Описание
Книга Майкла Бихи — это научно-популярный вызов классической теории эволюции Чарльза Дарвина. Автор, профессор биохимии, показывает, что достижения молекулярной биологии и биохимии за последние десятилетия радикально изменили представления о сложности жизни. Бихи утверждает, что биохимические системы слишком сложны, чтобы объяснять их исключительно случайными мутациями и естественным отбором. Через анализ молекулярных «машин» — от биохимии зрения до микроскопических механизмов клетки — он поднимает вопрос: действительно ли теория Дарвина применима ко всем уровням организации жизни?Это книга о границах современной науки и о том, что «черный ящик» жизни, однажды открывшись, может потребовать переоценки базовых научных парадигм. Она впервые ставит под сомнение дарвиновскую теорию эволюции на основе данных молекулярной биологии.Майкл Бихи вводит концепцию «непреодолимой биохимической сложности» (или «необратимой сложности»), утверждая, что многие клеточные механизмы устроены так сложно и взаимозависимо, что не могли сформироваться путем постепенных эволюционных изменений — каждая их часть должна быть на месте с самого начала, чтобы вся система функционировала.Дарвиновский механизм — естественный отбор и изменчивость — может объяснить очень многое. Однако я не верю, что он объясняет молекулярную жизнь, и считаю, что новая наука о самых малых величинах может изменить наше представление о чем-то не столь малом.Если изучать научную литературу об эволюции — а именно вопрос о том, как развивались молекулярные машины, то есть основа жизни, — обнаружится полная и гнетущая тишина. Наука пасует перед сложностью основ жизни и не может их объяснить.Книга представляет собой не философскую критику и не религиозную полемику, а научное возражение, основанное на точных биохимических механизмах.Мы делаем вывод о разумном замысле всякий раз, когда кажется, что части расположены так, чтобы выполнять какую-то функцию… Аспекты жизни наводят нас на мысль о разумном замысле.Эта книга для тех, кто хочет понять, где заканчиваются границы научного консенсуса и начинаются настоящие научные споры, а именно студентам и преподавателям естественных наук, скептически настроенным читателям, интеллектуалам, интересующимся философией науки.
