в 1968 г. окончил филологический факультет Ленинградского университета. Участвовал в Блоковском семинаре Д. Е. Максимова. Работал экскурсоводом в музее Пушкина на Мойке, в Эрмитаже; с 1983 г. библиограф в Публичной библиотеке (РНБ). Как и многие другие неофициальные поэты Ленинграда, посещал ЛИТО Глеба Семёнова. Стал известен благодаря публикации в антологии М. Шемякина «Аполлон-77». Около 40 стихотворений было опубликовано в антологии К. Кузьминского «У Голубой лагуны» (1983). Первая публикация на родине состоялась в сборнике «Круг» (1985). Член Международного ПЕН-Центра (с 2001). Стипендиат Фонда Иосифа Бродского (2000). «Свои первые стихи Сергей Стратановский написал в конце шестидесятых годов, и это уже были вещи сложившегося, совершенно оригинального автора», в 1970-е «вместе со стихами его соратников и друзей — Елены Шварц, Виктора Кривулина и Александра Миронова — они становятся едва ли не основным содержанием русской поэзии того времени в ее ленинградском изводе, самым чистым ее воздухом» (Михаил Айзенберг). Лауреат Пастернаковской премии (2005), Премии Андрея Белого (2010), Премии Кардуччи (2011) и многих других. Книги Стратановского переводились на английский, французский, итальянский, польский и другие языки.

Зима 2029/2030. В Германии после девятилетнего правления хунты уже четыре года у власти правительство переходного периода под руководством англичан. Бывший правительственный квартал в Берлине теперь — ничейная территория. Именно здесь начинают селиться люди самых разных профессий, которые выстраивают собственный утопический мир. Все они — образованные интеллектуалы, в большинстве случаев познакомившиеся друг с другом еще во времена сопротивления.
Но состояние блаженной свободы вскоре оказывается под угрозой: отсидевшись в заброшенных шахтах метро, хунта пытается совершить новый путч…
Йохен Шимманг родился в 1948 году, изучал политические науки и философию в Свободном университете в Берлине, занимался преподаванием. С 1993 года — свободный писатель и переводчик. Его писательская деятельность отмечена многочисленными премиями и стипендиями.

Аннотация к книге «Стихотворения» Дикинсон Э.:Эмили Дикинсон (1830–1886) — американская поэтесса, жизнь которой до сих пор окружена загадками. Ее поэтическое видение соткано из тонких и преднамеренно непрозрачных образов. Ее поэзия заключает в себе острый накал чувств и стилистическую сдержанность. Стихотворения представлены в оригинале и в переводе Веры Марковой. Вера Маркова (1907–1995) — поэт и переводчик, филолог, исследователь японской классическойлитературы. Сходство творческих судеб создает особую связь между оригиналом и переводом, позволяя последнему с исключительной чувственностью проникать в глубину поэтической мысли. Читать дальше…

Легенда об этом человеке известна с V века. Своим чудовищно жестоким поступком, вовлекшим в тяжелое несчастье самых близких ему людей, он снискал славу, от которой напрасно убегал всю свою жизнь. Постичь и осознать жизненные мотивы этого святого юродивого тщетно пытались многие мыслители. Новую попытку предпринял московский прозаик и переводчик Александр Ярин.