Как религиозные общины реагировали на эпидемические заболевания и осмысляли их? Чтобы ответить на этот вопрос, историк Джастин Стернз рассматривает представления о заразных болезнях, бытовавшее в мусульманских и христианских общинах, уделяя особое внимание Пиренейскому полуострову в период после Черной смерти.Стернз показывает, что мусульманские ученые не отвергали концепцию инфекции, как утверждает большинство исследователей, а творчески и рационально пытались ее понять; христианские же ученые использовали метафору заразы для определения правильного и безопасного взаимодействия с еретиками, иудеями и мусульманами.

Книга Фредерика Корни посвящена анализу процессов, с помощью которых советский режим сделал Октябрьскую революцию 1917 года основополагающим событием для нового коммунистического государства. Этот «проект памяти» был сконструирован так, чтобы объединить поколения советских граждан в понимании Октября как точки эпохального перелома.
Несмотря на далеко не полный успех, следы этих усилий и сегодня заметны в российском общественном сознании.

Дженна Гиббс исследует мир связанной с театром печатной продукции по обе стороны Атлантики в период Американской революции и первой половины XIX века, рассматривая споры о месте темнокожих людей в англо-американском культурном пространстве.Гиббс задается вопросом, включали ли популярные развлечения темы свободы, прав человека, рабства как зла. Ее выводы оказываются нелестными как для Соединенных Штатов, так и для Великобритании.Британцы изображали африканцев с сочувствием, но при этом с чувством расового и культурного превосходства. На американской сцене представление чернокожих сводилось к принижающему, покровительственному, укоренившемуся как в блэкфейс- бурлеске, так и в идее «Свободы», персонифицированной в фигуре белой богини

В книге представлен взгляд на культурную историю современного Китая через исследование противоречий между памятью и историей. В отличие от большинства исследований о Китае, которые посвящены преимущественно проблемам экономики, управления, политики и международных отношений, автор этой книги сосредоточен на «человеческом измерении» перемен последних десятилетий; он исследует опыт переживания травм и социальных потрясений китайскими интеллектуалами.Опираясь на широкий круг источников, включающий политические и эстетические сочинения, художественную литературу, кино и другие формы публичного дискурса, автор демонстрирует уникальные способы осмысления исторической судьбы Китая

Сионизм — одна из самых противоречивых идеологий в мире. Сторонники восхваляют его успех в создании Израиля и осво- бождении еврейского народа после тысячелетних преследований.А противники считают, что сионизм опирается на расистскую идеологию, которая привела к израильской оккупации палестинских территорий, и является одним из проявлений колониального угнетения в мире.Майкл Станиславски рассказывает историю сионистской идеологии от ее истоков до наших дней. Его беспристрастный, взвешенный анализ показывает, почему, несмотря на неоспоримый успех в деле создания еврейского государства, по-прежнему актуальны серьезные вопросы о долгосрочной жизнеспособности сионистской идеологии на быстро дестабилизирующемся Ближнем Востоке

В своей книге Наталья Майсова исследует связь между ностальгией сегодняшнего дня и утопиями прошлого в контексте космической эры XX века и ее репрезентации в кинофильмах СССР и постсоветской России.Автор анализирует структуры утопического в более чем 30 советских научно-фантастических фильмах, что позволяет отследить в них эволюцию представлений об Утопии, а такжетранснациональную значимость этих работ, их медийный резонанс и влияние на постсоветские фильмы о космической эре

Книга «Звездный час Нидерландов. Войны, торговля и колонизация в Атлантическом мире XVII века». Издательство: Academic Studies Press / БиблиоРоссика. Год выпуска: 2024. Тираж: 150. Серия: Современная европеистика. Переплет: Твердый переплет. Количество страниц: 648. Автор: Клостер Вим. Стандарт: 6. Формат, ммсм: 145×215. Страна производитель: Москва.

Книга Дж. Куртис, известной исследовательницы творчества Евгения Замятина и Михаила Булгакова, представляет собой первую полную биографию Евгения Замятина, включающую редкие материалы архивов США, Франции и России. Тщательному исследованию, в равной мере академическому и увлекательному, подвергаются не только подробности личной жизни и творчества одного из самых недооценных писателей России первой половины XX века, но и значимые события культурной, политической и экономической жизни того времени.

В своей книге Мария Чизмич исследует отражение травмы в музыкальном искусстве Восточной Европы конца ХХ века.В 1970-80-е годы вопрос коллективной травмы, особенно связанной со Второй мировой войной и сталинской эпохой, стал темой для публичного обсуждения. Журналисты, историки, писатели, художники и кинематографисты неоднократно обращались к сюжетам боли и памяти, правды и истории, морали и духовности как во времена гласности, так и в предшествующие годы.Мария Чизмич рассматривает, как эти проблемы затрагивались в произведениях композиторов Альфреда Шнитке, Галины Уствольской, Арво Пярта и Хенрика Гурецкого. Опираясь на данные психологии и социологии, используя методы литературоведения и культурологии, автор показывает, как средствами музыки происходило осмысление исторических травмы и потери

Как железные дороги связаны с эросом и смертью? Повлиял ли Лев Толстойна живопись Малевича? Какой город рисует Добужинский, иллюстрируя«Белые ночи» Достоевского? Что общего между «Лолитой» Набокова и пушкинской «Русалкой»? Откуда в стихах Хармса мотивы имяславия? И почемуШостакович положил на музыку графоманские вирши капитана Лебядкина?Бывают ли вообще в мире литературы и искусства «странные сближенья» иливсе взаимосвязи в нем логичны и закономерны? На эти вопросы отвечаетв своей новой книге Ксана Бланк, расширяя, а в чем-то и меняя традиционноепредставление о творчестве классиков