Один из шедевров модернистской литературы — роман Джеймса Джойса (1882–1941) «Улисс» — впервые был полностью напечатан в 1922 году, а полный русский перевод появился лишь в 1989-м. Настоящее издание знакомит читателей с волнующим эпизодом «русской джойсианы»: в 1934–1935 годы в ленинградских журналах публиковались главы романа в переводе Валентина Стенича (наст. фамилия Сметанич, 1897–1938). «Русский денди» из одноименного очерка Блока, близкий друг Олеши, переводчик и личный гид Дос Пассоса, поэт и острослов, одна из ярких звезд на блистательном небосводе русской словесности 1920-х, Стенич в итоге вошел в историю отечественной культуры как переводчик. Среди авторов, переложенных им на русский, — Киплинг и Брехт, Честертон и Шервуд Андерсон. Стенич — герой легенд и анекдотов, сохранившихся в памяти мемуаристов, — Мандельштама, Лившица, Олеши, Чуковского, Ардова и др. «Трудам и дням» Стенича посвящено послесловие составителя настоящего сборника Константина Львова.

Книга «Разговоры с Кейджем. 2-е изд». Издательство: Ад Маргинем Пресс. Год выпуска: 2026. Переплет: Мягкий переплет. Количество страниц: 432. Автор: Костелянец Р. Стандарт: 23.

«Царица воздуха» (1869) знаменитого теоретика искусства Джона Рёскина (1819–1900) — трактат обо всём, причем в самом буквальном смысле. Начиная с богини Афины как покровительницы воздушной стихии, Рёскин непринужденно переходит к восприятию и символике цвета, к росту и развитию растений, а затем — к вопросам хозяйства, трудовой этики и перевоспитания правонарушителей. Из смелого, если не сказать безрассудного смешения всего со всем, вырастают удивительные поэтичные и даже сюрреалистичные видения. Рёскин убежден, что метафоры объясняют не наш способ мышления, а мир как таковой: природа и человек говорят о себе правду языком мифа, а животные и растения оказываются словами этого языка.

Роман «Покой» (1949) турецкого писателя Ахмеда Хамди Танпынара (1901–1962) является первым в турецкой литературе образцом смешения приемов европейского модернизма и канонов ближневосточной мусульманской литературы. Действие разворачивается в Стамбуле на фоне важных исторических событий XX века — свержения Османской династии и Первой мировой войны, войны за Независимость в Турции, образования Турецкой Республики и кануна Второй мировой. Герои романа задаются традиционными вопросами самоопределения, пытаясь понять, куда же ведут их и их страну пути истории — на Запад или на Восток. «Покой» является не только классическим произведением турецкой литературы XX века, но также открывает перед читателем новые горизонты в познании прекрасного и своеобразного феномена турецкой (и лежащей в ее фундаменте османской) культуры.

В этой небольшой книге (1942) Шмитт излагает двенадцатилетней дочери свое видение всемирной истории как драматичной борьбы между земной и морской стихиями, схватки библейских чудищ Бегемота и Левиафана. На этом построена драматургия нового исторического нарратива. В его центре — судьбоносное событие решительного коллективного выбора в пользу одной из стихий. О нем свидетельствует планетарная пространственная революция XVII–XVIII веков, а также новый «номос» — основополагающий закон присвоения территорий, их дележа и последующей экономической эксплуатации. Рассказ Шмитта не исчерпывается нежной тоской по романтическим подвигам храбрых покорителей морей в духе Мелвилла, но взывает к настоящему, поскольку выбор, когда-то сделанный нашими предшественниками, оказывается выбором, стоящим перед нами сегодня.

«Комо» (2006) — меланхоличный автобиографический роман сербского писателя Срджана Валяревича (род. 1967). Волею судьбы молодой писатель оказывается на вилле в солнечной Италии, у живописного озера Комо, где в кругу именитых интеллектуалов он проводит месяц, наслаждаясь изобилием алкоголя и итальянской природой. Но эти идиллические дни полны контрастов: героя не отпускают воспоминания о войне и тревожные мысли о бедной Сербии, которая переживает сложные и драматичные перемены в неспокойные 1990-е годы.

В своей парижской квартире писатель-авантюрист Сильвен Тессон (род. 1972) почти не бывает. Он предпочитает странствовать: пройти пешком от Сибири до Индии, перезимовать в деревянном домике на Байкале или отправиться в Тибет искать снежных барсов. На этот раз вниманием Тессона завладели морские скалы, некогда отделившиеся от берега, — стеки. Вместе со знаменитым альпинистом Даниэлем Дюлаком он поднялся на сто шесть таких столбов по всему миру и увидел в них символ отшельничества, как добровольного, так и вынужденного, и свободы — в первую очередь внутренней. Почему люди отваживаются на долгие и опасные подъемы к вершинам одиноких морских обелисков? В чем заключается философия «стекизма»? Кому из мыслителей и писателей прошлого подходит звание «человека-стека»: Ницше, Солженицыну или Кафке?

Александр Кожев (урожд. Кожевников; 1902–1968) — русско-французский философ и дипломат, один из архитекторов Евросоюза. Его лекционный курс по «Феноменологии духа» Гегеля, прочитанный в 1930-е годы в парижской Высшей школе социальных наук, стал важнейшим событием французской интеллектуальной жизни. К этим лекциям восходит современный дискурс конца истории и конца человечества, когда люди рассматриваются как враги природы, а понятие и статус человека становятся проблематичными. В своей новой книге (2025) философ и критик Борис Гройс исследует разные этапы и грани интеллектуальной биографии Кожева: от переосмысления наследия русской религиозной философии начала XX века до увлечения фотографией.

Если вы едите шоколадный торт, можете ли вы описать его вкус? Если вам не нравятся кабачки, можете объяснить, почему? Продукты какого цвета вас больше всего привлекают? Мы думаем, что знаем о еде всё, но на самом деле она полна тайн. Приготовление и поглощение пищи—это отнюдь не скучный обыденный процесс,—считает лектор, — это способ исследования мира, в котором постоянно происходит обмен. Просто сидя рядом с кем-то, мы неосознанно отдаем ему часть воды своего тела, испаряющейся в воздух, которым тот дышит, а он отдает свою воду нам. Земля—это котел, и мы, люди, находимся в нем вместе с животными, рыбами, растениями, водой—и словами, которые всё это обозначают. В этом вечном движении заключена великая тайна жизни и смерти.

Анатолий Анатольевич Стригалёв (1924–2015) — выдающийся историк искусства, ведущий исследователь русского авангарда, автор ряда монографий и организатор международных выставок. Искусствоведческая наука обязана Стригалёву множеством открытий, теорий, датировок и находок, но среди широкого круга его интересов особо выделялся Владимир Евграфович Татлин (1885–1953) — лидер художественного авангарда и родоначальник конструктивизма. Из обширного корпуса статей Стригалёва о Татлине для настоящего издания были отобраны тексты, посвященные различным аспектам жизни и творчества художника: подробный обзор его произведений, воображаемая экскурсия по знаменитой футуристической выставке «0,10», описание поездки в Берлин и Париж, анализ влияния Пикассо на стиль Татлина и др., формирующие полное представление как о деятельности Владимира Евграфовича, так и о ключевых трудах его главного биографа.Издание выпущено совместно со студией дизайна ABCdesign.

В эссе «Быть больным» (1926) Вирджиния Вулф затрагивает вопрос: почему болезням — повседневному и неотъемлемому явлению человеческой жизни — посвящено непростительно мало текстов? По мнению писательницы, которая сама немало страдала от телесных недугов, вынужденно оторванному от привычного мира и прикованному к кровати человеку открывается совершенно иное видение вещей. Для Вулф болезнь — это трамплин, позволяющий вырваться за пределы расхожих истин, «радушного обмана» общества и начать воспринимать мир вне норм, как бы изнутри себя. В своем взгляде на болезнь она расходится с матерью Джулией Стивен, опытной сиделкой и автором практического руководства «Записки из комнат больных» (1883). Оба текста впервые публикуются на русском языке и знакомят читателя с двумя разными способами письма о болезни от двух непохожих друг на друга женщин.

В серии лекций для магистрантов и вольнослушателей, прочитанных в Университете Дьюка весной 2021 года, американский философ и критик Фредрик Джеймисон (1934–2024) освещает основные вехи французской теории: экзистенциализм, структурализм, постструктурализм, семиотику, феминизм, психоанализ и марксизм, вписывая этот бурный период мысли в контекст значимых европейских политических событий: освобождение Парижа, Алжирскую войну, майские восстания 1968-го и создание ЕС. Джеймисон оживляет философские дебаты этого периода, обращаясь к работам и эпизодам из жизни Сартра, Бовуар, Фанона, Барта, Фуко, Альтюссера, Деррида, Делёза, групп Tel Quel и Cahiers du Cinéma, а также таких мыслителей, как Рансьер и Бадью, представляя свой взгляд на один из важнейших моментов интеллектуальной истории.

Филолог и каталонский политический деятель Мар Гарсиа Пуч (род. 1977) в один день стала матерью близнецов и депутатом Конгресса. К бессонным ночам, навязчивым мыслям о смерти, страху причинить вред новорожденным и разрушающему чувству вины добавились необходимость покидать детей и уезжать на заседания парламента, чтобы быть услышанной в мужском мире политики, способствовать реформам и оправдывать доверие избирателей. В «Истории позвоночных» (2023) Пуч честно и сочувствующе пишет о послеродовой депрессии и тревожном расстройстве, вплетая личный опыт в повествование о женщинах разных веков, которые чувствовали, что после родов рассудок покидает их. Погрузившись в тему «безумия» в мифологии, литературе, искусстве, политике и истории, писательница исследует, как рождение детей усиливает давление общественных ожиданий и почему женский голос так легко раньше и в наши дни объявляют «неразумным».

Сборник сатирических заметок французского писателя и журналиста Гастона де Павловски (1874–1933) погружает читателя в мир вымышленных изобретений, которые обещают избавить человечество от любых неудобств. Используя язык рекламы, газетных рубрик и фабричных каталогов, Павловски создает энциклопедию мнимых открытий — от антискользящего мыла с гвоздями до бумеранга, который не возвращается, — стирающих границу между полезностью и абсурдом. Юмор автора точен и беспощаден: Павловски высмеивает культуру избыточного комфорта задолго до появления цифровых утопий. Книга, вдохновившая Марселя Дюшана и Франсиса Пикабиа, сегодня звучит как остроумное пророчество о мире, где изобретательность оборачивается бессмысленностью.

Виктор Николаевич Емельянов (1899–1963), участник альманаха «Круг» и салона Алексея Ремизова, принадлежит к так называемому «незамеченному поколению» первой русской эмиграции. В Париже в 1930-х, потеряв работу на заводе, он начинает активно заниматься писательством и создает свое единственное законченное произведение — повесть «Свидание Джима» (1938). Это трогательная история о любви, разлуке и преданности, рассказанная от лица собаки, ирландского сеттера по кличке Джим. По словам Георгия Адамовича, в этом тексте «нет сентиментальности, слащавости», но «есть тот внутренний свет, который всегда оживляет всякую поэзию». В издание вошли и другие выявленные к сегодняшнему дню работы Емельянова: «Ночь на Босфоре» — отрывок из повести о жизни русских матросов, — лирический рассказ «Возможное» и короткая, но содержательная переписка на темы литературного мастерства с Михаилом Осоргиным. Сочинения Емельянова были высоко оценены современниками, и публикация настоящего сборника — попытка воскресить ныне практически забытое, но важное для литературной традиции творческое наследие автора.

Один из самых влиятельных композиторов современности Карлхайнц Штокхаузен (1928-2007) стал первопроходцем в области электронной, мультиоркестровой, медитационной музыки. Его творчество — это квинтэссенция достижений музыкального искусства XX — начала XXI века и исторический итог эволюции мировой музыкальной культуры в ее классическом понимании. Мы можем проследить развитие мысли Штокхаузена и услышать его живой голос благодаря Робину Макони — новозеландскому композитору, пианисту и музыковеду, — расшифровавшему записи лекций и интервью немецкого гения. Несмотря на критический взгляд, Макони передает на страницах книги всю ту любовь и уважение к Штокхаузену, с которым ему довелось лично общаться и работать. Именно благодаря дружескому взгляду читатель сможет пройти по лабиринту творческого процесса величайшего музыканта-новатора и увидеть настоящего Штокхаузена с его достоинствами, недостатками, слабостями и прозрениями — живого человека из плоти и крови, нашего современника.

Camera lucida (лат. camera lucida, дословно «светлая комната») — вспомогательное оптическое устройство для рисования и копирования предметов в перспективе. Между глазами рисовальщика и листом бумаги располагается призма, установленная таким образом, что свет отражается от копируемого предмета и падает на бумагу, создавая на ней изображение.«Camera lucida. Комментарий к фотографии» (1980) Ролана Барта — одно из первых фундаментальных исследований природы фотографии и одновременно оммаж покойной матери автора. Интерес к случайно попавшей в руки фотографии 1870 г. вызвал у Барта желание узнать, благодаря какому существенному признаку фотография выделяется из всей совокупности изображений. Задавшись вопросом классификации, систематизации фотографий, философ выстраивает собственную феноменологию, вводя понятия Studium и Punctum. Studium обозначает культурную, языковую и политическую интерпретацию фотографии, Punctum – сугубо личный эмоциональный смысл, позволяющий установить прямую связь с фотоизображением.

Книга Сьюзен Вудфорд представляет собой краткое введение в святая святых античного искусства, в мир интерпретаций и поисков совершенной формы. Древние мастера жили в эпоху мифов и сами были их творцами, экспериментируя с разными техниками и материалами, споря с идеями и сюжетами авторитетных мифологических циклов (о Троянской войне, Геракле, аргонавтах, героях Фив и др.). С большим вниманием к деталям и контексту автор показывает, почему произведения искусства становились не только предметами торговли и роскоши, но и способом толкования исторических событий, политическими декларациями, а также изощренными ребусами и загадками. Подбирая ключи к образам древних художников, читатели узнают, как переосмысливался мир хаоса, войн и насилия, как очеловечивались образы монстров и убийц, как возникли трогательные семейные портреты своевольных чудовищ-кентавров и т. д. Скрупулезный анализ конкретных образов, предпринятый автором, поможет нам их понять, но не рассеет их тайну, а, напротив, напомнит о необходимости думать и преодолевать механическое, шаблонное восприятие слишком известных сюжетов.

Леон Блуа (1846–1917) — выдающийся французский писатель и мистик, незаслуженно малоизвестный русскому читателю. Антиклерикальный христианин, страстный и категоричный противник современного ему буржуазного общества и модернистского формализма — Блуа был «отлучен» от литературного мира и обречен на страшную нищету до конца жизни. В дебютном автобиографическом романе «В отчаянии» (1887) он повествует о скорбной жизни писателя Каина Маршенуара, аскета и мизантропа, которого тяжкие удары судьбы приводят в картезианский монастырь, где он надеется обрести вдохновение и покой для написания своего magnum opus о символизме мировой истории. Однако именно в святой обители он понимает, что страстно влюблен в свою духовную сестру, бывшую куртизанку Веронику Шемино. В этом тексте, пронизанном библейскими аллюзиями и историческими отсылками, Блуа исследует природу отчаяния и намечает пути спасения в мире, который кажется равнодушным к человеческой боли.

Новая книга Вольфрама Айленбергера «Дух современности» (2024) посвящена интеллектуальным поискам бурной послевоенной эпохи. На смену глобальным потрясениям 1930–1940-х, когда старые идеалы, казалось, были окончательно преданы забвению, пришло нестабильное время перемен, ставшее благодатной почвой для развития новых неклассических учений. В фокусе внимания Айленбергера — четыре судьбы, повлиявшие на становление современной философии, науки и культуры: Теодор Адорно, Сьюзен Сонтаг, Мишель Фуко и Пол Фейерабенд. Каждый из них разрабатывает собственный критический проект — «Негативная диалектика», «Против метода», критика власти, насилия, дискурса, рациональности. Вместе со своими героями автор отправляется в захватывающее приключение, маршрут которого пролегает через Франкфурт, Беркли, Нью-Йорк, Вену, Гарвард и завершается смертью Фуко в Париже. На этом пути встречаются и другие яркие мыслители эпохи — Вальтер Беньямин, Карл Поппер, Юрген Хабермас, Герберт Маркузе. Так, размышляя над явлениями и идеями прошлого, погружаясь в обсуждения майских событий 1968 года, войны во Вьетнаме и кэмпа в искусстве, Айленбергер хочет приблизиться к пониманию нашего настоящего, увидеть, как зарождался дух современности.

Период с 1933 по 1943 год ознаменовал собой самую мрачную главу в европейской истории. Перед лицом катастрофы четыре философа, Ханна Арендт, Симона де Бовуар, Симона Вейль, Айн Рэнд, развивают свои визионерские идеи: об отношениях между личностью и обществом, между мужчиной и женщиной, между свободой и тоталитаризмом, между Богом и человеком, — которые во второй половине столетия облетят земной шар и изменят мир. Немецкий историк идей и философ Вольфрам Айленбергер проходит по пути своих героинь от Ленинграда до Нью-Йорка и от Испании в разгар гражданской войны до оккупированной нацистами Франции, чтобы проследить извилистые траектории их судеб. Они сталкиваются с несправедливостью, несвободой и непостижимым насилием своего времени как женщины, беженки, участницы Cопротивления, но прежде всего как мыслительницы. Следя за выплавкой их радикальных идей в безжалостном тигле времени, мы вместе с героинями убеждаемся в искупительной силе мысли.

Симона де Бовуар известна широкому кругу читателей в первую очередь как автор «Второго пола» (1949), фундаментальной работы, посвященной исследованию положения женщины и ее угнетения. Спустя 20 лет Бовуар публикует книгу, не уступающую в монументальности знаменитому опусу, в которой рассматривается опыт старости и ее социальное измерение. Цель автора — «нарушить заговор молчания» и ответить на вопросы: как воспринимается обществом старость и что значит стареть? Почему к старику относятся как к «представителю чужого вида», притворяясь, будто его удел — не универсальная судьба всего человечества? Старение — это биологический феномен, находящийся в экономическом и культурном контексте: чтобы понять, как складывается положение пожилого человека, в первой части «Старости» (1970) Бовуар обращается к данным биологии, этнологии, истории и социологии, а во второй — исследует внутреннюю жизнь стариков — она говорит об их отношении ко времени, к обществу, собственному телу, а также к семье, одиночеству и смерти.

«Сердце искателя приключений» — книга, которая по воле автора существует в двух самостоятельных редакциях. В настоящем издании представлена первая редакция с подзаголовком «Заметки днем и ночью», вышедшая в Германии в 1929 году — за десять лет до второй: «Фигуры и каприччо». В своеобразной художественной записной книжке дневниковые записи, сны и наблюдения Эрнста Юнгера эпохи Веймарской республики складываются в эссе-скетчи, приоткрывающие завесу над демоническим миром, непроницаемым для дневного света разума. Текст одного из лучших стилистов ХХ века в переводе Владимира Микушевича ранее публиковался под названием «Рискующее сердце».

В восьми эссе, написанных в 2017–2023 годах, философ Юк Хуэй рассуждает о кризисе западного Просвещения, преодолении модерна и вызовах, брошенных глобальному миру пандемией коронавируса, анализирует феномен неореакционной мысли и переосмысляет пределы искусственного интеллекта, обращаясь к китайскому философу Моу Цзунсаню (1909–1995) и его прочтению кантовского интеллектуального созерцания. Также Хуэй исследует различия философских темпераментов Китая и Европы, прослеживая особую логику и чувственность китайской пейзажной живописи шань-шуй по следам французского синолога Франсуа Жюльена (р. 1951).

Роман «Путешествие на край жизни» Тезер Озлю (1942–1986) — одно из самых значимых произведений как в творчестве писательницы, так и в истории современной турецкой литературы. Главная героиня, alter ego Озлю, странствует по Европе, следуя по стопам любимых авторов — Итало Звево, Чезаре Павезе, Франца Кафки, Сильвии Плат. Но эта поездка скорее выступает фоном для другого путешествия — вглубь собственных желаний, мечтаний и надежд. Во внутреннем путешествии, балансируя между экзистенциальной тоской и стремлением к свободе, героиня освобождается от оков общественных ожиданий, страха преследования, воспоминаний о «холодных ночах детства» и палатах психиатрических больниц. Нелинейный, поэтический, фрагментарный, глубоко личный, но при этом затрагивающий вечные темы любви, смерти и свободы, роман стал культовым у турецкой молодежи, был переведен на несколько языков и удостоен престижной премии Марбурга. До сих пор он увлекает и трогает читателей разных культур, возрастов и стран, приглашая присоединиться к этому путешествию на край жизни.

Незавершенный труд Вальтера Беньямина (1892–1940) о зарождении современности (modernité) в Париже середины XIX века был реконструирован по сохранившимся рукописям автора и опубликован лишь в 1982 году. Это аннотированная антология культуры и повседневности французской столицы периода бурных урбанистических преобразований и художественных прорывов, за которые Беньямин окрестил Париж «столицей девятнадцатого столетия». Сложная структура этой антологии включает в себя, наряду с авторскими текстами, выдержки из литературы, прессы и эфемерной печатной продукции, сгруппированные по темам и всесторонне отражающие жизнь города. «Книга Пассажей» — пример новаторской исторической оптики, обозревающей материал скользящим взглядом фланёра, и вместе с тем проницательный перспективный анализ важнейших векторов современной культуры. На русском языке издается впервые.

Вальтер Беньямин (1892–1940) — фигура примечательная даже для необычайного разнообразия немецкой интеллектуальной культуры ХХ века. Начав с исследований, посвященных немецкому романтизму, Гёте и театру эпохи барокко, он занялся затем поисками закономерностей развития культуры, стремясь идти от конкретных, осязаемых явлений человеческой жизни, нередко совершенно простых и обыденных. Комедии Чаплина, детские книги, бульварные газеты, старые фотографии или парижские пассажи — всё становилось у него поводом для размышлений о том, как устроена культура. Его исследования о литературе — о Бодлере, Кафке, Прусте, Лескове — оказывались неизмеримо шире традиционного литературоведения. Беспокойная натура привела Вальтера Беньямина зимой 1926/27 года в Москву, встреча с которой сыграла важную роль в его судьбе. В этом издании «Московский дневник» дополняют русские переводы других работ Беньямина, связанных с Москвой, и послесловие Сергея Фокина, в котором этот корпус текстов рассматривается в контексте советской культуры того периода.

«Дух кулинарного искусства» (1822) — книга немецкого литератора, художника, коллекционера и мецената Карла Фридриха фон Румора (1785–1843), с трудом поддающаяся жанровому определению. Это трактат по практической метафизике питания, соединяющий в себе подробные описания различных видов блюд и способов их приготовления, философские и социологические наблюдения, а также утопические идеи по переустройству общества. Автор ставил перед собой амбициозную задачу выработки нового подхода к искусству кулинарии, где философия и гастрономия объединяются в общую категорию — гастрософию. Вдохновившись трудами Платона, Горация, Канта, Шеллинга и других мыслителей разных эпох, Румор рассматривает профессию повара как одно из проявлений творческого духа и обосновывает элементарную теорию кулинарной практики. Заслуга Румора заключается в том, что он впервые в западной философии формулирует систематику кулинарного искусства и делает приготовление пищи прямым предметом эстетики.

Инго Шульце (род. 1962) — писатель из бывшей ГДР, президент Академии языка и литературы — часто обращается в своих работах к меланхолии немецкого «посткоммунистического состояния». Роман «Праведные убийцы» стал полем для рефлексии об эпохальных переменах в стране через призму жизни дрезденского букиниста Норберта Паулини. Книга начинается как легенда о знаменитом книжнике — аполитичном образованном представителе среднего класса, к которому стекается вся интеллектуальная публика Восточной Германии. Идиллия разрушается падением Берлинской стены: постепенно Паулини теряет покупателей, магазин и жену; его былая отстраненность от мира, находящегося за дверью книжного магазина, трансформируется в радикальные политические взгляды. Шульце мастерски сочетает элементы философской притчи и триллера, аллегории и социальной сатиры, фиксируя метаморфозы эмоциональных переживаний соотечественников. В своем тексте-головоломке автор предлагает порассуждать о том, может ли человек, побывавший в эпицентре тяжелых исторических событий, остаться верным своим принципам.

Роман Николаевич Ким (ок. 1899 – 1967) — советский писатель корейского происхождения, видный японовед и в то же время — сотрудник контрразведки ОГПУ НКВД. Родился в семье эмигрировавшего в Россию корейского националиста; для получения образования был отправлен в Японию и окончил там элитный университет. Впоследствии любовь к японской культуре и одновременно неприятие ее политики стали доминантами его жизни и творчества. В своих очерках Ким описывает культурную лихорадку, охватившую новую Японию, и ее приготовления к войне. Его волнует «дьявольски энергичная» общественная жизнь страны: европейское влияние и духовные искания молодежи, головокружительные виражи моды, литературные скандалы и классовые конфликты. В сборник вошли памфлет «Три дома напротив соседних два» (1934), глоссы «Ноги к змее» (1927), а также избранные статьи, рецензии, рассказы и переводы. Книгу сопровождает подробный комментарий японистки Анны Слащёвой и статья биографа Кима Александра Куланова.

Книга «Жесты» (1991) философа и теоретика медиа Вилема Флюссера (1920–1991) посвящена феноменологии конкретных действий: говорить, писать, мастерить, любить, разрушать и т. д. Из этих действий, или жестов, складывается повседневное, активное бытие-в-мире, а за их анализом угадывается силуэт бытующего феноменолога. Флюссер возвращает философию на землю: быт и повседневность нуждаются в философской прививке, получив которую они открывают перед нами горизонты истории, культуры, политики, религии и науки. При этом автор сосредоточен на телесном жесте — конкретном движении, наделенном смыслом и выражающем свободу человека.

«Мода 2.0. История индустрии с 2008 года» — это хроника современной моды, рассказанная через призму одного из самых влиятельных пространств российского фэшн-ландшафта — концепт-стора КМ20. От глобальных трендов до локальных культурных сдвигов, от первых коллабораций с Vetements и Raf Simons до цифровой эпохи и новых форм самовыражения — книга прослеживает, как менялась индустрия и как КМ20 оставался на переднем крае этих перемен. Структура книги соединяет три линии — «Мир», «Россия» и «КМ20», показывая, как мировые процессы отражаются в локальном контексте и трансформируются в уникальные культурные явления. Некоторые главы также сопровождают личные письма Ольги Карпуть, в которых основательница КМ20 от первого лица рассказывает о ключевых этапах своего профессионального пути. Это не просто документ времени — это визуальная и текстовая панорама моды, медиа и культуры за последние полтора десятилетия, рассказанная изнутри теми, кто создавал её контуры.

«О королях» (2017) — диалог мэтров современной антропологии о природе монархической власти. Гребер и Салинз не претендуют на стройную теорию, но предлагают читателю тонкий, а подчас остроумный анализ «традиционных» разновидностей королевской власти, ее наиболее распространенных архетипических проявлений. Свои рассуждения авторы строят на впечатляющем объеме этнографических данных, исследованиях америндейских и африканских народов — от монархий Африки и Азии до народов Папуа-Новой Гвинеи и Америки. Издание проиллюстрировано схемами, картами и гравюрой.